Слезы печали
Шрифт:
— Я вижу, — сказала Харриет, — что твой муж решил приветствовать наш приезд.
— Приветствую, — воскликнул Эдвин, — как майские цветы!
Я была настолько счастлива, что мне хотелось петь. Особенно меня радовало отношение Эдвина к Харриет. Он был с ней так любезен, что она, по-моему, чувствовала себя не хуже, чем я.
Вскоре мы выехали, уверив Эдвина в том, что не нуждаемся в отдыхе, несмотря на ночь, проведенную в седле. Мы ехали и пели — Эдвин в центре, а мы по обеим сторонам
Ступить на землю родины, вдали от которой прошли долгие годы изгнания, это ни с чем не сравнимое чувство.
Кутаясь в простой грубый плащ, приобретенный перед выходом в море, я чувствовала радостное возбуждение. Здесь был мой родной дом, о котором мы вспоминали много лет, уверенные в том, что настанет день — и мы сюда вернемся. И вот мы оказались дома.
Я не могла не вспоминать о той ночи, когда мы ехали к побережью в сопровождении бабушки и дедушки. Я помнила запах моря, помнила, как поднималось и опускалось утлое суденышко и как мама крепко прижимала нас с Лукасом к своей груди, а ветер трепал наши волосы. Я помнила дедушку с бабушкой, стоявших на берегу, и странное смешанное чувство грусти и оживления, охватившее меня тогда.
Сейчас я ощущала лишь радостное возбуждение. Том, слуга Эдвина, выпрыгнул из лодки и, бредя по колено в воде, вышел на берег. Затем из лодки выбрался Эдвин. Он взял меня на руки и вынес на берег, а потом то же самое проделал с Харриет.
Было темно. Эдвин шепнул мне:
— Не бойся Я знаю каждый дюйм этого побережья. Эверсли в шести милях отсюда. Я часто приезжал сюда верхом, чтобы поиграть на берегу моря. Пойдем.
Левой рукой он взял за руку меня, правой — Харриет, и мы пошли, ступая по гальке.
— Ты ничего не видишь, Том? — спросил он слугу.
— Нет, сэр. Может, если вы посидите где-нибудь с дамами, я постараюсь что-то разведать.
— Я знаю, куда мы отправимся, — сказал Эдвин. — В пещеру Белой скалы. Мы будем ждать тебя там. Не слишком задерживайся, Том.
— Разумеется, сэр. Я приду в пещеру минут через двадцать, если не найду того, что мы ищем.
Я слышала удалявшиеся шаги Тома, хруст гальки под его ногами. Потом Эдвин сказал:
— Дамы, следуйте за мной.
Через несколько минут мы оказались в пещере.
— Пещера Белой скалы, — объявил он. — Понятия не имею, почему ее так называют. Тут кругом сплошные белые скалы. Я здесь прятался в детстве. Разводил костер и проводил здесь долгие часы. Это было моим убежищем.
— Как удачно, что мы высадились именно здесь, — сказала Харриет.
— Это благодаря тому, что я отличный штурман.
— А что скажет твой кузен, когда увидит нас? — спросила я.
— Это мы вскоре узнаем, — беззаботно
— Мне не терпится сыграть роль пуританки, — сказала Харриет. — Это будет сложная роль, потому что я чувствую к пуританам особую неприязнь.
— Так же, как и все мы, — подтвердил Эдвин.
— Эдвин, — спросила я, — а чего могут ожидать от меня и Харриет в Эверсли?
— Поскольку нас вообще не ждут, то вряд ли чего-то особенного, — заявила Харриет, и они с Эдвином рассмеялись, оценив это высказывание как удачную шутку.
Но я продолжала настаивать:
— У тебя важная миссия, а мы присоединились к тебе… поступив достаточно опрометчиво. Твой кузен будет удивлен, увидев нас, я в этом уверена, но, раз уж мы здесь, нам надо подумать, чем мы можем облегчить твою задачу.
— Карлтон быстро сообразит, как вас использовать, если сочтет это нужным, — сказал Эдвин. — А нам для начала надо бы выяснить, что ему удалось разузнать. Я сумею убедить его в том, что гораздо меньшие подозрения вызывает мужчина, сопровождающий двух дам, чем мужчина со слугой. Думаю, он согласится со мной.
— Ну, значит, мы принесем какую-то пользу, — сказала Харриет. — Приятно чувствовать себя полезной.
Мы привалились к жестким камням, и я вдруг поняла, что никогда в жизни не чувствовала такого волнения. В мою тихую жизнь внезапно ворвалось потрясающее приключение. Казалось, что письмо от матери, в котором сообщалось, что меня приглашают Эверсли, я читала много лет назад. Могла ли я предположить, что это письмо окажется ключиком, открывающим дверь в сказочный мир?
Эдвин рассказывал о своем детстве, о днях, которые он провел в этой пещере.
— Это мое тайное убежище. Во время высокого прилива вода заливает вход, и можно попасть в ловушку. Но это случается раз в полсотни лет, так что не тревожьтесь. Сейчас приливы невысокие, и в это время года никакой опасности нет. К тому же скоро вернется Том. Можете быть уверены: кузен Карлтон нас не подведет. Где-то поблизости должны быть лошади, на которых мы доберемся до Эверсли.
— Сколько лошадей?
— Только две, дорогая Но нас четверо.
— Ничего страшного, вы поедете на седельных подушках. Одна — со мной, другая — с Томом.
— Ну что ж, вы неплохо подготовились, — сказала Харриет.
В темноте раздался довольный смех Эдвина.
— Как нельзя лучше.
Послышались шаги, и в пещеру вошел Том.
— Лошади готовы, сэр.
Мы встали и по покатому полу пещеры прошли к выходу.
— Итак, мы — путешественники, у которых появились трудности, — весело сказал Эдвин. — Пошли. — Некоторое время он колебался, переводя взгляд с меня на Харриет, и, наконец, сказал: