Следопыт
Шрифт:
Теперь у нас было высшее чувство миссии. Минуты приближались к часу «Ч», и у нас оставалось меньше девятнадцати часов, чтобы добраться до Калат-Сикара и зачистить территорию, чтобы захватить его. Время от времени мы были вынуждены останавливаться из-за разбитой машины Корпуса морской пехоты США, перегородившей движение. Мы не могли просто на скорости проскочить мимо по открытой пустыне, потому что тогда какой-нибудь скорострел из морских пехотинецев мог решить отстреляться по нам. Скорее всего, это был их первый оперативный тур, и они были бы чертовски взвинчены. Вместо этого нам пришлось махать, улыбаться и осторожно прокладывать себе путь — мимо проходили
Мы притормозили на одном из таких заторов, и тут из-за пары «хамви» появилась эта фигура. Он был одет в характерный синий бронежилет прессы. На голове у него была потрепанная синяя бейсболка, нахлобученная поверх прически в стиле безумного профессора, а на кончике заостренного носа сидели причудливые очки. Существовала только одна вещь, которой мог быть этот парень: американский журналист, работающий в Корпусе морской пехоты.
Направившись прямиком к нашему автомобилю, он остановился прямо у моей двери. В одной руке он сжимал диктофон, и я видел, как он нажал «запись», хотя и делал все возможное, чтобы скрыть это. Он посмотрел мне в глаза и задал первый вопрос в такой самоуверенной манере, которая просто требовала ответа.
— Привет, Мэтью Джонсон, «Си-Би-Эс Ньюс». Так куда вы, ребята, направляетесь?
Я указал на север:
— Туда.
Я подумал, что на самом деле это было довольно очевидно, поскольку все направлялись на север. В этот момент Джейсон тронулся с места, за ним последовала машина инженерной разведки, и Стив завел наш двигатель.
— Эй, подождите… — крикнул репортер нам вслед. Затем, когда он понял, что мы не собираемся останавливаться:
— Ладно, ребята, увидимся в следующий раз в Херефорде!
Мне захотелось завопить в ответ: «Мы не SAS, мы Следопыты. Разве ты не видишь разницы? Это все равно что перепутать БМВ с Феррари!». Но если бы я это сделал, я полагал, что у него была бы еще более интересная история.
Мы продвигались вперед по главной трассе. На открытых участках мы теперь развивали добрых 80 км/ч, но всякий раз, когда натыкались на американские колонны, нам приходилось ползти ползком. Я прикинул, что наша средняя скорость должна быть около 30 км/ч, и при такой скорости мы все равно доберемся до Калат-Сикара в течение десяти часов. Это оставило нам достаточно времени, чтобы сделать необходимое.
Видимость была отличная, и мы могли видеть на несколько километров в любом направлении. Мы еще не видели ни одного иракца, гражданского или военного. Это было действительно странно, потому что мы ехали по этому огромному чертову шоссе в самое сердце Ирака. Если бы не Корпус морской пехоты США, нам казалось бы, что мы перемещаемся по Планете обезьян после апокалипсиса, настолько она была лишена какого-либо человеческого присутствия.
В 11.00 мы были в пути добрых три часа и остановились, чтобы еще раз свериться с картой. Мы прикинули, что находимся всего в нескольких километрах от южной окраины Насирии. Именно сейчас мы заметили отдаленные признаки сражения. Находясь неподвижно в пустыне, мы услышали первые взрывы. Я посмотрел на север и на далеком горизонте увидел густые маслянистые клубы дыма, уносимые ветром. Боевые вертолеты «Кобра» кружили в воздухе, поражая цели внизу, а в ответ в небо по дуге устремлялись трассирующие пули.
Мы продвинулись вперед на несколько сотен метров и увидели разбитый «хамви» и бронетранспортер LAV-25, лежащий на обочине дороги. Казалось, что иракцы все-таки оказывали какое-то сопротивление. LAV-25 был большой неповоротливой машиной. Он все еще яростно
Не было никаких признаков каких-либо потерь среди американцев, поэтому мы решили, что кто бы ни был в БТР и «хамви», он, должно быть, выбрался практически невредимым. И по-прежнему не было ни малейших признаков присутствия каких-либо иракцев. Мы предположили, что небольшой мобильный отряд устроил здесь внезапную засаду, прежде чем раствориться в пустыне.
Странно, но мы почувствовали почти облегчение, увидев какие-то признаки вражеского присутствия, конкретные доказательства того, что мы находимся на войне. Мы прошли почти треть пути по территории Ирака, а до сих пор не увидели ни одного иракского бойца. Но в равной степени мы еще не видели, чтобы хоть один иракский солдат сдался в плен, и они, конечно же, не складывали массово оружие.
Насирия — шиитский город, в отличие от суннитского. Мы узнали об этом из сводок разведки. Сунниты были традиционными союзниками Саддама Хусейна, и от местных шиитских жителей здесь ожидали дружелюбия. Это способствовало «относительно благоприятной» оценке разведданных, которую нам дали. По крайней мере, на данный момент разведданные, казалось, соответствовали тому, что мы видели на местах.
Мы продвинулись вперед еще на 5 километров, прислушиваясь к малейшему движению вокруг нас. Но, кроме боевых вертолетов «Кобра», кружащих над горизонтом, которые должны были находиться где-то над центром Насирии, там ничего не было. Наконец, примерно в 200 метрах перед нами мы заметили нечто похожее на командный пункт Корпуса морской пехоты США. По одну сторону дороги виднелось скопление палаток и транспортных средств, а также множество радиоантенн, торчащих в воздух.
Командный пункт был окружен шеренгой морских пехотинцев США, которые лежали пластом, в круговой обороне. Никто из них еще не окопался, поэтому мы решили, что они пробыли здесь всего несколько часов и непосредственной угрозы не было. Мы могли видеть на несколько сотен метров во всех направлениях, и не было никаких признаков войск противника. Мы полагали, что командир из Корпуса морской пехоты США разместит подразделения на 360 градусов вокруг своего командного пункта, что означало, что мы могли быть здесь довольно расслаблены, хотя мы знали, что приближаемся к их линии фронта.
Под бдительными взглядами пехотинцев Корпуса морской пехоты мы подъехали к обочине и спешились. Трикки настроил TACSAT на отправку доклада LOCKSTAT в штаб — отчета о том, где мы были и чем занимались. Мы с Джейсоном двинулись вперед пешком, направляясь к командному пункту. Мы хотели получить какую-то конкретную информацию о том, что может ждать нас впереди, какое сопротивление встретили морские пехотинцы США в Насирии, и о нашем наилучшем маршруте прохождения.
Я схватил свою SA80 с того места, где она была зажата между моим водительским сиденьем, рядом с ручным пулеметом Стива. Джейсон тоже прихватил свою, к тому же у нас были пистолеты в поясных кобурах. Со стороны дороги командный пункт защищал массивный корпус «Амтрака» (бронированной гусеничной машины-амфибии). Мы обогнули его и подошли к первой палатке. У него был клапан, похожий на занавеску, который прикрывал вход. Это было сделано для того, чтобы свет не просачивался наружу ночью, открывая противнику местоположение палатки.