Случайно... Злой?
Шрифт:
– Садись ближе, я не кусаюсь.
– Но бьёшь, запугиваешь и похищаешь. Думаю, картину просто идеально дополнит укус.
– Она резко накрыла рот ладонью.
Чаам почесал лоб.
– Ты права, Мэгги. Я вёл себя не очень любезно, и так нельзя начинать нашу совместную жизнь... извини наш совместный вечер.
– "Жизнь?" Чёрт! Он совсем-совсем не думал её отпускать. Вообще никогда.
– Но, обещаю, - продолжил он, - что остаток ночи проведу, заглаживая вину.
– И на этом он поднял вино.
"Остаток ночи? Он
На мгновение, Мэгги подумала было сказать Чааму правду: её отец пропал и ей нужно уйти. Что пора заканчивать эту безумную игру. Но что если он откажет? И если узнает, в каком отчаянном она положении и как сильно хочет уйти ни на секунду не ослабит бдительность. Нет, она не расскажет ему и будет придерживаться выбранного направления действий. Быть милой, ослабить бдительность, сбежать отсюда к чертям.
Нацепив улыбку, она придвинулась и взяла чашку.
– Почему бы нам не узнать друг друга лучше?
– Она сделала крошечный глоток.
– Ты что-то говорил о том, что не можешь касаться людей?
Он кивнул и продолжил:
– Я могу подавить энергию, если сосредоточусь на этом. Но в момент интимной близости нет такой атмосферы, чтобы удержать контроль. Урок был жестоким...
Он замолчал.
– Ты кого-нибудь ранил?
Он посмотрел на огонь.
– Нет. Кое-кто другой моего вида, частенько пробовала завести любовников. И каждая попытка заканчивалась печально.
– Печально? Печально-гибельно?
– Хуже. Неудачи свели её с ума. Давай не будем об этом. Наша ситуация уникальна. Ты уникальна.
– Он посмотрел на неё, и между ними установился бессловесный обмен.
Его глаза говорили: Я тебя хочу.
А её: Серьёзно?
О, да. Каждым импульсом бессмертного света.
Ты меня даже не знаешь.
Знаю твою душу, и этого хватит.
Сумасшествие.
Добро пожаловать в мой мир.
Твой мир меня пугает.
Мэгги опустила взгляд и допила вино. Жидкость разлилась в груди радушным теплом, несмотря на тропический ветерок, дующий с озера. Каждая секунда, проведённая в обществе Чаама, приближала к холодной реальности, скрывающейся прямо под поверхностью: часть Маргарет хотела верить его сумасшествию. Часть её хотела Чаама.
"Это сумасшествие. Мне нужно уйти".
Она передвинула ноги к огню и пошевелила пальцами. Как далеко она сможет уйти босиком? Сплошная чернота заменила густую зелень джунглей, и наступила ночь.
"Ты должна попытаться ради своего отца".
– И ты считаешь, что я уникальна, потому что можешь ко мне прикасаться?
– спросила она.
–
– Видения?
– Да, она тоже видела его, когда они целовались; однако не знала, как его понимать. И она не хотела обсуждать это, а просто хотела уйти.
– Не отрицай, что ты его тоже видела, - проговорил он.
– Я такого не видела.
Он рассмеялся.
– Ты сомневаешься?
– спросила она.
Он кивнул, отчего чёрные волосы упали ему на лоб.
– Да. Возможно, пришло время раскрыть, что среди многочисленных сил, у меня есть и та, помогающая распознать, когда люди лгут.
– Ага, смотри! Ты знаешь, когда люди лгут, значит, я - человек.
– "Не могу поверить, что апеллирую этим".
Он нахмурился и убрал волосы.
– Вряд ли.
– Насколько мне известно, мои родители - люди. Ну, моя мать точно. Упокой Господь ее милую душу.
Хмурое выражение Чаама сменилось на что-то напоминающее сострадание.
– Жаль слышать, что ты потеряла мать. Ты ещё была маленькой?
– Нет, это случилось около полугода назад. Сердечный приступ на работе.
Ого. Мэгги никогда не говорила этого вслух. Хотя было хорошо поговорить, и ещё лучше было говорить с Чаамом. Если подумать, впервые за несколько месяцев, она чувствовала себя так непринужденно. И осознание этого добавило ещё один уровень сложности ситуации.
– Она была актрисой кино, - продолжила Мэгги, смотря на пламя, чтобы избежать прямого зрительного контакта.
– Хорошей, но настоящей страстью для неё стала работа учителем танцев для детей в местной академии.
– Кажется, она была прекрасной, - вставил он.
Мэгги кивнула.
– Самая прекрасная из всех, кого я знаю. Думаю, это одна из причин, почему отец захотел приехать сюда. Он хотел сбежать от воспоминаний о ней.
Отец. Господи, как он изменился. Мужчина, которого она знала никогда бы и ни от чего не убежал. Он принимал жизнь, как и её мать. Вместе они были похожи на вечный двигатель. Их невозможно было остановить. И они дико любили друг друга. Мэгги лишь надеялась найти что-то настолько же эпичное. Так отчаянно мечтала об этом, но, к сожалению, находила лишь мужчин, которые не будоражили чувств. И не просто не будоражили, рядом с ними Маргарет чувствовала себя ледяным айсбергом в форме женщины с чувством стиля. И небольшим, конечно же, модным багажом.
А с Чаамом всё иначе. Проклятье, да. Может поэтому её разум сосредоточился на грязи. Грязь, пыль и сексуальные утехи с Чаамом.
– Поэтому я сражалась за приезд сюда, - призналась она, так и не смотря на него, потому что знала... нет, ей бы понравилось то, что бы она увидела в его глазах.
– Он в тебе её видит?
Она чувствовала, как он прожигал её взглядом.
– Да.
Он положил руку её на щеку.
– Маргарет, посмотри на меня. Не бойся.
Осмелится ли она?