Случайно... история Симил?

Памфилофф Мими Джин

«А тётя Сими хочет поиграть».

Я толкнула локтем лысого мужчину, стоявшего рядом среди океана верноподданных, пришедших послушать, как их фараон публично объявит, что с этого дня Египет станет единым народом.

— Скажи, — спросила я на его родном языке, — где проводит ночи твой король?

Шендыт этого мужчины — простая плиссированная белая льняная юбка — и золотая повязка на рукаве говорили, что он раб. Тот, кто принадлежал королю, возможно, подавал еду или развлекал.

Человек не ответил, а нервно уставился на меня. На меня так часто реагировали. Иногда я коротко остригала волосы, иногда они были

длинные и взъерошенные, как сегодня, но всегда огненно-рыжие и такие же необычные, как бледная кожа и бирюзовые глаза. Слава богам, что смертные не видят Минки. Я схватила раба за плечо и пристально посмотрела ему в глаза.

— Скажи, как тебя зовут.

Мужчина несколько раз моргнул.

— Адом.

Адом означает «получать помощь от богов». Сегодня его счастливый день!

— Адом, — начала я, — ты расскажешь мне всё, что знаешь о своём фараоне, а взамен получишь свободу. Вечную. Тебя отвезут куда угодно и дадут кошелёк с золотыми монетами.

Мужчина медленно кивнул и указал на север. Я — хорошая богиня. Я — нежная богиня. Я — терпеливая богиня. Я не превращу его в навозного жука.

— А конкретнее, — настояла я.

— Х-х-х-храм Солнца. Храм Ра.

Хм-м-м-м… Как иронично. На самом деле, я прибыла в Египет в поисках настоящего живого бога солнца. Конечно, Кинич не сидел в храмах, поскольку притворялся простолюдином. Семифутовый золотоволосый простолюдин с бирюзовыми глазами. По крайней мере, загаром он вписался.

— Твой король женат? Или есть девушка? Какую музыку он любит? Перепетый ска? Дабстеп? О, погоди! Знаю, баллады восьмидесятых! — Казалось, что сотни женщин готовы подчиниться такому красивому и сильному фараону. И лучше всего к такому жеребцу подходит музыка Journey.

Адом отрицательно покачал головой.

— Не понимаю.

Я вздохнула. В этом моя проблема — никто не понимал. Вероятно, из-за того, что мертвецы постоянно болтали на заднем плане сознания — этот звук напоминал очень, очень шумную вечеринку с коктейлями — делясь всеми воспоминаниями, за всё своё существование. А ещё они обитали в месте, находящемся за пределами времени. Они и из будущего и из прошлого, что делало чрезвычайно трудным держать настоящее в голове.

— Забудем вопрос о музыке, обояшка, расскажи мне о его любовном фронте, — сказала я.

— Меня зовут Адом, моя госпожа.

— Ох, Обояшка, неужели ты ещё ничему не научился? — Я мило улыбнулась. — А теперь говори! Или вырву тебе ногти на ногах!

— Мой король, — нервно объяснил Адом, — дал обет целомудрия, пока не найдёт свою королеву. Он верит, что женщины отнимают у мужчин власть и будет делить её только с королевой.

«О!»

Теперь всё стало намного интереснее. Ведь если и было что-то, что мне нравилось больше, чем потрясающие, сильные смертные (и играть с ними, как кошка с мышью), то это вызов.

— Так, а какой, — спросила я, — аромат он бы выбрал? Шоколад, клубника, банан с арахисовым маслом?

Адом тупо уставился на меня, с его виска стекала струйка пота, блестящая коричневая голова отражала жаркое солнце пустыни. Тьфу.

— Какие женщины ему нравятся?

— Этого я не знаю. Я никогда не видел его с женщиной.

Чёрт возьми.

«Будь ты проклята, природа! Думаешь, о-о-очень смешно отбирать у нас, девочек, самых симпатичных?!»

Я вздохнула.

— Думаешь, я ему не понравлюсь?

Я многим прихожусь по вкусу. Большинство мужчин, даже те, кто предпочитает хоккейную клюшку шайбе, хотят немного откусить от меня.

— Я-я-я-я, н-н-не могу сказать. Ты пугающая.

Верно. Даже очень, но…

— Я не это имела в виду, не обращай внимания! Нужно просто увидеть всё самой. — Я погладила Адома по голове и посмотрела вверх на Минки, которая была размером с кита. Конечно, у Минки одна голова, и она невидима, но как только мой друг Адом прикоснётся к ней, тоже станет невидимым. — Минки, детка, иди с Адомом. Как только окажетесь вне поля зрения, ты знаешь, что делать. — Она отвезёт его куда надо и даст столько золота, сколько он сможет унести. Я всегда привязываю к седлу Минки несколько сотен футов. Никогда не знаешь, когда наткнёшься на хорошую распродажу. Или столкнуться с торгующей морской черепахой. (Не спрашивайте). Минки мотнула головой и заржала. — Да, — ответила я. — Я буду в покоях бога солнца, когда вернёшься. — И повернулась к Адому. — Ну, что же, езжай! Увидимся, крошка. — Я ударила Адома по заднице. — Лети! Будь свободным!

Адом промчался сквозь толпу, а Минки вслед за ним.

Что касается меня? Мне нужно было найти бога солнца перед свиданием с властолюбивым, набожным смертным, который наконец-то встретит свою пару.

«Чёрта с два женщины лишают мужчин их власти».

Особенно, если речь обо мне.

***

После полуночи я подошла к огромным прямоугольным дверям храма Солнца. Я весь день прочёсывала пыльные рынки, вдыхая запах спелого навоза животных, и расспрашивала о Киниче. Люди знали, кто он, но не знали, где он, а значит, Кинич, скорее всего, отправился на очередную длительную прогулку по пустыне загорать нагишом или молиться создателю, чтобы тот сделал его смертным. Кто знает? Когда Минки вернётся, пошлю её на поиски.

А вот мне действительно нужно повеселиться, чтобы поднять настроение. Эта часть мира сплошной горячий песок, а ещё человеческие мужчины совсем не поверили моим словам, что я отрежу им руки, если они будут меня лапать. Для протокола, отрубать руки мужчинам, когда они не осознают происходящее не весело. Лучше всего — крик, предшествующий отсечению. Только тогда наказание становится волшебным!

Так или иначе, кто-то же должен преподать урок хороших манер этим похотливым подхалимам. И данную тему я планировала поднять с мистером Привлекательная Юбочка, сразу после того, как стреножу его королевское эго и оберну его вокруг моего бессмертного мизинца. И это случиться после того, как я узнаю, какое мороженое он предпочитает — мягкое или обычное.

Закутавшись в чёрный саван, я подошла к двум стражникам, одетым только в мужественные микромини, оставив грудь обнажённой, и остановилась перед каменной ямой для костра у входа. Я оценивающе посмотрела на освещённые факелами и покрытые глифами стены. Само сооружение весьма впечатляло. Настолько монументальное, что издали гигантские статуи Ра — египетского бога Солнца — по обе стороны парадного входа казались крошечными фигурками, балансирующими апельсинами на головах.

— Добрый вечер, мальчик. Как вас зовут? — Я сняла капюшон и наблюдала за игрой света от костра в их глазах, пока люди меня осматривали.