Скверна
Шрифт:
– А что с предположением правителя Эбаббара? – со скрытым раздражением произнес Пурус. – О том, что один из камней Митуту нашел свое пристанище среди воевод разбойников?
– Софус ведь тоже согласен с таким предположением, – осторожно заметил Деменс. – Правда, он же считает, что ниспослание камня Митуту кому бы то ни было может означать не только великую силу, но и великую кровь, которой требует этот камень. И проливается именно та кровь, которая к нему ближе. То есть кровь тех же свеев, вентов и антов!
– Да уж, – вздохнул
– Я бы не полагался на доброту богов, – ответил Деменс. – Конечно, боги всегда посылают смерть нашим врагам, но эта смерть может явиться после нашей собственной гибели. К тому же кто знает, в чем заключается божественный промысел?
Потирая руки, Деменс тихо захихикал.
– Ну, договаривай уже, – поморщился Пурус. – Ты явно что-то разнюхал?
– Разнюхал, – кивнул Деменс. – Все, что я делаю для моего короля и Ардууса, это очень важно. И я отчитаюсь перед тобой, мой дорогой Пурус, за каждый свой шаг. Но сначала я позволю себе напомнить то, о чем уже говорил и что уже просчитал. Ударов, которые будут нанесены по Великому Ардуусу и которые нам предстоит пережить, будет все-таки три…
– Два войска северных разбойников и орда степняков, которая пока еще клубится далеко на юге? – усмехнулся Пурус. – Выдержим. Наши реки так же сберегают нас, как наши крепости. На случай долгой осады и долгой войны уже теперь сохраняются запасы зерна, вялится мясо и рыба, сушатся фрукты. Оружейники трудятся без устали. Воины, от безусых юнцов до седых ветеранов, не щадят себя в неустанных упражнениях. А как ты хотел, Деменс? Империя рождается из сражений и крови. Иначе никак!
– Будет три удара, – спокойно повторил Деменс. – Первый удар – с севера. Джофал или Слагсмал пойдет через Касаду, чтобы уничтожить любую угрозу для себя с запада. Прайды на равнину не сунутся, Махру слаба, Самарра, Галата и Экрон не полезут в эту войну, пока она не придет к ним в дом, тем более что они боятся степняков. Между ними и степняками лишь узкое море и корабли, которые степняки рассылают по всей Анкиде, настораживают. Второе войско северян пойдет на Обстинар и Тимор. Может быть, они не возьмут крепости, но уничтожат деревни, скот, поля. С Валой и Иури поступили именно так.
– И не отправятся домой с награбленным? – прищурился Пурус.
– Нет, – вздохнул Деменс. – Они изменились. Они сойдутся у Абутту. Где-то там им придется дать битву. И это будут не два удара, а один!
– Их почти триста тысяч… – нахмурился Пурус.
– Думаю, будет меньше, – ответил Деменс. – У тебя тоже почти триста тысяч. Сейчас сто, еще столько же подгоняют доспехи, но если ты соберешь всех…
– А степняки? – скрипнул зубами Пурус. – Как долго ждать удара с их стороны? Год? Два?
– Не знаю, – покачал головой Деменс. – Они могут напасть уже этой зимой. Им невыгодно давать тебе отдых
– Значит, в победу над северянами ты все-таки веришь! – зло ударил кулаками по краям ванны Пурус.
– Я верю и в победу над степняками, – склонил голову Деменс. – Будет очень тяжело, очень. Но все встанут за Ардуус. И уже порядком истерзанная Тирена с остатками сил, и Самсум, и даже все королевства с другого берега моря. Особенно после нашей победы над северянами.
– Ее еще нет, этой победы, – мрачно проговорил Пурус и подумал, что сегодня же нужно попасть в ардуусскую цитадель, взять меч императора и больше с ним не расставаться. Даже прикосновение к драгоценному клинку, которого касался сам Энки, успокаивало Пуруса.
– Будет, – уверенно проронил Деменс. – Думаю, что будет и третья победа. Но останется ли кто-то жив после?
– Ты снова о третьем ударе? – скривил губы Пурус. – Что же, Лучезарный поднимется из Светлой Пустоши и поведет на нас своих мертвецов?
– Это было бы самым худшим исходом, – побледнел Деменс. – Но третий удар будет со стороны Эрсет. Или сотни тысяч беженцев тебя не убедили? А ведь это лишь капля от тех народов, что населяют пространства Эрсетлатари!
– Там тоже разные королевства, разные народы, разные интересы, – отрезал Пурус. – Да, там берет силу поганый Храм Света, но никто не может объединить Эрсет! Для этого нужен Лучезарный! Но даже если бы явился кто-то схожий, то ему потребовался бы не один год! Понимаешь, не один! И он уже начал бы действовать!
Последние слова Пурус почти прокричал.
– Белый мор прекратился, – прошептал Деменс. – Порты в море Тамту еще не открыты, но мор уже пошел на спад.
– И это признак усиления Эрсет? – поднял брови Пурус.
– Белый мор – не обычная чума или холера, – заметил Деменс. – Он направляется внешней силой. Где бы ни случилась эта зараза, ищи мурса. Если она была в нескольких местах – нескольких мурсов. Странно как-то совпало – манны начали давить на вольные города, и в них случается белый мор. Но едва манны захватывают власть во всей земле Саквиут, во всей южной Анкиде – от моря Тамту до гор Сахату и от гор Габри до границ истерзанной Тирены, как мор пропадает!
– Значит, мурсы служили маннам? – скривился Пурус.
– Вот! – поднял палец Деменс. – Но ведь мор был и в городах на другом берегу моря Тамту! И он прекратился и там.
– И что это означает? – нахмурился Пурус. – Не хочешь ли ты сказать, что степняки служат наследникам Лучезарного в Эрсет?
– Мурсов не так много осталось после битвы у Бараггала, – прошептал Деменс. – Правда, мы не знаем, что хранится в подземельях Донасдогама, в них ведь так и не удалось проникнуть. Но их в любом случае не много. И то, что они исчезли, значит, что они нужны в другом месте. В Эрсет!