Слуги сумерек
Шрифт:
Она оглянулась и посмотрела на Джоя, почувствовав себя виноватой, ведь она могла нечаянно напугать его. Но он, казалось, не обращал никакого внимания на их разговор. По-прежнему смотрел в окно, только теперь не на океан, а на вереницу магазинов вдоль шоссе в Корона-Дель-Мар.
– В Лос-Анджелесе купим чемоданы, одежду и все, что может потребоваться, – сказал Чарли.
– И дальше?
– Поужинаем.
– И потом?
– Найдем отель.
– Что, если в этом отеле работает кто-то из ее людей?
– А что, если кто-то из ее людей работает мэром Пекина? – спросил Чарли. –
На этот раз Кристина одарила его вымученной улыбкой – единственное, на что она оказалась способна. Но сама она была изумлена, что ее хватило хотя бы на это.
– Простите, – сказала она.
– За что? За то, что вы живой человек и к тому же до смерти напуганы?
– Не хочется впадать в истерику.
– Так не надо.
– Не буду.
– Вот и хорошо. Есть ведь и хорошие новости.
– Например?
– Установили личность одного из трех нападавших, погибшего в первую ночь, – того рыжего, что вы застрелили. Его имя Пэт О'Хара. Полиция уверена в этом потому, что он профессиональный взломщик и за ним числятся три ареста и одна судимость.
– Взломщик? – Кристина была совершенно сбита с толку тем обстоятельством, что в этой истории был замешан заурядный уголовник.
– Но полиция не только установила его имя. Они нашли подтверждение его причастности к секте Грейс Спиви.
Эти слова вывели Кристину из апатии.
– Каким образом?
– Его родные и приятели показали, что восемь месяцев назад он вступил в секту Сумерек.
– Наконец-то! – выпалила она, дрожа от охватившего ее возбуждения.
–
Теперь у них есть все, чтобы притянуть Грейс Спиви к ответу.
– Разумеется, они снова были в церкви и говорили с ней.
– И это все? Всего лишь поговорили!
– На данном этапе у них нет никаких доказательств…
– Но О'Хара член ее секты!
– Однако нет доказательств, что он действовал, выполняя ее распоряжение.
– Все они делают то, что она говорит им, они слепо подчиняются ее приказам.
– Но Грейс заявляет, что ее Церковь придерживается свободных взглядов, никого не контролирует и не навязывает своей воли, так же как в любой католической или протестантской церкви, так же, как в синагоге.
– Чушь собачья, – сказала она тихо, но с большим чувством.
– Верно, – подтвердил Чарли. – Но это чертовски трудно доказать, особенно учитывая то обстоятельство, что мы не можем взять показания у кого-либо из бывших членов секты, чтобы получше узнать о царящих там порядках.
От возбуждения, овладевшего Кристиной, не осталось и следа.
– В таком случае какой нам прок от новости, что О'Хара состоит в секте Сумерек?
– Ну, это придает вес вашим заявлениям о том, что Грейс преследует вас. Теперь в полиции куда более серьезно относятся к вашему делу, а это нам не повредит.
– Но этого мало.
– Есть и еще кое-что.
– Что?
– О'Хара – или тот второй, что был вместе с ним, – оставил у вашего дома кое-какие следы. Это сумка с эмблемой авиакомпании. В ней нашли приспособления, употребляемые взломщиками, но не только… Там была пластиковая банка, наполненная бесцветной жидкостью, которая оказалась
– Подтверждается, что у них была некая сумасшедшая религиозная миссия, верно?
– Это, конечно, нельзя считать доказательством, но так или иначе интерес представляет. Круг все больше сужается. Это еще одно звено в цепи фактов, на основе которых можно будет возбудить дело против Грейс Спиви.
– Такими темпами она окажется на скамье подсудимых разве что в самый канун следующего столетия, – мрачно изрекла Кристина.
Они мчались по бульвару Макартура – дорога ныряла вниз, взбиралась на холмы, мимо Фэнш-Айленд, мимо роскошных особняков, мимо заболоченной поймы в районе Ньюпорт-Бей, поросшей высоким тростником, который то гнулся под косыми струями дождя, то вдруг выпрямлялся и часто дрожал, когда порывистый штормовой ветер внезапно менял направление. Был полдень, но большинство встречных машин ехали с зажженными фарами.
– А полиции известно, что проповедует Грейс Спиви?
О наступлении Сумерек, о Страшном суде, об Антихристе? – спросила Кристина.
– Да, все это им известно, – ответил Чарли.
– Им известно то, что она утверждает, будто Антихрист уже среди нас?
– Да.
– И что последние несколько лет она посвятила его поискам?
– Да.
– И что она намерена уничтожить его, как только найдет?
– Она никогда не говорила об этом публично, и такого пассажа нет ни в одном из опубликованных ею религиозных опусов.
– Но именно таковы ее планы, и мы знаем об этом.
– Существует разница между тем, что мы знаем, и тем, что мы можем доказать.
– Полиция должна понимать, что именно поэтому она зациклилась на Джое и…
– Вчера вечером на допросе она отрицала, что знает вас с Джоем, как отрицала и саму сцену в «Саут-Кост-Плаза». По ее словам, она не понимает, что вы имеете против нее и почему стремитесь опорочить ее доброе имя.
Она заявила, что еще не нашла Антихриста и, более того, считает это делом далекого будущего. Когда ее спросили, что она предпримет, если все же найдет Антихриста, ответила, что обратится с молитвами о помощи ко всевышнему. Ее спросили, не будет ли она предпринимать попыток убить Антихриста, но она сделала такой вид, будто одна мысль об этом вызывает негодование. Заявила, что она – божий человек, а не уголовник и что вполне достаточно будет ее молитв, которые остановят Антихриста и водворят его обратно в ад.
– И они, разумеется, ей поверили.
– Нет. Сегодня утром я разговаривал со следователем и читал протокол беседы с Грейс Спиви. Они считают ее личностью крайне неуравновешенной, а возможно, и опасной, отводя ей место основного подозреваемого по делу о попытке убийства вас двоих.
Кристина не могла скрыть своего удивления.
– Вот видите? – сказал Чарли. – Не стоит быть такой пессимисткой. Кое-что все же делается. Не так быстро, как хотелось бы, это верно, – потому что существуют формальные правила, которым полиция должна следовать, существует доказательственное право, конституционные права, наконец, которые надо уважать…