СКВАД
Шрифт:
– Ты кушай, кушай печенье! Вкусное.
Лукас откусывает.
– Да. Очень.
– А ведь оно тоже цифровая матрица. Но печенье воссоздать здесь проще, чем другого живого человека.
Будто из ниоткуда появляется кот. Пушистый полосатый кот, который начинает тереться у ног Мэддокса и громко мяукать.
– Понимаешь, я смог оцифровать даже своего кота. Но мне все же здесь одиноко. Мне не хватает…
Мэддокс смотрит на Лукаса.
– Наверное, мне еще рано тебе об этом говорить.
Лукас хмыкает:
– Ой, да бросьте Вы. Про секс и любовь мне уже все известно.
Помолчав, добавляет.
– В теории.
Мэддокс продолжает:
– Ну, тогда ты меня поймешь. Хотя бы в теории. Как оказалось, создать математическую матрицу женщины – это не тоже самое, что создать мужчину. Все мои попытки приводили к появлению механической куклы. Есть в их поведение нечто, что не поддается пока математике.
Лукас в ужасе:
– И тогда Вы решили создать мужчину? И затащили сюда меня?
Мэддокс:
– Ну не совсем так. Я попытался создать точную копию исторического персонажа. Поскольку мой мир – это авиасимулятор, я начал создавать математические модели знаменитых пилотов.
Лукас:
– А, понял. Приложение к игре: Асы в небе?
Мэддокс:
– Да. И лучше всего у меня получился, как не странно, немецкий летчик-ас Эрих Хартманн. Тевтонцы со своим железным порядком оказались наиболее программируемой нацией. И мне удалось довести его модель до состояния 100 процентной реальности.
Лукас:
– Так это, значит, он был сегодня днем на спортивной площадке?
Мэддокс:
– Да, молодой Эрих Хартманн собственной персоной.
Лукас:
– Но как?
Мэддокс:
– Так же как и ты сюда. Через открытое окно, которое появилось под влиянием мощного электрического заряда.
Лукас:
– Ночью была гроза?
Мэддокс:
– Да. Удар молнии создал мгновенный выброс энергии и Эрих вышел с ним наружу, но по закону равновесия окно осталось открытым, и в него вошел ты. Так получилось! В принципе на этом месте мог быть любой!
Мэддокс тяжело вздохнул.
Лукас:
– И что же теперь делать?
Мэддокс почесал голову.
– Могу только догадываться. Думаю, Хартманн преложит все усилия, чтобы остаться в реальности.
Лукас:
– А что ему для этого надо?
Мэддокс:
– Стереть твою матрицу из всех кодов игры.
Лукас:
– Что для этого надо?
Мэддокс:
– Самый легкий способ – ввести тебя в состояние "Игрок убит".
Лукас:
– Сбить меня?
Мэддокс:
– Да. Если помнишь. Он тебя уже сегодня пытался достать.
Лукас:
– Значит, чтобы мне вернуться домой, я должен буду сбить его.
Мэддокс кивает головой:
– Да.
– Но шансов у тебя практически никаких!
ЭПИЗОД 9
Лукас и Бобер принимают вызов
Бобер сидит на своем стуле перед компьютером, уставившись в одну точку. На компьютере бегает виндовская заставка. На голове наушники. Он через них слышит весь разговор Мэддокса и Лукаса. "У Вас нет никаких шансов!"
Бобер кашляет. В комнате Мэддокса раздается его кашель. Звук кашля гуляет по колонкам. Он похож на противный скрежет.
Мэддокс морщится, смотрит на динамики.
– Ох, я, кажется, не выключил связь. Нас кто-то слышал!
Бобер через микрофон:
– Да не кто-то, а я – Никита Бобров. Вы уж простите, но я действительно слышал Ваш разговор.
Лукас вскакивает со своего места. Смотри по сторонам:
– Бобер, эй! Ты где?
Мэддокс перебивает его:
– Видеосвязь с этим каналом не установлена. Мы можем пока его только слышать.
Лукас:
– Бобер, привет! Ты слышал, что со мной случилось?
Бобер. Его взгляд направлен вверх, как всегда бывает у человека, который разговаривает по телефону.
– Да уж.
Обращается Мэддоксу:
– Извините, господин Мэддокс. А можно у Вас спросить?
Мэддокс:
– Да.
Бобер:
– А почему вы приказали мне выпрыгнуть из самолета. Я бы мог попробовать сбить этого Хартманна и дело с концом.
Мэддокс:
– Э, э, э. Скорее всего, все было бы наоборот, молодой человек. Он сбил бы Вас, и это могло бы привести к непоправимым последствиям. В первую очередь для Вас, молодой человек.
Бобер:
– Ну, что может случиться, если меня собьет какой-то виртуальный урод.
Мэддокс:
– У вас когда-нибудь зависал компьютер?
Бобер:
– Да, сто раз. Перегрузил его и все.
Мэддокс:
– А где у Вас, молодой человек, кнопка для перегрузки?
Бобер открывает рот, чтобы ответить, но не находит ответа.
Мэддокс:
– Вот именно. Чисто внешне вы будете выглядеть как впавший в кому или летаргический сон.
Лукас шмыгает носом.
– Неужели нет никаких шансов?
Мэддокс качает головой:
– Нет. Никаких.
Бобер стучит кулаком по столу:
– Во, блин, залетели! Что же мне теперь вообще к компу не подходить!
Кусает кулак.
– Подождите. Но ведь это Вы научили Хартманна сражаться?
Мэддокс:
– Да я восстановил его математическую матрицу.
Бобер:
– А вы не можете Лукаса и меня научить летать также как, ну, к примеру: Покрышкин или Кожедуб?
Мэддокс чешет голову: