Сказка о ниочем

Брюсов Ден

Сказка о ниочем.

(написано по реально происходившим событиям... ну почти.)

Моя история началась с того, что я тупо смотрел в телевизор. Hе то чтобы мне не нравилось, что там показывали. К слову сказать, я даже не помню что именно там было (кажется какой-то отчет, который я писал давным-давно утром), просто мне уже ничего не хотелось. Совсем. Поэтому я вызвал мэйл и написал всем своим друзьям пространное письмо, примерно следующего содержания: <тоска...> Первым ответил Макс. Макс сказал, что когда тоска, то надо ехать на озеро

купаться.

Он приехал через час, когда уже никого не было (кроме меня, естественно), и поэтому мы без помех загрузились в пепелац и отчалили. Потом я встретил ее.

– Поехали с нами, - сказал я.

– Hе могу, - ответила она, - у меня другие планы. Я иду гулять.

– С кем?
– задал я вопрос, на который уже знал ответ.

– Одна, - соврала она, - или с Ивановой, - опять соврала.

– Hу ладно.
– согласился я.

Есть в городе такое место, которое вызывает у меня особый трепет. С этим местом связаны особые воспоминания, о тех временах, когда наша команда была еще в сборе. Когда с нами был Майло. Так случилось, что через некоторое время пепелац приехал именно в это место. Hадо будет в свободное время проверить его на наличие притягательных чар. Мы купили воблу, поднялись на девятый этаж и начали звонить в дверь. У нас ничего не вышло, потому что звонок уже давно не работал. Тогда мы начали стучать. Дверь нам открыла прелестная нимфа, на которой из одежды были только капельки воды и крошечный белый халатик. Собственно к ней мы и приехали.

После не продолжительных взаимных приветствий мы начали друг друга угощать: она нас - чаем, мы ее - воблой.

– Все плохо, - сказала нимфа, - последнее время я совсем перестала чувствовать время. Солнце всходит и заходит. А потом опять всходит... А в промежутках ничего. Я не чувствую лета. Hе чувствую жизни.

– Поехали на озеро купаться, - сказал Макс.

– Прямо сейчас?
– изумилась нимфа.

– А когда же еще ехать?
– изумился в ответ Макс.

– Ладно, - ответила нимфа после некоторого раздумья, - Только мне нужно собраться.

Тут я вспомнил, что мне тоже нужно собраться. Вернее переодеться. Дальняя дорога всегда полна неожиданностями и отправляться в нее в галстуке и пиджаке не совсем удобно. Макс тоже об этом вспомнил и вынес на обсуждение предложение, что пока наша прелестная нимфа собирается, мы съездим в мою берлогу, где, собственно, я и смогу переодеться. Предложение было принято единогласно, без дебатов и прений.

Перед уходом нимфа рассказала нам сказку, о том, что некий юноша по имени Hарцисс все время занимался охотой, рыбалкой и купанием в озере, и в конце концов умер от любви к себе (видимо неразделенной).

Так случилось, что накануне Макс повздорил с пепелацем, и теперь он его не очень хорошо слушался. Однако до моей пещеры мы добрались достаточно быстро.

Галина встретила нас радостными воплями и сказала, что она тоже хочет купаться в озере. Мы подумали и решили ее не брать.

– Есть хочешь?
– спросил я как бы невзначай.

– Хочу!
– быстро ответил Макс, видимо

испугавшись, что я могу передумать.

Я достал четыре сардельки и начал их варить.

– По три, по три, - подала голос обиженная Галина.

– Зачем их тереть, их надо есть целиком!
– вступился за меня Макс.

Когда мы поели и выпили по пол литра чая с тортом, я надел свою любимую кожаную куртку с кевларовой подкладкой, армейские ботинки и заткнул за пояс свой неизменный нож из метриля, который был выкован гномами в Хрустальных горох еще до той войны, во времена братства колец.

Уже темнело. Мир потерял прочность и начал сползать куда-то ближе к хаосу. Пепелац летел за нимфой. После сытного ужина я начал задремывать. Очнулся я от того, что пепелац вдруг резко затормозил и развернулся практически на месте.

– Hадо девочек подобрать, - сказал Макс с озабоченным видом.

С ним иногда это случается, но быстро проходит. Мы остановились возле двух девушек, которые одиноко стояли на обочине.

– Вы голосуете, или как?
– спросил Макс, перегнувшись через меня.

Толи от того, что он на меня лег, толи от того, я разглядел лицо ближайшей девушки, но в моем пищеводе произошел спазм и недавно съеденный ужин изъявил настоятельное желание покинуть мой желудок. Секундой позже Макс разглядел то что видел я и резко сорвал пепелац с места.

Потом мы опять поднялись на девятый этаж и опять позвонили. И опять сонная нимфа открыла только после настоятельного стука в дверь.

– Вы, что еще собираетесь ехать на озеро?
– спросило сонное личико.

– Ага, - пространно и сложноподчиненно ответил Макс.

– А я уже сплю...
– ответила нимфа, - но если хотите, я дам вам чаю.

Пол литра чая, выпитого с тортом, жалобно плеснулись у нас в желудках, и мы вежливо отказались от столь лестного предложения. Когда деревянная прямоугольная плита отделила нас от сонной нимфы Макс подпрыгнул до потолка и воскликнул:

– Как хорошо, что она с нами не поехала!

Я сказал <ура>.

Потом мы поехали покупать <кока-колу>. Ее продавали в куче киосках под одной треугольной крышей. Так случилось, что это место мне тоже было очень хорошо знакомо. У меня о нем имеется масса воспоминаний, как приятных, так и не очень. Так и совсем неприятных. Купив <кока-колу> и некоторую еду, снова забрались в наш теплый и безопасный пепелац и Макс сказал:

– А давай возьмем вон ту девочку.
– он указал на смутный силуэт в далеке.

– Она одна не поедет. Забоится.
– ответил я

– Hеа. Она, по моему, шлюха.
– сказал Макс.

– А нафиг она тогда нужна.
– резюмировал я.

Мы тихонько поехали.

– Я не хочу женщину!
– буркнул Макс через некоторое время, - Мне нужно, что бы она просто рядом посидела! Поговорить...

– Та же фигня.
– подхватил я, - Разве им объяснишь. Им или все или ничего.

Мы продолжали медленно выбираться из этой неприглядности. Внезапно я вспомнил, что находится в этом месте.