Слимпер
Шрифт:
Семён воздел руки к потолку:
– Это знамение! Услышал Слимп слова твои искренние и честные, и возрадовался безмерно! И сказал он мне голосом добрым: «Вот Император из Императоров, пастырь для всех двутелов! И быть ему Императором до самой своей смерти!» А мне сказал: «Возвращайся, ангел Симеон, в обитель мою по пятому адресу! По пятому!» Аминь.
– Я понял, – шепнул Мар. – Команда та же: «Уход». Жду.
Неожиданно Семёна кто-то грубо толкнул в спину: отпихнув зазевавшегося ангела, в беседку ворвался старший наказатель.
– Извиняюсь, – бросил он на ходу, даже не глянув
– Это хорошо, – вяло одобрил карлик, затуманенным взором глядя на Семёна. На посланника бога Слимпа. – Значит, Императором до самой смерти? А когда она будет, та смерть? Этого тебе, ангел, случаем не известно?
– Сие есть тайна тайн, – строгим голосом ответил Семён. – Ну, я пошёл. Мне пора.
Старший наказатель, услышав странное высказывание Императора и не менее странный ответ, резко обернулся: взгляд наказателя встретился со взглядом Семёна.
Дальнейшее случилось почти одновременно:
– Уход! – крикнул Семён, но заклинание перемещения почему-то сработало в этот раз с задержкой. Всего на пять-шесть секунд. Но и этого хватило, чтобы произошло непоправимое.
– Это он! – старший наказатель выдернул из рукава подозрительно толстый жезл лучемёта. – Шпион! Диверсант! Которого все ищут!
Император среагировал мгновенно:
– Взять! – крикнул он бете. – Взять ангела! Порвать!
Бета с места прыгнул на Семёна, в полёте разведя когтистые руки-лапы, словно собираясь обнять самозванного ангела как лучшего друга; наказатель прицелился в шпиона-диверсанта и нажал спуск. А Семён, не придумав ничего лучше, упал на пол и откатился в сторону.
Огненная молния вспорола воздух в том месте, где только что стоял Семён. И где сейчас оказался бета: зверь умер мгновенно – выстрелом ему снесло полчерепа; лучемёт старшего наказателя оказался гораздо мощнее, чем у рядовых охранников. Гораздо.
Императора чужих стало в два раза меньше.
Что произошло дальше, Семён так никогда и не узнал: транспортное заклинание наконец сработало и ангел в белых одеждах перенёсся по пятому адресу – по единственному, последнему. По завершающему.
– Чёрт возьми, – раздражённо сказал ангел-Семён, поднимаясь с пола и отряхиваясь: разумеется, он прибыл в новое место в том же самом положении, в каком убыл из предыдущего. – Мар, что за дела? Почему такая задержка, а? Из-за тебя Империя двутелов наполовину осиротела! Нехорошо, понимаешь, как-то вышло… Не по божески.
– Я не виноват! – оправдываясь, расстроенно сказал медальон. – Я же тебя предупреждал, что заклинание почти выдохлось! А ты ещё технарей в домик Кардинала отправил, гуманизм не вовремя проявил… Вот и имеем то, что имеем. На пару дальних перебросок транспортной магии ещё хватит, но время срабатывания существенно увеличится. Вон, для простенького короткого броска и то сколько его потребовалось!
– Не переживай, – остановил
Зал, в котором материализовался Семён, оказался хоть и гораздо меньше императорского, но всё же был достаточно просторным; не стилизованный под небо потолок сиял рядами обычных светильников и голой, зеркально отполированной сталью. Зеркально-стальными были и стены: в них отражался и Семён в белых одеждах, и то, что высилось посреди зала – нечто тёмное, почти чёрное, прямоугольное. Напоминающее собой приличных размеров многоэтажку, положенную набок.
– Это что за хренотень? – озвучил мысли Семёна медальон. – Гробница, что ли? Типа мавзолея.
– Сейчас посмотрим, – пообещал Семён. – Обязательно! Вдруг Мбзяб половинчатый всё же мне наврал, а? Не убоялся Слимпа и наврал, исходя из высших интриганских соображений… А в чёрной хренотени на самом деле важные политические заключённые содержатся. Вроде Кардинала. Это надо проверить, – Семён, перед тем как направиться к загадочному строению, изменил одежду: всё же ангельские шмотки были чересчур броскими и явно чуждыми этому Миру. Здесь уместнее всего была чёрная одежда. Форма. Например, такая, как у старшего наказателя.
Семён глянул в ближайшую стену словно в зеркало: всё получилось так, как он и задумывал – на Семёне была уже ставшая привычной форма охранника, но с серебряной молнией на груди. С фирменным знаком наказателей. Поправив берет – лихо заломив его на правое ухо, – Семён направился к чёрной постройке. К возможной гробнице-темнице, где всякие Кардиналы в неволе томятся.
– Помнишь, Семён, я тебе как-то о мощном источнике магии говорил? – подал голос Мар. – Который где-то в этом пакостном Мире запрятан? Помнишь? – Семён энергично кивнул, помню, мол, как такое забудешь! – Ну так вот: тут он, этот источник! В зале. Только я ещё не определил точно, где именно. Как определю – скажу. Надо бы и на него тоже глянуть. Ты не против?
– Договорились, – Семён приблизился к непонятному строению, постоял немного, вглядываясь в своё еле видимое ночное отражение, и приложил руку к тёмной поверхности: под рукой было стекло – холодное, гладкое. Толстое.
Семён уткнулся лицом в затемнённое стекло, отгородившись от яркого света ладонями, чтобы не мешал – как будто в неосвещённую витрину смотрел. Поначалу ничего видно не было, сплошная темень подвальная… Потом глаза привыкли к полумраку и Семён увидел.
Внутри постройки располагались стеклянные ёмкости, по форме точь-в-точь как обычные ванны, только гораздо больше – все они были заполнены вязкой бесцветной жидкостью. В ближней к Семёну ванне плавал объёмистый пузырь, похожий на яйцо – пузырь то медленно поднимался к поверхности, то опускался на дно; сквозь мутную плёнку оболочки проглядывались два свёрнутых калачиком силуэта, большой и маленький. Два почти созревших чужих, альфа и бета. Почти взрослых.