Слуги сумерек
Шрифт:
Его разбудил телефонный звонок. В темноте он нащупал трубку.
– Слушаю?
– Это Кайл? – послышался голос Матери Грейс.
– Это я, – сон как рукой сняло.
– Много чего происходит сейчас, – сказала она.
Он посмотрел на светящийся циферблат часов. Они показывали 4:06.
– Что? Что происходит?
– Мы избавляемся от неверных, – загадочно произнесла она.
– Я хочу присутствовать там, где что-то будет происходить.
– Мы сожгли их и посыпали землю солью, чтобы они не смогли вернуться, – голос становился тверже.
– Ты
– До сих пор ты был не нужен, – сказала Мать Грейс.
Он сбросил одеяло, сел на край кровати, оскалившись в темноту:
– Что от меня требуется?
– Они увезли мальчишку. Они хотят спрятать его до тех пор, пока он не станет достаточно могущественным, пока не превратится в неприкасаемого.
– Куда увезли его? – спросил Кайл.
– Не знаю точно. Но они наверняка были в Вентуре.
Жду или новых известий, или видения, которое прояснит ситуацию. Пока будем искать на севере.
– Кто?
– Ты, Эдна, я сама, еще шесть-восемь человек.
– Мы будем искать мальчишку?
– Да. Собери вещи и приходи в церковь. Мы уезжаем не позже чем через час.
– Я буду немедленно, – сказал он.
– – Да благословит тебя бог. – Она повесила трубку.
Барлоу было страшно. Он вспомнил сон, вспомнил, как хорошо было во сне, показалось, что он понимает смысл сна: у него пропадает вкус к разрушению, пропадает жажда крови. Но сейчас ничего хорошего в этом не было, потому что впервые в жизни ему предоставлялся шанс применить свой талант к насилию на благое дело. От этого зависело его спасение.
Он должен убить мальчишку. Это праведное дело. Он не должен окончательно утратить чувство горькой, ненависти, которое руководило им всю его жизнь.
Было уже поздно. Сумерки опускались, и Грейс хотела, чтобы он стал карающим мечом господа.
Глава 43
В среду утром дождь перестал, а небо лишь наполовину было забрано облаками.
Чарли поднялся первым, принял душ, и к тому времени, когда проснулись Кристина с Джоем, он варил кофе.
Кристину, похоже, поразил сам факт, что они до сих Пор живы. Халата у нее не было, она обмоталась полотенцем и вышла на кухню, похожая на индейскую скво.
– Вы не разбудили меня подежурить, – сказала она.
– Мы же не морские пехотинцы, – Чарли улыбнулся, он решил избегать паники, охватившей их накануне.
Будучи чересчур взвинченными, они не могли действовать, только отбивались. В конечном итоге такое поведение приведет к гибели.
Он должен был подумать, он должен был составить план, но не в состоянии был делать ни того, ни другого, Постоянно нервно оглядываясь. Здесь, в Санта-Барбаре, они были в безопасности, пока соблюдали минимальные меры предосторожности.
– Но мы же все спали, – сказала Кристина.
– Мы должны были отдохнуть.
– Но я спала настолько крепко.., они могли ворваться сюда, и я бы поняла это только тогда, когда прогремели бы выстрелы.
Чарли огляделся,
– А где камера? Мы что, снимаем ролик о мерах личной безопасности?
Она вздохнула и улыбнулась:
– А вы думаете, мы в безопасности?
– Думаю, да.
– В самом деле?
– Эта ночь подтвердила, что это так, верно?
На кухню вошел Джой, босой, в трусиках, волосы растрепаны и все еще заспанное лицо.
– Мне снилась ведьма, – сказал он.
– Сны не могут причинить вред, – сказал Чарли.
В это утро мальчик выглядел подавленным. Его яркие синие глаза были скучными.
– Мне приснилось, что она превратила тебя в жука, а потом раздавила ногой.
– Сны ровным счетом ничего не значат, – сказал Чарли. – Мне однажды приснилось, что я президент Соединенных Штатов. Но ведь вокруг меня не шныряют агенты секретной службы, правда?
– Она убила.., во сне она убила и мою маму тоже, – произнес Джой.
Кристина прижала его к себе:
– Малыш, Чарли прав. Сны ничего не значат.
– Что бы мне ни снилось, ничего не происходило на самом деле, – сказал Чарли.
Мальчик подошел к окну и, устремив взгляд на автостоянку, сказал:
– Она где-то там.
Кристина посмотрела на Чарли. Он понял, о чем она думает. До сих пор Джоя отличала удивительная эластичность психики: он легко приходил в себя после очередного стресса, после каждого перенесенного ужаса у него всегда находились силы для улыбки. Но теперь, возможно, он исчерпал свои ресурсы и его психика была уже не в состоянии восстанавливаться. Чубакка зашел на кухню и, остановившись рядом с мальчиком, тихо зарычал.
– Видите? – сказал Джой. – Чубакка знает. Знает, что она где-то рядом.
В мальчике уже не было прежней живости. Было мучительно видеть его посеревшее лицо, его самого, совсем упавшего духом.
Чарли с Кристиной пытались приободрить его, но тщетно.
В половине десятого они позавтракали в ближнем кафе. Чарли и Кристина были чертовски голодны, но Джоя пришлось заставить поесть. Они сидели в уголке у большого окна, Джой все время смотрел на небо, где виднелось несколько полосок синевы, похожих на яркие ленты, связывающие грязные облака. Он был таким угрюмым, как только может быть шестилетний ребенок.
Чарли заинтересовало, почему мальчик то и дело смотрел на небо. Может быть, он ждал, что ведьма прилетит сюда на метле?
Да, на самом деле так оно и было. Когда вам шесть лет от роду, вы не всегда в состоянии отличить настоящую опасность от мнимой. В этом возрасте вы верите в то, что в шкафу живет чудовище, и убеждены, что под кровать заполз кто-то еще похуже. Для Джоя, возможно, более естественным было высматривать помело в небе, чем белый «Форд» – фургон на шоссе.
Чубакку оставили в машине около кафе. На завтрак ему принесли яичницу с ветчиной, которую он с жадностью проглотил.