Слуги Ареса
Шрифт:
– Это не жадность, - возразил Гущин.
– Это ве-i ликая загадка русской души. Итак...
– Итак, общая стоимость заказа - четыре миллиона восемьсот тысяч долларов. Такова цена модернизации шестнадцати машин МИГ-25. Если будет модернизировано двадцать машин, а стоимость заказа не увеличится, вы вправе рассчитывать на премию. Все очень просто.
– Проще некуда, - кивнул Гущин.
– Осталось уточнить размер "премии".
Лотта задумчиво провела черенком вилки по скатерти.
– Я полагаю - семьдесят пять, - произнесла она томным голосом.
– Это не разговор!
– Сергей Васильевич с палаческим выражением лица
– Сто двадцать.
– У вас отменный аппетит, - уныло отметила Лотта.
– Девяносто.
Гущин, не жуя, проглотил кусок мяса и с горьким осуждением посмотрел на фон Тобиш.
– А риск? А вертикаль? Вы же должны понимать - я не один! Сто десять разумный минимум!
– Я тоже не одна, - возразила Лотта.
– Вы даже не представляете, что стоит для меня это посредничество! И не надо таких глумливых улыбок! Сто!
– Принято!
– Гущин широко улыбнулся и наполнил бокалы.
– Прошу! За успех контракта!
...Полчаса спустя мадам фон Тобиш покинула "Сенат" - ей необходимо было доложить своему руководству о результатах переговоров, кроме того, едоком она была, прямо скажем, никаким, и Сергей Васильевич проводил ее с некоторым облегчением - он слегка стеснялся собственного аппетита.
Вернувшись в ресторан, он с умилением взглянул на ожидающее его наслаждение - судак "кольбер"
на деревянных шпажках, украшенный двумя широкими ленточками из золотистой панировки, томился, погруженный в озеро масляного, с пряностями соуса рядом с огромным островом румяной цветной капусты, запеченной под сырной пленкой. Лаконично и выразительно венчал эту композицию огромный красный вареный рак.
Сергей Васильевич аккуратно взял рака двумя пальцами за панцирь, втянул трепещущими ноздрями восхитительный сладковатый дух, порывисто и стремительно разорвал хитиновые покровы чудесного зверя и хищно впился крепкими зубами в дымящееся нежное мясо.
Через некоторое время он вновь подозвал официанта и усталым голосом утомленного труженика отдал приказ:
– Ликер "Адвокат", кофе по-турецки и фисташковый торт.
Тонкое смуглое лицо официанта выразило легкий испуг, он поклонился и поспешил выполнять заказ.
На кухне он не смог сдержать изумления и бросил своему коллеге:
– Этот русский - подлинный Гаргантюа! Аллигатор какой-то! Обедом, который он съедает ежедневно, можно накормить пятерых!
– Тебя беспокоит его здоровье? Или боишься, что однажды он сбежит не заплатив?
– Ни то, ни другое, - покачал головой смуглый официант.
– Просто я потрясен, я потрясен...
...До окончания рабочего дня оставалось совсем немного времени, когда господин генеральный менеджер, благоухая ароматом дорогого "Адвоката", изволил появиться в офисе представительства "Национального оружия" на бульваре Ланн. Мурлыча себе под нос популярную песенку и отвечая снисходительными кивками на приветствия сотрудников, он прошествовал в свой кабинет.
– Ну, как у нас дела?
– благодушно поинтересовался Сергей Васильевич, усаживаясь в удобное пятисотдолларовое кресло модели "президент" и доставая из стола пачку "Rothmans".
– Как переговоры с ливийцами по комплексам С-200?
Пятидесятилетний секретарь Гущина, бывший полковник бронетанковых войск, стал торопливо докладывать, постоянно сверяясь с лежащим перед ним досье. Сергей Васильевич не перебивал и лишь благосклонно кивал головой, с каждым разом
"Ну и сволочь Сынок!
– подумал полковник, переворачивая страницу и искоса поглядывая на кемарящее руководство.
– Гадюка номенклатурная! Нажрался опять в "Сенате" своем".
"Ща усну...
– вяло размышлял Сергей Васильевич.
– Ей-богу, усну... Жарко здесь, кондиционер, что ли, сдох? И читает так монотонно... Пономарь сраньш... Надо убрать этого козла. В Алжир его куданибудь запихнуть... А сюда секретаршу цыпочку-курочку... Нудный старый павиан... И зашибает наверняка. Да конечно, закладывает за воротник! Вон шнобель сизый какой, как баклажан... А здоровый у него румпель-то, как на фотографиях у Де Голля, а то и поболее... Все, засыпаю, не могу больше".
В этот момент сладкую дремоту генерального менеджера прервал телефонный звонок. Гущин резко встряхнулся и взял трубку.
– Сергей Васильевич? Гарусев говорит. Новости не смотрели сегодня?
.- Нет, Петр Александрович, не смотрел еще. А что случилось?
– Гарусев был ответственным сотрудником аппарата военного атташе российского посольства, а посему голос Сергея Васильевича приобрел интонации теплые и дружелюбные.
– А вы взгляните! Через минуту будет повтор утренней пресс-конференции одного нашего с вами соотечественника. Очень любопытно и, как мне кажется, по вашей части. К тому же фамилия ваша упомянута...
– Моя?!
– Ваша, Сергей Васильевич, ваша. Канал "Антенн-2". Включайте и смотрите. А потом мне позвоните. Обязательно!
Заинтригованный Гущин включил телевизор и вместе с отставным полковником уставился на экран.
Через пару минут от его сонного благодушия не осталось и следа.
IX. ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ
– Как уже известно многим нашим телезрителям, - с хорошо разыгранным волнением вещал с экрана один из популярных телеведущих канала "Антенн-2", - сегодня утром состоялась пресс-конференция бывшего сотрудника советских спецслужб Марата Чернецова. Этот человек недавно бежал из сибирского лагеря, где отбывал пятнадцатилетний срок по обвинению в так называемой "измене родине". Каким образом он сумел вырваться из ада русской тайги и пробраться на Запад, пока остается неизвестным. Два дня назад господин Чернецов дал сенсационное интервью корреспондентам "Монд" и "Фигаро", в котором раскрыл некоторые подробности крупнейшей разведывательной операции двадцатого столетия, осуществленной совместными усилиями ряда спецслужб государств НАТО и направленной на тотальное уничтожение советского военно-промышленного комплекса. Российские правительственные органы и средства массовой информации пока никак не отреагировали на эти заявления, но, по нашим данным, Чернецовым серьезно заинтересовались в Вашингтоне и Ленгли. Есть основания полагать, что в ближайшие дни господин Чернецов покинет пределы нашей страны и вылетит в США.
Сейчас мы повторяем основные моменты сенсационной пресс-конференции, а затем представим вашему вниманию комментарии наших экспертов.
На экране появился интерьер студии. За длинным столом, уставленным микрофонами с эмблемами различных "mass media", сидели пять человек в строгих темных костюмах, а напротив, на стульях и прямо на полу, расположились десятка три пестро одетых журналистов.
– Знаете кого-нибудь из тех, кто за столом?
– спросил Сергей Васильевич своего секретаря.