Слова
Шрифт:
И, возможно, Леннон.
По какой-то долбаной причине эта девушка все сильнее проникает в мою жизнь.
Как грибок.
Тем не менее я не против того, чтобы время от времени поддерживать с ней связь после окончания учебы.
То есть если я ее окончу.
– Ну же, Феникс. – Сабрина проводит своими красными ноготками по моему торсу. – Все там будут. Даже эта толстуха Леннон.
Это… охренеть как странно.
Леннон всегда была изгоем, и, насколько я знаю, она никогда не ходила на вечеринки.
Черт,
– Зачем пригласили Леннон?
Не думаю, что она пошла бы, не получи специального приглашения.
Закусив нижнюю губу, Сабрина смущенно улыбается.
– Узнаешь, если придешь.
Мне не нравится, как звучит ее ответ, но я не могу расспросить ее дальше, поскольку слышу приближающиеся шаги.
– Что ты здесь делаешь, толстозадая? – огрызается Сабрина прежде, чем я успеваю обернуться.
Когда я все же поворачиваю голову, мое нутро неожиданно сжимается.
Уроки закончились полчаса назад. Я полагал, что Леннон уже давно ушла.
Очевидно, я ошибался.
Она удивленно распахивает свои карие глаза, прежде чем заговорить. Вернее, попытаться.
– Я…Хм…
Не похоже на нее – путаться в своих словах… Какой бы подлой ни была Сабрина.
Заклятый враг Леннон пользуется случаем и приближается к ней, как чертов стервятник.
– В чем дело, толстуха? Язык проглотила? – Сабрина смеется. – Ах да, это же невозможно. Ведь твой рот всегда набит едой.
Господи. Какая же тварь.
Уверен, у Леннон есть зеркало, поэтому она прекрасно знает, что имеет лишний вес. Не понимаю одержимость Сабрины – или остальных учеников – постоянными нападками на нее по этому поводу.
Забавно, что похудение Леннон стало бы для Сабрины угрозой. Не только потому, что это лишило бы ее боеприпасов, но Леннон не уродлива.
Черт, при правильном освещении я бы даже назвал ее милой.
Настолько милой, что я не сомневаюсь, сбрось она несколько килограммов, Сабрина бы облажалась, потому что все парни стали бы бегать за Леннон.
Я пытаюсь немного разрядить атмосферу.
– Она помогает мне с учебой.
Сабрина направляет свое раздражение на меня.
– С учебой? Мы выпускаемся через две с половиной недели.
Шлейф напряжения скользит по моей шее. Я ни хрена ей не должен. И уж точно не обязан объяснять, почему кто-то мне помогает.
– Тебя это не касается.
Мой ответ заставляет ее захлопнуть рот. Фыркнув, Сабрина хватает свою сумочку с пианино.
– Ну и ладно. – Послав мне воздушный поцелуй, она протискивается мимо Леннон, намеренно натыкаясь на нее. – Напиши мне позже.
Не собираюсь этого делать.
Леннон по-прежнему не смотрит мне в глаза.
Меня не должно это беспокоить… но беспокоит.
– Сабрина – сука.
Леннон вскидывает голову,
– Тогда почему ты ее трахаешь?
Я не обязан оправдываться перед ней, как и перед Сабриной.
Только в отличие от последней Леннон мне нужна.
Мой прогресс идет медленно, и большинство ночей я хочу разбить себе голову о стену и сдаться.
Но в осознании того, что мне, возможно, не придется обманом выбираться из ямы, в которую я сам себя загнал, есть нечто такое, что вселяет в меня чувство гордости.
Я хочу его заслужить.
Но дабы это произошло, мне нужно, чтобы мой репетитор находился рядом.
Поэтому я лгу.
– Я ее не трахал.
Взгляд Леннон опускается на пол, – ненадолго задерживаясь на использованном презервативе, который я в спешке уронил, – прежде чем вернуться к моему лицу.
Она больше не выглядит сердитой… Выражение ее лица – чистейшая боль.
А потом Леннон уходит.
Черт.
Я бегу за ней, длинными шагами стремительно сокращая дистанцию между нами.
– Не люблю, когда мне лгут, – огрызается она, когда я хватаю ее за руку.
– Я тоже.
Леннон поворачивается ко мне.
– Когда я тебе лгала?
– Когда заверяла, что сможешь держать свою маленькую влюбленность под контролем и не станешь ничего усложнять, – заметил я. – Ревность и обиду на то, что я трахнул другую девушку, вполне можно отнести к усложнениям.
К тому, что мне не нужно.
Леннон раскрывает рот.
– Ты просто невыносим, ты знаешь об этом?
Мне это уже говорили.
Я крепче сжимаю ее запястье, когда она снова пытается уйти. Чересчур сильно, поскольку Леннон вздрагивает.
– Ты делаешь мне больно.
Я тут же отпускаю.
– Скажи, что я не прав.
Но мы оба знаем, что это не так.
Она качает головой.
– Ладно. Ревность – нет. Обида – да. – Она смотрит на меня так, будто я всего лишь валяющийся на улице кусок мусора. – Лишь потому, что я оказалась настолько глупа, что подумала, будто мы можем стать друзьями.
– Мы друзья.
Может, не в привычном понимании. Но, черт побери, в последнее время я провожу с ней больше времени, чем со Стормом.
– Нет, мы не друзья. – Печаль искажает ее лицо. – Потому что друзья не трахаются с теми, кто издевается над их друзьями.
С этими прощальными словами она уходит.
И я позволяю ей…
Потому что она права.
Глава 7
Я ворочаюсь в своей постели, когда слышу стук со стороны окна.