Слагаемые

Сью Стейси

– Я так и надеялась, что кто-нибудь тебе заедет, - безжалостно прокомментировала я.

– А ты что здесь делаешь?
– Илья присел, дотронулся до головы и, увидев на руке кровь, разочарованно вздохнул.

– Простите, я не хотела, я думала вы всерьез, - раздался дрожащий голос Альбины, которую по дороге сюда я ввела в смысл нового курса.

– Хороший удар, - заметил мужчина, - Лена, там, в нижнем ящике стола аптечка, Альбина, все в порядке, ты можешь идти.

Девушка замялась, но я кивнула ей и она всё-таки ушла.

Я открыла ящик и достала бинты и перекись.

– Она меня что, подсвечником?
– Илья уже встал на ноги и огляделся, на его глаза попалось злосчастное орудие убийства.

– Ты в следующий раз нож положи на стол, - посоветовала я.

– Очень смешно, не поверишь, но в моей практике это в первый раз, чаще приходилось останавливать девиц, которые с готовностью скидывали одежду.

– Хватит хвастаться, сядь на стул, я не дотянусь до твоей головы.

Не найдя ваты я смочила перекисью бинт и начала обрабатывать рану.

– Может тебе в больничку?

– Ерунда.

Я была не согласна, но когда вытерла кровь, признала, что рана и на самом деле смотрится не так уж и страшно.

– Ну вот, вроде все - я выкинула бинт в стоящую рядом урну, и отвернулась к столу, убирая перекись в аптечку.

Неожиданно по моей обнаженной руке снизу вверх пробежал холодок, вызванный кончиками его пальцев.

– Прекрати, - спокойно попросила я.

– Неужели ты ничего не чувствуешь?
– шепнул мне мужчина на ухо.

– Я чувствую, что у тебя пальцы ледяные и это меня раздражает, - отрезала я, пытаясь отодвинуться, но стол затруднял данный маневр, я развернулась к нему лицом.

– Так сильно его любишь?
– он склонил голову набок, и я почувствовала, как под его изучающим взглядом мои щеки предательски наливаются румянцем.

– О чем ты?

– О Викторе.

– Не понимаю, мне нужно идти.

Я вырвалась из его цепких рук и направилась к выходу.

– Он никогда не будет с тобой. Возможно, не выдержит, сдастся, перепихнется пару раз и уйдет.

Пальцы сами собой сжались в кулаки, но я сдержала порыв врезать ему и покинула кабинет.

Надеюсь, подсвечник завтра будет стоять на том же месте.

***

Когда я вошла в свою комнату, то поняла, что моя злость прямо сейчас выльется на Леру. На полу валялась безвозвратно испорченная работа... Это было открытое объявление войны.

Моих стоп кранов, как ни бывало, я кинулась на девушку, весьма точно нацелившись на ее лицо, жаль у меня не такие длинные ногти как у нее, иначе на ее лице уже были бы кровавые борозды. Похоже, она искренне удивилась моей столь агрессивной реакции, но если думала, что я буду все проглатывать, то не на ту напала.

– Ах ты, сучка, - ахнула Лера от боли в волосах, я дернула их со всей силы, на собственном опыте помня как это больно.

Девушка не осталась в долгу, она умудрилась оттолкнуть меня от себя и я, отлетев, ударилась спиной о шкаф, у меня мгновенно перехватило

дыхание. Я понимала, что нельзя давать себе ни секунды, чтобы перевести дыхание и увернулась от ее кулака, нацеленного в лицо. Он ударился в дверцу где-то над моим ухом. Дверцы жалобно заскрипели.

– Я целый вечер над ним работала, - прошипела я, со всей силы ударяя девушку в живот, но Лера увернулась, и удар прошел вскользь, - а ты красила на страницах ногти?

– Прости, больше не было вещей, которые не жалко запачкать, - процедила она сквозь зубы, вскидывая коленку, я обеими руками обхватила ее ногу и дернула. На лице Леры отразилось удивление, и она упала вниз, можно поспорить, что она никогда не дралась с Виктором. Но не успела я порадоваться триумфу, как от подножки сама полетела вниз. Дверцы шкафа раскрылись и вещи посыпались на нас.

– Ты я смотрю, борзости набралась, - зашипела Лера, оседлав меня, ее руки потянулись к моим волосам.

– Я смотрю смерть подруги не сбила с тебя спесь, - процедила я, скидывая ее с себя.

– Не смей!
– закричала Лера, и на ее лице отразился настоящий гнев, от лица отхлынула кровь, и в ее глазах осталось лишь желание сделать больно тому, кто без сомнения сделал больно ей. Я до сих пор просто не могла поверить, что она бесчувственная тварь. Я пыталась встать, когда сильный удар снова уложил меня на пол, голова с силой ударилась о паркет, и все наполнилось звоном. Это плохо, очень плохо. Я оказалась рядом с кроватью Леры и с удивлением заметила там бейсбольную биту. Мне было плевать, зачем она здесь и как тут оказалась, я схватила ее и наугад ударила себе за спину, послышался стон, когда я поднялась и повернулась, Лера стояла на коленях и держалась за лоб, по красноте можно заключить, что там завтра будет весьма большой синяк.

Теперь перевес однозначно был на моей стороне, ведь в моих руках было оружие. Лера отползла дальше и неожиданно с удивлением вытащила из вещей нож. Я все еще мешкала, но ее глаза говорили о том, что она еще желает причинить мне боль. Мне оставалось только защищаться. Мы сцепились с ней, но небольшое расстояние между нами в комнате скорее было на руку ей, чем мне. В итоге я бросила биту и схватила ее руку, пытаясь отклонить нож, который неминуемо приближался к моей груди, я толкнула ее, и мы обе полетели к входной двери, замок не выдержал такого напора, и мы обе вывалились в коридор. Сразу начали появляться лица из соседних комнат, заинтересованные шумом. Естественно, что никто не вмешивался, правила негласного кодекса запрещали это делать. При падении нож Леры отлетел в сторону, а я ударилась головой о стену. Чувство было такое, словно над моей головой как в мультике летают звездочки и птички. Пока я пыталась встать и сфокусироваться на основной проблеме, я увидела, как Лера добралась до ножа и снова нависла надо мной, моя голова отказывалась лихорадочно работаться, что же нужно сделать, чтобы этот нож не проткнул меня. Что, что, что...