Слуга чародея
Шрифт:
Ах да! Девушка! И как это я забыл?
Оружия мне не полагалось, но голь на выдумки хитра. В умелых руках и обычный кухонный нож становится опасным. Тем более такой, как у меня, почти в локоть длиной. И пользоваться я им умею. Конечно, не так ловко, как настоящие рыцари или воины-наемники, в отсутствие настоящих заказов за плату показывающие на ярмарке свое искусство, но отбиться от парочки грабителей смогу.
— Эй, кто там? — Я постучал в дверь кулаком. — Вы еще там?
— А? — пискнули снаружи. — Г-госп-подин волшебник?
— Я
— А-а…
— У вас срочное дело? Входите!
С этими словами я распахнул дверь.
На пороге действительно нарисовалась девичья фигурка, с головой закутанная во что-то больше напоминающее лошадиную попону. Такую, церемониальную, которая укрывает коня от холки до копыт.
— Проходите. — Я посторонился, жестом предложив незнакомке переступить порог.
— Ага, вот так прямо запросто! — язвительно фыркнула она и тут же чихнула. Громко и сильно. — Сначала два часа пускать не хотели, а потом: «Проходите, пожалуйста!» Не боитесь?
— Не боюсь, — кивнул я.
— Ага, с таким тесаком. — Девица переступила порог и кивнула на нож в моей руке.
— И с защитным контуром от нежити, — показал я на зеленоватое свечение дверного косяка. — Будь вы упырицей или какой другой тварью, вы бы не сумели переступить порог.
Девица смерила косяк глубокомысленным взглядом и внезапно поморщилась. Я уже решил, что начало действовать заклинание, но поздняя гостья расчихалась самым натуральным образом. Остановиться ей удалось только после того, как она зажала нос двумя пальцами.
— У вас аллергия на магию? — догадался я.
— Дет, — прогнусавила она, не решаясь разжать пальцы. — Бросто я слегка бросдыла, пока бродила по вашим болотам…
Я присвистнул — до ближайшего болота было версты три с гаком, и то если по карте. Но из этих трех верст две приходились на окраину Леса Единорогов. Впрочем, она девушка. Женщине в этих краях значительно проще даже ночью. Что же заставило ночную гостью совершить марш-бросок по пересеченной местности да еще в такое время?
— Проходите. — Я показал куда.
Приоткрыв дверь, девица повела носом и шумно им хлюпнула.
— Ой, мамочки! Что это?
— Кухня. — Протиснуться мимо нее, не наступив на попону, волочащуюся за поздней гостьей наподобие шлейфа, было очень непросто. — Проходите, сядьте где-нибудь, а я сейчас заварю вам кое-что от простуды.
— Кухня, — повторила девушка, делая несколько робких шажков. — Так вот где это все делается…
— Что — «это»? — Я быстро перебирал мешочки с сушеными травами.
— Еда, — на голубом глазу заявила девица. — Ну, всякие там жареные куропатки, булочки с кремом, блинчики и так далее. Мне раньше казалось, что все это само появляется, как по мановению волшебной палочки. А потом обнаружилось, что это делают на кухне.
— Да, именно здесь. — Отыскав нужный травяной сбор, я прошел к очагу.
— Вы мне покажете, как это делается?
— Что?
— Ну еда! Булочки там и куропатки…
— Булочек и куропаток не обещаю, — честно ответил ей, — но есть лепешки с тмином и немного творога. Вы есть хотите?
— Да, немного.
Когда я поставил перед девицей тарелку с творогом и положил рядом половину лепешки, она удивленно наморщила носик. Да-да, знаю, внешний вид лепешки может кое-кому испортить аппетит. Но как умею, так и пеку!
— Ну вот, — после паузы глубокомысленно заявила незнакомка, — я была права!
— В чем? — Мой левый глаз то и дело косился на чайник, ожидая, пока тот закипит.
— Еда появляется сама по себе! Вы ее просто достали! Вы ее не делали!
Чтобы не сорваться, мне пришлось задержать дыхание, медленно сосчитать до десяти и заявить потом как ни в чем не бывало:
— Кое в чем вы правы. Но, если вам интересно, завтра утром я буду сам — сам! — готовить солянку…
— Со-лян-ку? — по слогам повторила за мной девица. — А что это такое?
— Э-э… мм… тушеная капуста с приправами.
— Ка-пус-та, — глубокомысленно проскандировала поздняя гостья. Видимо, это слово она слышала впервые. — А что такое «капуста»?
— Завтра увидите. А теперь ешьте, если действительно хотите есть!
Пока странная посетительница осторожно жевала, я снял чайник с огня и заварил ей сбор от простуды, накрыв большую кружку чистой тряпицей, чтобы потом процедить отвар и добавить в него немного меда для сладости.
— Что это такое? — привлекла мое внимание девица.
— Творог.
— Не обманывайте! Творог я ела! — Она обвиняюще ткнула в меня ложкой. — Он с сахаром, цукатами и изюмом! А здесь ничего этого нет! И он весь какими-то комочками…
И тут я разозлился. Не то чтобы я так уж быстро выхожу из себя, просто когда тебе зверски хочется спать, а ты вынужден вместо этого отвечать на дурацкие вопросы глупой девчонки, поневоле станешь раздражительным.
— Не знаю, где ты росла и воспитывалась, — процедил я, — но это — обычный деревенский творог. Не нравится — не ешь! На, — со стуком поставил перед ней кружку, в которую плеснул недозаварившийся настой и ложкой выловил плававшие на поверхности листочки. — Пей и отправляйся спать!
Девица довольно спокойно выслушала меня, после чего внезапно выпрямилась и расправила плечи.
— Извольте говорить мне «вы», — холодно промолвила она. — Я — леди.
Ошарашенно оглядев гостью, только сейчас заметил, что платье на незнакомке хотя и помятое и грязное по подолу, но довольно богатое, на груди висит ожерелье с топазами, растрепанные волосы были еще недавно уложены в затейливую прическу, а лошадиная попона украшена геральдическими грифонами. Видел я дочек зажиточных горожан — они себе такого не могли позволить даже на праздник. И потом… геральдические звери… У кого в королевстве грифон на гербе?