Скрытые следы

Сандему Маргит

Он сдержал свое обещание, данное немецкой девушке. Он послал ей деньги со счета своего отца – со своего счета он посылать не решался, боясь, что его обнаружат. Он надеялся, что она получит эти деньги, но не слишком был уверен в этом.

Он тайком навещал своего старого друга по группе сопротивления, доктора Хольмберга из больницы Уллевол. Ионатану очень хотелось помочь хоть как-то семье Руне, сказать его родственникам, каким хорошим парнем он был и как сложилась его судьба.

Но врач не располагал сведениями на этот счет.

– Если говорить честно, Ионатан, в группе никто не знал, кто такой

был Руне. Мы как-то разговаривали о нем, и оказалось, что кроме его имени никому о нем ничего не известно. Он неожиданно появился среди борцов сопротивления, чертовски сообразительный и немногословный. Лучшего борца среди нас не было.

– Тем не менее, его схватили.

– Да, и это нас очень удивило. Создавалось впечатление, будто он… будто он сам хотел попасть в Германию, узнав о том, что тебя увезли туда. Та же знаешь, как он был привязан к тебе. Он держал тебя под своим крылом.

– Да, – задумчиво произнес Ионатан. – Он и в Германии так поступал. Он умер, защищая меня.

– Я полагаю… – врач сделал неопределенный жест рукой, – я полагаю, что… Ионатан улыбнулся.

– Я понимаю, что вы имеете в виду. Нет, могу поклясться, что он был не из тех. Просто он… заботился обо мне. Поэтому я так тяжело воспринял его гибель.

– Я понимаю. Да, нам так не хватало этой зимой вас обоих! И мы так обрадовались, узнав, что тебе удалось бежать. Это просто какое-то чудо!

– Да, – смущенно улыбнулся Ионатан. – Это и есть чудо.

Многие, многие сельские жители покидали родные места и тянулись в город. Но потом приходили к мысли, что покидать деревню было все-таки глупо. Они тосковали о цветущих летних лужайках, о деревенских улицах, где все знали друг друга, о более человечном устройстве общества.

Так было и с Уле Йоргеном, мужем Мари. Его отец умер, и ему по наследству досталась усадьба в Гудбрандсдалене.

Они с Мари решили уехать туда. И в 1944 году они переселились из Аскера в свою усадьбу. Мари это вовсе не испугало. Во время войны, чтобы сэкономить средства, в Липовой аллее держали кое-каких домашних животных, и она часто ходила туда помогать по хозяйству. Так что перспектива стать женой фермера ее не пугала.

И вот, с тремя детьми и с четвертым на подходе, они покинули родовое гнездо Людей Льда. Больше всех печалился по этому поводу – за исключением родителей, брата и сестры Мари – Абель. Маленькая Кристель была его первой внучкой. Отец Кристель, Иосиф, совершенно не интересовался своей дочерью, он переехал в Осло и жил там своей жизнью. Но дома он побывал и «простил своего отца» за нанесенные ему обиды. Абель регулярно переводил деньги на счет в Сбербанке на имя своей маленькой внучки Кристель. Они прекрасно ладили друг с другом. И вот теперь он утешал себя тем, что Гудбрандсдален – это все же не Конго, и если времена станут полегче, он, возможно, сможет навестить их…

Мари и Уле Йорген охотно приглашали его приехать.

Со временем Мари обзавелась пятьюдетьми, но поскольку четверо младших не имели особого отношения к роду Людей Льда, они останутся для нас безымянными.

После возвращения Ионатана из Германии его судьба складывалась нормально. Весной 1945 года, когда война, наконец, закончилась,

он покинул мастерскую, в которой никогда не чувствовал себя на своем месте, и снова вернулся в больницу. Закончил училище при больнице, где встретил будущую медсестру, красавицу Лизбет. В 1946 году они поженились, и у них родилось трое детей. От туберкулеза Ионатан вылечился.

И, подобно многим другим норвежцам, он вовсе не считал всех немцев чудовищами.

Что же касается Карине…

Йоаким продолжал оставаться ее преданным другом. Они писали друг другу письма, навещали друг друга.

Когда война закончилась, Карине взяла Йоакима за руку, чтобы набраться мужества, и они вместе пошли к шефу полиции в Осло. Там Карине рассказала, наконец, историю о мертвом человеке в лесу, о его нападении на нее, о ножевых ранах, нанесенных ему. И тут Йоаким вмешался в разговор и рассказал о ее детских переживаниях, потому что Карине сама не осмеливалась это сделать. Он рассказал шефу полиции о двух пережитых ею изнасилованиях и о том, что ей удалось выбросить это из своей памяти, хотя эти жуткие воспоминания снова вернулись к ней после нападения на нее человека в лесу. Он ничего не скрыл, и Карине молча слушала то, что он говорил. Никто не знал, чего стоило ей сохранять спокойное выражение лица.

Никто не знал о том, что два года назад она пошла в библиотеку и прочитала в одной газете о человеке, который бесследно исчез в округе Аским в 1941 году. После этого она нашла адрес его родственников и написала анонимное письмо: «Не ищите больше своего родственника! Я очень сожалею, но он мертв!»

Ей казалось, что это письмо чем-то поможет его родне. По крайней мере, они не будут пребывать в неведении.

Шеф полиции оказался человеком понятливым. Он не стал возбуждать против Карине судебного дела. Время было военное, и человек, напавший на нее, был ее врагом. Вместо судебного разбирательства Карине прошла курс лечения у психиатра, что позволило ей, наконец, освободиться от мучивших ее воспоминаний.

Но ей пришлось отправиться вместе с полицейским в лес и показать то место, где был зарыт пропавший без вести человек. Пришлось рассказать и о Руне, который закопал труп, и о его смерти в стане врага.

При извлечении из земли трупа она не присутствовала. Она бы этого не вынесла, и это понимали все, кто видел эту закомплексованную девушку с беспокойно двигающимися руками и коротко обкусанными ногтями.

Потребовалось время, чтобы Карине обрела, наконец, душевное равновесие. И Йоаким – и Шейн – терпеливо ждали этого.

Карине стала необычайно привлекательной девушкой. Дело было не столько в самой внешности, сколько в ее глазах и улыбке, немедленно покоряющих каждого. Ее взгляд и улыбка были одновременно застенчивыми и сияющими.

С каждым годом Йоаким все больше и больше влюблялся в нее.

Наконец, они смогли пожениться. Это произошло жарким летом 1947 года. Карине исполнился двадцать один год, она стала к тому времени спокойной, уверенной в себе. Она была влюблена и счастлива. Свадьба происходила в такой спешке, что невесте забыли даже подарить цветы. Но куда хуже было то, что за год до этого бабушка Марит и дедушка Кристофер умерли. А она так хотела, чтобы они присутствовали на ее свадьбе.