Sleepwalking
Шрифт:
– Что с мамой? Почему она не просыпается? Ты обещал, - последние слова он проговорил с большим укором, посмотрев на Саске исподлобья.
Да, он знал, что он обещал. И Саске явно окажется плохим отцом, если не исполнит своё обещание.
– Юки, мама ещё будет спать, - Учиха проговорил это очень и очень серьёзно — невозможно больше водить ребёнка вокруг пальца и обманывать его.
– У неё очень глубокий и тяжёлый сон, понимаешь? Но она обязательно проснётся, я не допущу того, чтобы на Новый год она продолжала спать.
Малыша
– А как же?.. мама… - охриплым голосом проговорил мальчик, опустив черноволосую головку.
Тяжело вздохнув, испытывая большое сочувствие к своему ребёнку, Саске осторожно опустился на скамейку, посмотрев на него. В том, что случилось, виноват только он. И сколько теперь страдают людей? Сакура, их маленький сынишка, который стоит перед Саске, будто на суде, и заламывает крохотные ручки, глядя на них.
– Она очнётся, - твёрдым голосом проговорил Учиха, немного нахмурившись. Он протянул ладони к мальчику, и тот, больше не зная, к кому бежать и что делать, уверенно, пусть и немного боязливо, подошёл к спасителю своей матери.
– Только потерпи немного, хорошо?
Он с надеждой посмотрел на мальчика, чтобы тот не надрывался плачем и смог понять хирурга. Юки и вправду как будто бы всё понял, хотя губки его немного затряслись от сдерживаемых рыданий. Он опустил длинные ресницы, принявшись смотреть на свои маленькие ручки, которые были в широких ладонях мужчины. Он такой беззащитный по сравнению с ним… и Юки уже понимал, почему чувствовал ту самую родную теплоту от Саске. Бросив короткий взгляд на Учиху, он от безысходности и отчаяния обнял отца за шею.
– Сделай так, чтобы мама не умирала, - совсем тихо попросил он, прикрыв глаза и тихо всхлипнув.
Саске сам едва сдержался от того, чтобы по щеке не скатилась слеза. Закрыв глаза, он прижал ребёнка к себе, пытаясь успокоить его, и принялся поглаживать по густым волосам. Маленькое тело сотрясало сдерживаемыми рыданиями, и Саске никогда не чувствовал такой боли, исходящей от ребёнка, как сейчас, от Юки. Он всё понимал, вникал в каждое слово, сказанное Саске насчёт своей матери… и это его не утешало, а расстраивало ещё больше. Не по годам смышлёный, он знал, что мама должна крепко спать, чтобы выздороветь… но впадать в не настолько глубокий сон, как сейчас.
Однако Юки, как и все маленькие дети,
– Как ты мог о таком подумать?..
– немного удивлённо посмотрел на него мужчина, мягко произнеся это. Мальчик пожал плечами, находясь в совершенном отчаянии и расстройстве, и Саске, тихонько вздохнув, вновь прижал его к себе: - Обещаю.
========== Часть 4 ==========
Кто, как не маленькие дети, знают, что перед праздником исполняются самые заветные мечты?
Вот и сейчас, сидя в палате своей мамы, Юки смотрел на неё с большой надеждой. Прошёл почти месяц с того момента, как Сакура впала в кому, и за всё это время она даже ни приоткрывала глаз, ни смотрела на них, ни издавала никаких звуков, которые могли бы сообщить о том, что она пришла в себя. Она просто спала. Каждый день Юки расчёсывал её шелковистые волосы, и каждый день Саске приходил к ней в палату, проводя здесь едва ли не целый день. Теперь, постепенно, он становился с Юки ближе: мальчик охотно разговаривал с ним, играл и интересовался о работе. Всё, казалось, налаживалось и приходило в своё русло… только вот Сакуры с ними не было рядом. Она была, но где-то далеко — они чувствовали её под самым сердцем.
Постепенно на улице смеркалось, и в окне были видны яркие огни машин и наряженных к Новому году зданий. Он должен быть вот уже через четыре дня — Юки считал эти дни на небольшой календарике, висящем на стене палаты Сакуры. Каждый день Саске приносил сюда свежие цветы и ставил их на прикроватный столик, и Юки с улыбкой наблюдал за этим — можно подумать, его мама видела их.
Приближался праздник, и его чувство зародилось в маленьком сердечке Юки. Однако у него не было желания писать письмо новогоднему волшебнику — тот всё равно снова принесёт ему под ёлку плюшевого зайчика, но никак не сможет разбудить его маму.
Подперев голову рукой, Саске снова сидел рядом со своей возлюбленной, пристально глядя на неё, как гипнотизируя. Старался разбудить взглядом? Может быть… Юки поддерживал его в этом, сидя у мужчины на коленях и болтая изредка ножками, положив руки на койку, сжав терпеливо простынь. Он не знал, что можно сказать, чтобы поддержать своего отца. Юки посматривал на него и замечал, что Саске стал выглядеть заметно лучше: мужчина, казалось, высыпался, понимая, что мальчик отвечает ему такой же теплотой и добротой.
Малыш принялся поглаживать маму по руке, приглядевшись к тому, что несколько бинтов с неё было снято. Очевидно, рука восстановилась, а с головы бинты исчезли ещё давно, как по мановению волшебной палочки. На её ладони уже прошло несколько ссадин и синяков, что успокаивало Юки — теперь она была такой же чистой, как и раньше, и внушала только нежность и доброту. Улыбнувшись, мальчик довольно посмотрел на своего отца и тут же перевёл взгляд на маму: как она, наверное, будет рада, что они здесь.