Сказка

Горький Максим

В настоящем издании сказка впервые печатается без указанных изъятий и изменений.

Горький, по-видимому, намеревался включить сказку в издание Л_г. В АМ₁ цифра X (номер

сказки в публикации «Современного мира») переправлена на XI. АМ_г уже имеет номер XI, вместо заглавия. Это свидетельствует о том, что писатель думал напечатать произведение в числе других русских сказок, после сказки о «непротивлении злу насилием». Однако в издании Л_г (1917) и в книге, изданной «Парусом» (М. Горький. Русские сказки. Пг., 1918), одиннадцатой является сказка о Смертяшкине. При подготовке собрания сочинений К Горький сделал ее третьей, а сказка о советнике Оном так и осталась за пределами цикла «Русских сказок».

По идейной направленности

сказка близка к таким злободневным произведениям Горького, как «Письмо монархисту» и статья ‹«О Союзе русского народа»›, посвященным борьбе с черносотенством.

Сатирический образ Борьки – «борца с крамолой» и новоиспеченного министра просвещения – ассоциируется с фигурой Л.А. Кассо, назначенного министром народного просвещения в 1910 г., а образ «истинно русского человека», мексиканского румына Хам фон Жужелицы, высмеивает черносотенных «деятелей» В. М. Пуришкевича, И. А. Думбадзе и др.

Критик «Биржевых ведомостей» пытался извратить смысл сказки, выдавая ее за произведение на общую тему об извечном торжестве пошлости (см.: «Биржевые ведомости», 1912, № 13181, 6 октября).

Прогрессивно настроенный критик из «Одесских новостей», напротив, подчеркивал, что сказка о советнике Оном и его сыновьях дает читателю возможность понять содержание всего цикла и свидетельствует о «силе сатирического бича Горького» («Одесские новости», 1912, № 8812, 1 сентября).