Служители темных сил
Шрифт:
Кроме того, юноша не мог отделаться от ощущения, что Сидер Амент, как всегда, будет руководствоваться исключительно здравым смыслом. Если он решит, что спасать Пру нецелесообразно, он найдет причину, чтобы оставить ее на растерзание. Не то чтобы Сидер Амент не верил в то, что говорил, или не намеревался делать то, что может; его служение в качестве носящего посох в первую очередь состояло в том, чтобы взвешивать все «за» и «против» перед тем, как сделать очередной выбор, понимая, что при этом жертвы неизбежны. Пантерра знал, почему Серый Страж вынужден поступать так. Но он не допустит, чтобы Пру стала одной
Когда они остановились на ночлег — так решил Сидер, поскольку все слишком устали, чтобы совершить столь долгий переход за один раз, — Пантерра упрятал свои сомнения и страхи в дальний уголок души и улегся чуть в стороне от остальных. Он видел, как братья Оруллианы завернулись в одеяла и сразу же заснули, видел, что аналогичным образом поступил и Арик Сарн. Фрина, отвернувшись, лежала на земле недалеко от Пана. Даже Сидер, устроившийся на самом краю их укрытия, откуда открывался видна равнину, в каком-то смысле отдыхал — взгляд его был устремлен куда-то в темноту, ничего не выражая, и в наступившей тишине слышалось лишь его медленное и ровное дыхание. Пану нужно было поспать, но его снова терзали мысли о Пру, мучили угрызения совести из-за того, что он оставил ее одну в лагере Троллей. Невзирая на ее дар и прочие таланты, именно он нес за нее ответственность в их паре Следопытов, как и раньше, еще в детстве, и ему никогда не удастся забыть об этом. И не имело значения, что она сама велела ему уйти; чувство вины никуда не делось, оставаясь свежей и кровоточащей раной на сердце.
Впервые с того момента, как он встретился со своими товарищами, юноша задумался о том, как сообщит ее родителям, что он натворил. Как он будет смотреть им в глаза? Что он им скажет? Любые слова, кроме лживых, будут убийственными.
Он смотрел перед собой в никуда, погрузившись в невеселые думы, ощущая отчаяние и горечь.
— Я очень сожалею, что уговорила тебя пойти в разведку, — внезапно произнесла Фрина едва слышным шепотом.
Он ошеломленно уставился на нее.
— Что?
— Мне не следовало проявлять такую настойчивость. Я виновата и знаю это. Мне хотелось бы все вернуть назад и переиграть.
— Ты насчет Пру? — Он покачал головой. — Не думаю. Виноват только я. Это ведь я бросил ее одну.
— Но тебе не пришлось бы так поступить, если бы ты не отправился в разведку к костру, а ты не пошел бы туда, если бы на этом не настояла я.
Пантерра придвинулся к ней, и теперь они почти касались друг друга. Он склонился над принцессой.
— Я сам решил пойти, Фрина. Но не должен был делать этого. И не должен был еще и брать с собой Пру. Так что не вини себя и не извиняйся передо мной.
— Я должна. У меня такое чувство, будто я должна извиниться перед всеми.
Он вдруг улыбнулся помимо своей воли.
— А у меня такое чувство, будто я должен забиться в какую-нибудь нору.
Она помолчала.
— Я не успокоюсь, пока мы не вернем Пру. Я расскажу обо всем отцу и потребую, чтобы он что-нибудь сделал.
— Что ж, я надеюсь, он послушает тебя. И надеюсь, что он поверит тебе.
Последовало долгое молчание.
— Я заставлю его поверить, — наконец сказала Фрина.
— Другого я от тебя и не ожидал.
Она надолго умолкла, и Пан решил попытаться заснуть, но она заговорила вновь:
— Ты не мог
Она ничего не стала объяснять, а он ни о чем не стал спрашивать. Он просто сделал так, как она просила, и улегся рядом, глядя ей в спину. Не оборачиваясь, она приподняла край своего одеяла и укрыла их обоих. Больше она ничего не сказала, и вскоре он услышал ее ровное дыхание и ощутил исходящее от нее тепло.
Немного погодя заснул и он сам.
Когда он проснулся, Фрина уже исчезла вместе с одеялом и он лежал на голой земле, чувствуя, как от утреннего холода у него закоченело все тело. Пан поднялся на ноги и потянулся. Он обнаружил, что остальные уже расселись вокруг скудных съестных припасов, которые достали из своих мешков, и завтракают. Юноша молча присоединился к ним, с удовлетворением отметив, что Эльфы поделились тем немногим, что у них было, с Ариком Сарном. По ничего не выражающему лицу Тролля невозможно было угадать, о чем он думает, но он коротко кивнул Пану, когда тот опустился на землю рядом с ним.
Фрина Амарантайн даже не взглянула в его сторону.
Вскоре они вновь тронулись в путь, но только после того, как Сидер Амент убедился, что никто не идет за ними по следу и не пытается узнать, куда они направляются. Тем не менее он повел их окольным путем, по каменистым склонам. Они поднимались в горы, оставаясь невидимыми для посторонних глаз вплоть до того момента, пока не подошли к проходу Афалион-Пасс. Здесь Серый Страж вновь остановил свой отряд и, только внимательно оглядев равнину, разрешил углубиться в проход, который вел в долину.
Путники с облегчением убедились, что дракона, который так напугал их, когда они шли по проходу в обратном направлении, нигде не было видно.
— Создание, мутировавшее в древности, еще до Великих Войн, — высказал предположение Серый Страж, когда Пантерра пожелал узнать его мнение о происхождении чудовища. — Или, если ты предпочитаешь видеть вмешательство магии, — создание, выжившее после крушения мира Фэйри, мистический монстр, которого последние события разбудили. Трудно сказать, не увидев его вблизи. Но и тогда это будет делом нелегким.
Поскольку никому не хотелось вновь наткнуться на дракона, даже если бы удалось выяснить его происхождение, все ускорили шаг.
— Как вы нашли нас? — внезапно поинтересовался Пантерра, когда они уже начали спускаться по проходу. Почему-то до сих пор мысль об этом не приходила ему в голову.
— Магия, — невозмутимо ответствовал Серый Страж, а потом пожал плечами. — Или что-то вроде счастливого случая — так будет вернее. Я вернулся в долину после того, как загнал ту тварь, которая сбежала от нас, полагая найти вас и узнать, какую реакцию в Гленск-Вуде вызвало ваше сообщение. Я поговорил с Айслинн Крэй и узнал о грозящей вам опасности. Она настояла на том, чтобы я вмешался, поскольку считала меня ответственным за то, что вы оказались в бедственном положении. Тогда я отправился в Арборлон и уже там узнал, что вы ушли к проходам вместе с Оруллианами и дочерью Опариона Амарантайна. Об остальном я догадался, когда обнаружил, что все вы исчезли, а ваши следы ведут на выжженную равнину. Вот так, делая одно открытие за другим, я и нашел вас.