СЛВ 2
Шрифт:
— Ничего не понял, — нерешительно признался я, когда она остановилась. — Чушь какая-то благостная. Приятно, конечно, но непонятно совсем. Вот когда я магом успел стать?
— Наш мир и все, что тебя окружает — живое, и ты это прекрасно знаешь, — уже с досадой объяснила она и я опасливо поежился. — Когда-то давно, когда ты был очень маленьким, ты просто слишком громко удивлялся и радовался ему, вот и все. Мир тебя заметил, улыбнулся в ответ, и привет новому магу! Ты ему понравился, и с этих пор он прислушивается к твоим желаниям, и готов их выполнять, и ничего больше.
— Как-то
— И с ним все просто, — успокаивающе улыбнулась мне Лара. — Арчи был готов тогда удивляться, радоваться и идти вперед. Коленька же опасался всего, от жизнерадостного ребенка в нем не осталось и следа, и он больше хотел контролировать и защищать от непонятного ему других. Ну, тут уже ничего не поделаешь, и пришлось мне поступить по уложению, отдать его чернецам, потому что он был из них. Не вышло бы из него мага.
— Так вот кто Николая обработал, — некстати догадался я и Лара тут же поднесла палец к своим губам, покосившись на меня с укоризной, так что мне пришлось ей быстро поклясться. — Буду молчать, как рыба об лёд, Арчи ни слова!
Лара заговорщицки мне подмигнула, мол, пусть это будет наш с тобой секрет.
— А как же те маги, на Торговом Острове? — запоздало возмутился я. — Они-то здесь каким боком, как-то не стыкуется все это с тем, что ты мне сейчас говоришь, ну не может наш Мир таким быть!
— А может не только Мир в ответ улыбнуться, — терпеливо продолжила просвещать меня Лара. — Может и огонь, но это по большей части к гномам. Может Ветер, может Лес, а может и Тьма. Вот мучит какой-нибудь мерзкий малолетний ублюдок котёнка, и улыбается, прямо щерится от своего поганого счастья. И не замечает, выродок, как Тьма из-под кровати или из шкафа скалится ему в ответ. Там немного-то и надо, чтобы тебя заметили, в конце-то концов. Только искренность.
— Дела…, — ошеломленно выдохнул я. — А Бог здесь причем?
— С церковью потом разберемся, — отмахнулась Лара, уже начиная проявлять нетерпение. — Не до них пока, да и сложнее все там. Но можешь на досуге сам прикинуть. Исходные данные тебе для понимания дам. Огромная организация, несколько десятков тысяч человек, сохраняет себя на сломе эпох, и видит возвращение магии в немагический мир. И начинает вдохновенно усиленно молиться своему божеству, совместно призывать его. Подумай, что в этом случае может быть.
— Какой еще слом эпох? — потрясенно удивился я, ведь передо мной открывались все самые странные тайны. — И как можно кого-то призвать? Хотя да, свято место пусто не бывает, это у них любимая присказка.
— Какая вам магия, неучи? — уже немного разозлилась Лара на мою непонятливость, хотя я-то видел, что ее безмятежность не уменьшилась ни на йоту, а эта старательно показываемая мне досада была лишь легким порывом ветерка в тихий безветренный день. — Вам история нужна, география с литературой! Физика с химией, математика, в конце-то концов! Чтобы понимали, где живёте, и почему
Воздух посвежел, как при грозе, заискрили травинки на газоне, и я с невольной усмешкой почувствовал, как переполошился Арчи в ангаре, и как он против своей воли пробежался в легкой панике туда-сюда, пока его не поймал мрачный, всё тут же понявший Далин. Лара тоже это заметила, мы переглянулись, улыбнулись друг другу, и я все-таки с облегчением почувствовал, как она оттаяла, хоть и сердилась вроде бы понарошку.
— Ладно, ты только не вздумай меня бояться, — предупредила она меня, поднимаясь на ноги. — Раньше же не боялся, и даже в вырез умудрялся заглядывать, помню-помню. Но не липко, со слюнями, а с восхищением, поэтому тебе я это прощала. А сейчас пошли, кушать хочется. У Смирнова я могу съесть много, он молодец на этот счет.
— А как же фигура? — решившись, вставил ей шпильку я, только чтобы подержать репутацию не боящегося ее ученика, и закрепить наши новые отношения.
— А вот тут чистая магия, — Лара ослепительно мне улыбнулась, все сразу же поняв и решив поддержать игру. — Мне моя фигура дорога, и без магии тут никак. Всё должно быть идеально, если есть такая возможность, любая женщина меня поймет и поддержит. Особенно я горжусь своей троечкой торчком, как говаривал один, ныне из-за этого покойный, говнюк.
— Да что ж такое, — я даже остановился. — Сама же говоришь не бояться, и тут же такие истории. Мало ли кто чего сказал, нельзя же так. Скажи, что пошутила. И не говорят женщины про себя так, не верю.
— Ох, милый, — Лара не постеснялась подойти ко мне и приобнять за плечи. — Если б ты знал, о чем говорят женщины, когда их не слышат, ты бы точно расстроился и стал бы меньше нас любить. Но иногда в самом деле я и правда уже могу сказать что-то не то, пойми и не обращай внимания. Хотя вот твоя Настя-буфетчица в выражениях перед подругами не стеснялась, можешь мне поверить.
— А убиенный по поводу твоей троечки, он тут каким боком? — я все еще не сдавался и стоял на месте.
— Да пошли уже, — Лара с силой поволокла меня в ангар, и я с удивлением понял, что она физически будет посильнее даже нашего гнома. — Вот остолоп. Не думаешь же ты, что я сожгла его за эти слова. Там было много разных подвигов, один другого паскуднее, просто запомнился он мне именно этим. Давай шевели ногами и не придумывай себе лишнего!
Я сдался и пошел по своей воле, просто чтобы не выглядеть смешно, и Лара тут же меня отпустила, дружески при этом подмигнув.
Мы вошли с ней в притихший ангар, где Арчи уже ждал нас, стоя у накрытого стола вместе с Антохой, и лишь Далин демонстративно и независимо ковырялся в своем инструменте.
— Охти ж мне, старой, — Лара остановилась между магом и гномом. — Какая у моего внучка с дружочками песочница-то чистая! А игрушки-то какие красивые!
Гном вспыхнул и, не оборачиваясь, засопел еще сильнее, а маг страдальчески возвел глаза вверх.
— Далин, если будешь вести себя как ребенок, я именно так и буду с тобой разговаривать, — по-доброму предупредила его Лара. — Иди сюда, поздороваемся. Претензии свои потом мне предъявишь, после обеда.