Скрытые следы
Шрифт:
Ионатану иногда казалось, что в глазах Руне светится что-то опасное, что пугает даже смельчаков.
Во время езды Карине не переставала думать о Руне. Рано или поздно какой-нибудь нацист увидит в нем неполноценного и просто пристрелит его. Ей кто-то шепотом говорил, что немцы избавляются от уродов. Нападали на слабоумных и калек. Она содрогнулась при мысли об этом. Руне почти всю дорогу молчал. Сидя в своем углу в кабине, он слушал оживленную болтовню Ионатана.
Наконец, они прибыли в Аксим.
Она была на грани отчаяния, отыскивая нужный дом. Что, если она придет слишком поздно и не сможет выполнить задание? И когда, наконец, она нашла тот самый дом, ей пришлось некоторое время постоять у ворот, чтобы отдышаться.
Ей открыл сам хозяин дома. Она тут же изложила ему цель своего прихода.
– Ах, да, – равнодушно произнес он. – Моя жена говорила о чем-то таком… Пожалуйста, сюда!
В прихожей она увидела большую фотографию Гитлера и чуть поменьше – Квислинга. В другой комнате она увидела украшенный двуглавым орлом роскошный письменный стол.
Хозяин шел по лестнице впереди нее. Он не считал нужным разговаривать с такой девчонкой, но у Карине сложилось впечатление, что он не слишком-то интересуется своей женой. Об этом свидетельствовало то равнодушие, которое прозвучало в его голосе, когда он сообщил своей жене:
– Вот та самая «дама», которая пришла показать тебе образцы косметики.
Казалось, он мысленно прибавлял при этом: «Зачем тебе эта косметика?»
Он стоял в дверях, когда Карине поклонилась хозяйке, у которой было усталое, но симпатичное лицо.
– Входи, мой дружок, – приветливо произнесла она. – Покажи мне, что ты принесла! Ты можешь разложить все это на моей тумбочке. Она подкатила свою коляску поближе к кровати.
Карине принялась не спеша выкладывать кремы и помады. Она старалась особенно не нагибаться, чтобы не помять конверт с фотографиями, лежащий в кармане ее брюк. Она знала, что ей нужно сказать, и напустила на себя глуповатый и наивный вид, разыгрывая не слишком сообразительную курьершу.
Хозяин дома по-прежнему стоял в дверях, словно у него была привычка наблюдать за своей женой.
Карине уже начинала нервничать, товар кончался.
Хозяйка подолгу рассматривала каждую вещь.
– О, мне очень нравится эта губная помада! Жаль только, что это не мой цвет!
Карине ответила на это своим новым, самодовольным голосом:
– К таким светлым волосам, как у вас, как раз подойдет этот розовый цвет. А еще лучше – вот этот, лиловый. Оранжевый совершенно не подходит.
Карине украдкой посмотрела в лицо несчастной женщины.
Мужчина презрительно фыркнул, считая Карине бесхитростной простушкой. И это было ей на руку.
Время шло. Хозяин стоял в дверях.
Тут, к большому облегчению обеих женщин, в дверь кто-то позвонил.
– Пойду открою, – сказал он и спустился по лестнице.
Они услышали его шаги внизу. Карине быстро вынула конверт и засунула его в ящик тумбочки, потом так же быстро повернула в замке ключ и отдала его хозяйке, которая молча положила его в корзинку для рукоделия.
Они услышали приглушенные голоса в прихожей.
– Не возьмете ли этот крем? – спросила Карине своим ясным девичьим голоском.
– Да, пожалуй, возьму для начала. И тут же тихо добавила:
– Я не смогу позвонить по телефону Стейну. Ты должна приехать сюда через несколько дней и забрать письмо.
Карине кивнула.
После этого хозяйка произнесла громко и отчетливо:
– Значит, ты принесешь мне через несколько дней заказанные товары, не так ли?
– Да, – ответила Карине. – Но именно такую мазь будет трудно найти, так что Вам, возможно, придется подождать.
– Ничего, подожду. Спасибо тебе. Ты сама найдешь дорогу?
Когда Карине спускалась по лестнице, двое, стоявшие внизу, виновато отпрянули друг от друга. К хозяину пришла молодая, хорошо одетая дама.
И хозяин дома торопливо спросил:
– Значит, вы разберетесь сами с этими бумагами, фрекен Андерсен?
– Конечно, – ответила молодая дама.
Сделав книксен, Карине вышла из дома, крепко зажав в руке коробку с косметикой. Поскорее бы добраться до грузовика!
Тем временем парни ждали ее, сидя в кабине грузовика.
– Ну? – сказал Ионатан. – Ты думаешь, Карине справится?
– Думаю, что справится, – ответил Руне.
– Должен признаться, что я за нее боюсь. Что если ее схватят?
– Она вывернется.
– Но ведь она такая… такая…
– Я понимаю, что ты имеешь в виду. Она такая одинокая.
– Вот именно. Откуда ты знаешь об этом?
– Это очень заметно.
– Да, в самом деле. Криста и Абель хотели купить ей собаку, но мама не может находиться в одном помещении с собакой, у нее начинается аллергия.
– Разве девушка живет не дома?
– Нет, пока нет, но рано или поздно она вернется домой.
Некоторое время Руне сидел молча, потом сказал:
– Думаю, твоей матери нужно забыть об аллергии.
– Тебе тоже кажется, что Карине нужна собака?
– Это единственное, что может помочь ей.
«Помочь ей?» Это звучало устрашающе. Тем не менее, Ионатан чувствовал, что это абсолютно верное выражение.