Сломанный Пион
Шрифт:
Только Уильям не дал ей прийти в себя окончательно, вытянулся рядом, прижался к приоткрытым губам в нежном, настойчивом поцелуе. Собственный привкус одновременно смутил и взволновал фею, разметавшиеся по подушке волосы стали полностью кораллового цвета, в них то и дело пробегали искорки. Она несмело ответила, чувствуя, как разгорячённое недавно пережитым тело вновь откликается, только уже не огнём, а тягучей, жаркой страстью. Пион тихо вздохнула, совершенно не сопротивляясь, когда Уильям, не прекращая поцелуя, мягко прижал её к постели, раздвинув
А в следующий момент Пион ощутила такое же мягкое, но настойчивое вторжение. Уильям чуть отстранился, глядя ей в глаза, фея же лишь изумлённо вздохнула, чувствуя плавное скольжение внутри, как он заполняет её целиком. И это не было больно или неприятно. Мышцы тут же приглашающе сжались, вбирая глубже, и с губ девушки сорвался очередной вздох, а зрачки расширились от прилива эмоций. Уильям был большой… Однако это не причиняло неудобства. Бёдра девушки приподнялись, принимая в себя до конца, подстраиваясь, Пион вцепилась в плечи ректора, медленно выдохнув, когда он вошёл в неё полностью и на несколько мгновений замер, всё так же глядя в глаза.
– Всё хорошо, маленькая? – хрипло выдохнул он с нотками искренней заботы.
Фея, не ожидавшая такого, растерянно моргнула и едва слышно ответила всего одно слово:
– Да…
И поймала себя на том, что хочет, чтобы он продолжил. Чтобы двигался в ней, снова унося к вершинам удовольствия, смывая воспоминания прошлого о боли и унижении. На губах Уильяма появилась ответная улыбка, глаза вспыхнули искрами страсти, и он снова прижался к рту Пиона, плавно подавшись вперёд.
Глава 4
Она словно покачивалась на волнах, с каждым толчком взмывая всё выше, и очень скоро тихие вздохи снова перешли в стоны. Зажмурившись, фея впитывала всем существом этот восторг, легко подхватив размеренный ритм, стройные ноги сами обвились, и тело прижималось как можно ближе. Впервые она не боялась того, что с ней происходит, впервые обнимала мужчину по собственному желанию. И это было так упоительно сладко, что внутри всё сжималось, лишь усиливая ощущения. Уильям не торопился, движения оставались всё такими же плавными, а Пиону хотелось большего, хотелось сильнее, быстрее…
Уткнувшись ему в шею, фея выдохнула едва слышно, выгнувшись от очередного толчка:
– Ещё… П-пожалуйста…
Он всего на миг остановился, а потом к нарастающему восторгу Пиона толчки стали резче, сильнее, отзываясь вспышками удовольствия внизу живота. Невидимая пружина сжималась всё сильнее, а потом с особенно мощным рывком с тихим звоном распрямилась. И снова Пион накрыло удовольствие, но чуть иное, мягче, глубже. Тело обмякло, с губ девушки сорвался длинный стон, и она слабо выдохнула, поймав себя на том, что улыбается. Уильям сразу перекатился на бок, бережно сжав Пиона в объятиях, и сразу стало так хорошо, спокойно… Как уже давно не было, и уж
Широкая ладонь медленно провела по её волосам, переливающимся всеми оттенками кораллового, и Уильям тихо спросил с нотками заботы:
– Милая? Ты как, в порядке?
Пион честно прислушалась к себе и так же честно ответила:
– Да…
Уильям чуть отстранил её, посмотрел с хитрым прищуром и вдруг усмехнулся.
– Понравилось? – задал он неожиданный вопрос, и его пальцы мягко скользнули по зардевшемуся лицу феи.
С ней никогда так не обращались, с такой заботой и нежностью. Всё это волновало, заставляло сердце биться чаще, настороженность и робкая надежда сплелись в тугой комок. А в животе то и дело становилось пугающе пусто…
– О… очень, – выдохнула Пион, засмущавшись ещё сильнее.
Уильям, обхватив ладонями её лицо, мягко прижался к приоткрытым губам в нежном поцелуе.
– Вот и замечательно, – спустя несколько минут кивнул ректор. – Тогда завтра повторим? – он выгнул бровь, а в глазах загорелся огонёк.
И если раньше Пиона испугал бы такой явный мужской интерес, то сейчас… Случившееся и правда очень сильно отличалось, и – да, повторить хотелось.
– Хорошо, – застенчиво улыбнувшись, согласилась Пион.
– У меня завтра занятия до обеда, – продолжил между тем Уильям, поглаживая её лицо, пропуская коралловые пряди между пальцами. – Может, поедим где-нибудь в ресторане? Я заеду за тобой…
– Нет! – испуганно выдохнула фея и невольно вцепилась в его плечи. – Н-не надо в город! Пожалуйста, – она всхлипнула и прикусила губу, сердце дёрнулось в груди испуганной птицей.
Уильям тут же обнял, привлёк к себе, его губы ласково коснулись макушки феи.
– Хорошо, не пойдём в город, – покладисто согласился он, баюкая девушку в объятиях, словно маленького ребёнка. – Тогда можем здесь пообедать, где-нибудь в саду?
Пион часто закивала, уткнувшись лицом в плечо Уильяма, и услышала, как он вздохнул.
– Договорились. Тогда отдыхай, милая, – он мягко отстранился, ещё раз коснулся её губ поцелуем и поднялся.
Фея наблюдала, как он одевается, зарывшись в покрывало до самого подбородка – роскошь прикрыться тоже была для неё внове. А уж рассматривать красивое, подтянутое тело ректора оказалось тоже весьма приятно. Перед тем, как выйти из спальни, Уильям обернулся и посмотрел на фею.
– Спокойной ночи, Пион, – попрощался он и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Она ещё немного полежала, нежась в мягкой постели, а потом всё же встала и добралась до ванной. Освежившись, девушка вернулась в спальню, чувствуя непривычную усталость, и юркнула в кровать, свернувшись в ней клубочком. Вспомнила недавно пережитое, и по телу прошлась тёплая волна, затаившись внизу живота мягкой истомой. Значит, вот как это должно быть на самом деле… Что ж, всё-таки, прийти к Садовнице – не самая плохая идея. На этой обнадёживающей мысли Пион провалилась в крепкий сон до самого утра.