Сказки дервишей
Шрифт:
Историю «Всадник и змея» Абдали заимствовал у Руми. Даже сегодня многим людям придется не по душе идея рассказа. Тем не менее, эту идею в той или иной форме принимают все суфии. В комментарии на рассказ Хайдар Гул сказал только следующее: «Существует предел, который человечеству вредно переступать, завеса, скрывающая истину, чтобы не повредить тем, чей ум закрыт».
Иса и неверующие
Мастер Джалалуддин Руми и другие рассказывают, что однажды Иса, сын
Они умоляли Ису назвать тайное слово, воскрешающее мертвых.
– Если я сообщу вам эту тайну, – отвечал им Иса, – вы неправильно воспользуетесь ею.
Люди же настаивали на своем:
– Мы подготовлены к такому знанию, – сказали они, – и вполне заслуживаем его. Кроме того, оно укрепит нашу веру.
– Вы сами не знаете, о чем просите, – возразил Иса, но все же открыл им великое слово.
Позднее эти люди, вновь оказавшись в пустыне, увидели на земле кучу побелевших от времени костей.
– Давайте попробуем могущество Слова, – сказали они друг другу и хором произнесли его.
Едва они произнесли его, как кости соединились в скелет, который стал обрастать мясом, мясо покрылось шерстью, и вот перед ними предстал дикий хищный зверь.
Ожившее чудовище набросилось на них и разорвало на куски.
Имеющие разум поймут. Люди менее развитые сумеют развиться, изучая эту историю.
Иса, о котором здесь идет речь, – это Иисус, сын Марии. Рассказ появляется в произведении Руми и весьма часто повторяется в устных дервишских преданиях об Иисусе. Этих преданий существует великое множество.
Традиция относит к своим знаменитым «продолжателям» одного из первых, кто носил титул «суфий» – Джабира, сына аль-Хайзла, латинского Герберта, который также считается родоначальником христианской алхимии.
Джабир первоначально был сабием. Согласно западным авторам, ему принадлежат важные химические открытия.
В парфюмерном ряду
Мусорщик, проходя по парфюмерным рядам, вдруг потерял сознание и упал на мостовую. Изо всех лавок к нему бросились люди и принялись опрыскивать его ароматной водой, чтобы привести в чувство. Но ему от этого становилось еще хуже.
К счастью, мимо проходил человек, который раньше тоже был мусорщиком. Он тут же понял, в чем дело, и поднес к носу пострадавшего что-то дурно пахнущее.
Мусорщик тут же пришел в себя и радостно воскликнул:
– Вот истинное благовоние!
Ты должен подготовиться к переходу туда, где многие вещи, к которым ты здесь привык, покинут тебя. После смерти твое "я" должно будет откликнуться на влияния, которые ты еще здесь имеешь возможность испытать.
Если ты сохранишь свою привязанность к нескольким знакомым вещам, ты станешь несчастным, подобно
Мораль этой притчи очевидна. Газали приводит ее в своей работе «Алхимия счастья» (XI век), желая подчеркнуть суфийское учение о том, что очень немногое из знакомого мира связано с «другим измерением».
Притча о жадных сыновьях
Жил когда-то трудолюбивый и щедрый крестьянин, у которого были ленивые и жадные сыновья. Перед смертью он собрал своих сыновей и сказал им, что если они будут копать в таком-то и таком-то поле, они найдут зарытые там сокровища.
Когда крестьянин умер, его сыновья, придя на поле, стали усердно и тщательно перекапывать его вдоль и поперек, но сокровищ так и не обнаружили.
Не найдя в земле ни единой монеты, они решили, что отец по своей щедрости раздал все золото, но, по-видимому, сам забыл об этом, и прекратили поиски. Тут их осенило: раз уж земля вскопана, на ней можно что-то посадить. Братья засеяли поле пшеницей и спустя несколько месяцев собрали богатый урожай.
Продав пшеницу, они целый год жили в достатке.
Однако после сбора первого урожая у них снова появилась мысль о большом богатстве, которое они могли тогда проглядеть, и братья заново перекопали поле, но с тем же успехом.
Так через несколько лет эти люди привыкли к труду и научились различать времена года, о чем прежде не имели никакого представления. Тут-то они поняли, почему их отец применил такой метод воспитания, и стали честными и зажиточными крестьянами. Вскоре они увидели, что обладают достаточным богатством и совсем перестали думать о зарытых сокровищах.
Вот так же обстоят дела с изучением науки о человеческой судьбе и смысле жизни. Учитель, сталкивающийся с нетерпеливо-стью, сомнениями и жадностью учеников, должен побудить их совершать действия, которые, в чем он уверен, помогут им развиться, но истинная задача и цель этих действий самим ученикам часто остается неизвестной из-за их неподготовленности к восприятию.
Эта история, подчеркивающая, что в человеке могут развиваться какие-то определенные способности, хотя он сам пытается развить совершенно другие, необычно широко известна.
Популярность этой притчи можно объяснить предпосылаемым ей обычно высказыванием: «Те, кто повторяют этот рассказ, приобретут больше, чем могут предположить».
История публиковалась францисканцем Роджером Бэконом (у которого можно найти ссылки на суфийскую философию и который преподавал в Оксфорде, откуда был удален по приказу Папы) и химиком XVII столетия Боэрхааве.
Настоящая версия рассказа приписывается суфию Хасану из Басры, жившему около двенадцати столетий назад.