Слёзы Лимба
Шрифт:
Джордж забрал с собой даже своего пса, это Эрван заметил не сразу. Обычно питомец его друга всегда находился здесь, Джордж, по какой-то причине боялся выпускать своего любимца на улицу без сопровождения, объясняя это тем, что собаку может сбить машина или кто-либо украдет ее и отдаст в собачий приют, так как в округе много бродячих псов, и никто не будет смотреть, домашний он или нет. Но сегодня Джордж почему-то решил взять его с собой. В такой ливень. Без зонта: тот скромно висел на крючке около входной двери. Что же случилось? Почему русоволосый парень без предупреждения
Эрван прошел на кухню и поставил на плиту чайник, доверху наполненный профильтрованной водой, после чего устало сел за кухонный стол и вновь потер пульсировавшие виски. Боль не утихала. Странно. Вчера он ничего спиртного не пил, даже спать лег раньше обычного. Почему же так сильно болит голова? Раньше такого никогда не было.
— Он убьет тебя. Ты должен бежать! Уходи! Быстрее!
Эрван провел ладонью по опухшему заспанному лицу и положил лицо на поверхность стола, прикрыв глаза, затем стал вслушиваться в оперное пение пузатого чайника и звуки сентябрьского дождя.
Стало заметно холоднее. Лето стремительно покинуло Лондон, тучи сгустились над огромным городом, прогнав прекрасное теплое солнце. Тоска поселилась в сердца каждого, кто проживал здесь или хотя бы прибыл в город на день. Тяжелое серое небо давило на головы, смачивало волосы, пропитывало одежду зловонными талыми водами. Темза слилась с небосводом, воздух был отвратительно влажным, дышать стало практически невозможно, словно находишься под водой и не можешь вынырнуть. Поэтому Эрван в последнее время редко выходил на улицу, он там не мог находиться даже часа: одежда и волосы тут же становились мокрыми, а холодный порывистый ветер только усугублял и без того не самую лучшую ситуацию. Дома было теплее, суше. Эрван был готов просидеть в этих стенах до начала следующего лета. Осенний Лондон просто съедал парня живьем, разлагал в своем пропитанном влагой воздухе.
Чайник запел еще громче, вынудив юношу оторвать свою физиономию от стола. Парень заварил себе крепкий кофе и снова сел. Аппетит почему-то пропал, желудок с трудом впустил в себя даже бодрящий напиток, где-то внутри чувствовалось странное жжение, тошнота. Ничего не хотелось делать. Только неподвижно сидеть. А лучшего всего лежать.
Эрван сделал пару глотков кофе и брезгливо отодвинул от себя чашку. Он больше ничего не хотел, лишь горел желанием поскорее избавиться от этой надоевшей головной боли и тошноты.
— Он уже близко! Беги, Эрван! Беги. Он убьет тебя!
Эрван понял, что его состояние резко ухудшилось, и случилось это так внезапно, что парень с трудом удержал в себе то, что норовило вылиться из него наружу прямо на пол. Молодой человек, зажав рот рукой, бросился в сторону туалета и с большим трудом опустошил свой желудок: некая субстанция выходила из него медленно и с нестерпимой болью, будто тянула за собой внутренние органы. Юноша с ужасом посмотрел на жидкость, которая только что покинула его желудок. Она была вязкой, темно-бардового цвета, напоминала запекшуюся кровь. Парень с громкими стонами сел рядом с унитазом и, тяжело дыша, вытер остатки рвоты со своих губ.
— Он
— Почему ты не убегаешь?
— Ты должен бежать!
— Он не слышит нас!
— Почему ты не убегаешь?
— Он уже здесь!
— Эрван!
— Ты должен бежать!
Юноша оперся рукой о край раковины, что стояла рядом с ним, и поднялся на ватные непослушные ноги, которые по какой-то причине дрожали, словно от холода. Молодой человек смыл странную субстанцию, что вышла из него, после чего в течение нескольких минут умывал вспотевшее бледное лицо холодной водой. Кожа по всему телу в буквальном смысле горела, будто была покрыта сильнейшими свежими ожогами, пот ручьями стекал с него вниз, и это было невозможно остановить. Состояние Эрвана ухудшалось с каждой минутой.
— Что со мной происходит? — прошептал он и внимательно посмотрел на свое отражение в зеркале.
На него смотрел донельзя напуганный молодой человек, мокрый, бледный, измученный. Парень с трудом узнал в нем самого себя. И не хотел верить, что в данный момент времени выглядит именно так. Этого просто не могло быть. Парень снова брызнул в лицо холодной водой и, завернув кран, тщательно вытер кожу полотенцем. Надо успокоиться, шептал он самому себе. Надо прийти в себя. Эрван вновь перевел свой взгляд на отражение в запачканном зеркале. И замер в оцепенении.
Его двойник в Зазеркалье стал покрываться извилистыми черными линиями, которые отдаленно напоминали вздувшиеся проступившие наружу вены, но тех было так много, что они, в буквальном смысле, покрыли кожу полностью, не оставив на ней ни единого нетронутого кусочка. Эрван вскрикнул и отпрянул назад. Но стоило ему моргнуть, как отражение вернуло свой привычный облик. Юноша, тяжело и надрывно дыша, продолжал пялиться в зеркало, все еще не понимая, что он только что увидел. Это невозможно было объяснить. Это лишь пугало. До потери пульса.
— Он уже здесь! Он нашел тебя.
— Беги, глупец!
— Почему он стоит на месте?
— Эрван!
— Он здесь!
— Он убьет тебя!
***
Джордж вернулся домой после обеда. Самым странным было то, что он не промок ни на йоту, будто не был на улице вовсе. Такая же идеальная сухость имелась и у его пса, который с высунутым языком и приподнятой мордочкой любовался своим весьма счастливым хозяином. Оба без каких-либо приветствий прошли в мастерскую. Джордж сел на свой стул около рабочего стола и стал ласково почесывать своего пса за ухом.
Эрван в ступоре наблюдал за этой картиной и не знал, как бы правильно намекнуть Джорджу, что он стоит в паре метров от него и пытается отмыть грязные окна, которые стали еще мутнее после недавно закончившегося ливня. Молодой человек с грустным выражением лица положил мыльную губку в ведро с водой и громко кашлянул, пытаясь таким образом отвлечь Джорджа от собаки и заставить его посмотреть на себя. Но тот лишь кивнул и лениво помахал Эрвану рукой.
— Я думал, что ты придешь этой ночью ко мне, — ледяным и слегка обиженным тоном произнес темноволосый парень и вернулся к мытью окон. — Я ждал тебя.