Sleepwalking
Шрифт:
– Нет, мы друзья… доктор, как она?
– взволнованно спросила Ино, приложив кончики пальцев к губам.
Саске опустил глаза на Юки, присмотревшись к нему. Мальчик глядел не то с надеждой, не то с той же злобой, которая была у него раньше… сложно было понять. Дети — уникальность, способная вмещать в себе сотни противоположных друг другу эмоций. Юки ничем не отличался от других детей. Кроме того, что его мама пострадала в автокатастрофе. Учиха еле заметно, одним уголком губ улыбнулся мальчику и, взяв осторожно Ино под локоть, поспешил отвести её в сторону, понизив тон едва не до шёпота. Юки не должен услышать то, что доктор сейчас скажет ей…
– Состояние нестабильное, - констатировал он, посмотрев
– Она поправится, конечно, но я не уверен, насколько быстро пройдёт её выздоровление. У неё сотрясение мозга, которое может привести к коме. Как дальше будут развиваться события — предсказать сложно даже мне, - Учиха покачал головой, задумавшись.
– Были переломы трёх рёбер, правой руки, в комплекте ссадины, синяки, ушибы, перелом мизинца левой ладони и вывих правой стопы. Если с этим справиться легче, то сотрясение мозга — дело опасное, непредсказуемое, - он перевёл взгляд в сторону Юки, который не сводил с них взгляда, подозрительно прищурившись.
– Пока что её нельзя навестить — состояние нестабильное, - повторно добавил Учиха, кивнув и немного отстранившись от них.
Саске старался держать себя в руках, чтобы не показывать, какие чувства он испытывает на самом деле. Мало того, что Сакура сильно пострадала, так тут ещё и их сын… он не понимал, знал ли Юки о том, кто является его отцом, понял ли он это, но сейчас не стоило об этом задумываться: сейчас было главным вытащить Сакуру из той глубокой бездны, в которую она угодила по своей невнимательности. Саске не собирался выяснять, кто прав, а кто виноват в этой аварии — для него, как для любого достойного хирурга, главным было спасение пациента. В остальном пусть разбирается полиция. Да и что он, чёрт возьми, несёт?! Какого пациента?! Да, Сакура являлась, несомненно, его пациенткой, но… мать твою, к какому ещё пациенту он испытает такие чувства, как к ней? Вряд ли он забудет, как у него заколотилось сердце при одном только виде пострадавшей девушки на каталке.
– Когда к ней можно будет?.. и что нам делать? Что нужно?..
– нервно спросила Ино, бросив короткий взгляд на Сая.
– Ничего не нужно, - покачал головой Саске, - я сам всё сделаю. Её перевели в двенадцатую палату на пятом этаже. Я постараюсь сделать всё, что смогу, а вы позаботьтесь о Юки.
Он кивнул в сторону мальчугана, который с угрозой поспешил сжать ладошки в кулачки, насупившись и надув губки. Саске слегка улыбнулся: до чего же этот очаровательный малыш похож на свою маму, когда злился. Слегка покачав головой, он сунул руки в карманы, отведя взгляд от мальчика. Слишком много событий за целый день… так ещё и Сакура в таком отвратительном состоянии. Что он готов был сделать сейчас? Да даже продать душу ради того, чтобы она была в порядке и чтобы снова гладила по голове своего малыша, прижимая его к себе. Саске готов был стерпеть всё, быть может, даже её ругательства в его адрес, выражение презрения и ненависти, угрозы и всё остальное, что она могла бы высказать… но это было ничтожно по сравнению с тем, какую боль испытывала она, её маленький сын и Саске.
– Она в твоих руках, Саске… - предупредила девушка, посмотрев прямо в чёрные глаза мужчины, и направилась обратно к Юки, чтобы утешить его. Она присела рядом с ним на корточки, принявшись поглаживать по голове и что-то ласково говорить ему на ушко. Саске тяжело вздохнул, глядя на блондинку и своего маленького сына, вытащив одну руку из кармана, как-то неуверенно и нерешительно посмотрев на Сая:
– Как он? Держится?
– Как видишь, пацан молодец, - с лёгкой улыбкой кивнул Сай, не зная, что и спросить у Учихи, чувствуя неловкость ситуации.
– К тебе её сразу определили, или ты узнал, что Сакуру
Он ещё и спрашивает? Сакуру хотели определить к какому-то старому хирургу, у которого порой руки трясутся, потому как тот часто употребляет алкоголь! Учиха устроил целую дилемму, и каждый пациент, который, конечно, имел способность вставать на ноги, выходил в коридор, чтобы поинтересоваться, кто так грозно кричит на всю больницу по поводу какой-то девушки по имени Сакура Харуно.
– Узнал, - он посмотрел в сторону Юки сочувствующим взглядом.
– Мне очень жаль, что так получилось. Я сделал всё, что мог, и буду делать то, что в моих силах… но велика вероятность того, что она впадёт в кому. Не знаю, на какое время. Из неё иногда люди годами не выходят.
– Да уж… - Сай сочувственно покачал головой, тяжело вздохнув и почесав затылок.
Было заметно, что Саске и сам тяжело переносит всё то, что с ними происходит. Кому тяжелее: Саске или им? — был сложный вопрос, на который ни Сай, ни Ино не знали ответа. А Юки всё так же с угрозой посматривал на хирурга и хмурился. Явно этот мужчина не станет говорить ему. Где спрятал маму… скрестив руки на груди, Саске вздохнул, а после устало протёр широкой ладонью лицо.
– Мне нужно проверить, как она, - он не решился подойти к Юки именно сейчас, когда так хотелось и когда мальчик так нуждался в своём отце, а только хлопнул Сая по плечу: - Держитесь.
Юки ответил ему нерешительным взглядом, когда Саске прошёл мимо, и, как заметила Ино, даже немного испугался. Девушка нервно прикусила губу, поднявшись с места, так и держа за руку мальчика. Широкая спина врача постепенно удалялась дальше по коридору, а полы его распахнутого халата развевались по сторонам, будто спасительный парус корабля. Саске не ускорял шага: он как будто бы нарочито медленно шёл по коридору широкими шагами, сунув руки в карманы тёмных джинсов. В голове проносились такие отвратительные и вместе с тем приятные воспоминания… отвратительные потому, что приносили такую невероятную боль и понимание того, что этого, возможно, больше никогда не будет. В его мыслях она улыбалась, смеялась над его шутками, дразнила его, надевая порой короткие шорты когда-то давно, около пяти лет назад, и снова заливисто хохотала. Её волосы так призывно развевались на лёгком летнем ветерке, и так хотелось коснуться их хотя бы кончиками пальцев… и он делал это, делал бесконечно, гладил их, зарывался в них ладонями и притягивал её голову к себе, целуя в такие соблазнительные алые губы… как ему хотелось снова почувствовать их тепло! И когда она была в операционной… он видел эти бесконечные минуты и секунды боли, которые тянулись для неё равносильно суткам.
– Что он сделал с моей мамой?
– крикнул Юки, да ещё и так, чтобы Саске услышал его. Мальчик покосился в спину врача, слегка нахмурившись, и тут же отвёл от него взгляд, обратив глаза в сторону Ино.
– Доктор помогает маме вылечиться. Он не сделает маме плохо, - выдавила улыбку девушка, немного потрепав мальчугана по волосам.
– А что, если сделает?
– испуганно вопрошал Юки, схватив Ино за тонкое запястье. Снова эта боль, которая захлестнула его глаза солёными и горькими слезами… - Пойдёмте к маме, пожалуйста. Ну пожалуйста! Я хочу её увидеть.
Он потащил девушку в сторону коридора, и Саске только и оставалось, что слышать эти звуки. Подобно мифическому Орфею, он не смел обернуться, понимая, какие страдания ему это принесёт: ему не хотелось видеть Юки заплаканным и таким волнующимся. Всё-таки это был его сын, и Саске, хоть и видел его всегда только издалека, потому как Сакура не разрешала мальчику общаться с отцом по неизвестной Учихе причине, чувствовал внутреннюю боль за малыша.
– Саске!..
– окликнула его Ино, и Учиха резко обернулся — очевидно, он обрадовался, что его позвали.