Смех победителя

Казаков Дмитрий Львович

– Нет, не знаю.

– А фигура может взбунтоваться, не выполнить твой приказ?

Хорст улыбнулся, но как-то не особенно весело.

– Может попробовать, – сказал он. – И многие пытаются так сделать. Только вот ничего хорошего из такой попытки не выйдет. Маг всегда сильнее, хотя порой ему бывает трудно…

– Наверное, с всякими князьями? – Илна попробовала пошутить, но почувствовала, что шутка не удалась.

– Как ни странно – нет, – ответил Хорст совершенно серьезно. – Теми, кто сам правит, управлять проще всего.

У них есть великие цели, жажда власти, и на всем этом можно играть… А как справиться с простым купцом или сапожником, у которого иной мысли нет, как набить карман и брюхо? Только силой…

Он замолчал, глядя куда-то в сторону. Девушка решила было, что разговор закончен, но маг заговорил вновь.

– Вообще, мне кажется, – сказал он, – что фигуры, Вечная Игра – это все красивая картинка, созданная для того, чтобы нечто скрывать. Мы делаем ходы, воображаем, что сражаемся между собой, а кто-то, кто все это придумал, что-то получает с наших телодвижений…

– Но зачем? И кто? – Илна почувствовала, что ее охватывает суеверный ужас. – Неужели сам Владыка-Порядок?

– Если бы я знал, – повторил Хорст и вздохнул. – Но даже если он, то пусть бережет собственную глотку!

Фраза прозвучала гордым вызовом. Словно в ответ на нее взвыл ветер, а сквозь разрыв в тучах прорвался солнечный луч, похожий на исполинское копье из золота.

Вестарон выскочил из-за горизонта, точно щука из воды. Только что вокруг был густой лес, но уже в следующее мгновение он исчез, а на горизонте показались мощные башни.

Когда подъехали ближе, стало понятно, что ворота закрыты.

– Боятся, язви их в печень, – пробормотал Радульф и, поднеся руку ко рту, крикнул: – Эй, открывайте!

– А вы кто такие? – с ленцой вопросил показавшийся на одной из башен стражник.

– Благородный господин Хорст из Линорана, – на слове «благородный» десятник запнулся, – и благородная госпожа Илна ре Виллек.

– Хорст? – Мыслительный процесс у стражника двигался неспешно, как сползающий с гор ледник. – Это кто же такой?

– Он маг, – подсказал Радульф.

– Маг! – Стражник подскочил на месте. – Ой, через мгновение откроем, спаси нас Утешитель-Порядок!

– Надо было просто ворота снести, – сказал бывший сапожник с улыбкой. – Тогда бы сразу поверили, да и открывать не пришлось бы.

Слегка помятые во время осады створки заскрипели, как орава жалующихся старух, и пошли в стороны.

– Проезжайте, господин! Проезжайте! – Появившийся в открывшей щели стражник делал какие-то непонятные жесты, изображающие радушие, а на лице его красовалась дурацкая ухмылка.

– Чего это он? – удивился маг, когда ворота остались позади. Он успел привыкнуть к тому, что внушает страх и неприязнь, но странная, раболепная угодливость царапнула душу.

– Не знаю, – пожала плечами Илна. – Кто знает, какие жуткие слухи о тебе ходят?

Несмотря на опасливо

запертые ворота, Вестарон не выглядел городом, страдающим под пятой иноземных завоевателей. Улицы, как всегда, оказались забиты народом, а двери лавок были зазывно распахнуты.

– И все же, как быстро мы доехали, – заметила девушка, когда они свернули на ведущую к главной площади улицу. – А я тебе поначалу не поверила. Интересно, а другие маги знают это колдовство?

– Думаю, что нет, – после паузы ответил Хорст. Они сидят по домам, путешествовать боятся и даже не подозревают, что магию можно использовать таким образом.

Когда открылось место, где ранее стоял дом Витальфа, маг невольно поежился, ощутив на коже горячее дуновение. Черная яма по прежнему «помнила», хранила на себе отпечаток чудовищной сжигающей силы…

Через площадь проехали, ощущая на себе пристальные взгляды с башен замка, а у его ворот Хорста встретил старый знакомый – десятник, скрестивший с ним мечи в Сар-Тони.

– А, это вы, господин, – сказал он, стоило бывшему сапожнику снять капюшон. – Проезжайте, а мы человека к господину ре Милоту отправим, чтобы о вас доложить…

– Думаю, этого не нужно делать. – Маг покачал головой. – Наместник должен знать о нашем прибытии!

– Как скажете, господин. – Десятник махнул рукой, и закрывающая проезд новенькая, блестящая решетка с лязгом и грохотом поползла вверх.

Кавнлир ре Милот, исполняющий в Вестароне обязанности княжеского наместника, ожидал гостей во внутреннем дворе.

– Прошу, – сказал он, чуть склонив голову, когда Хорст покинул седло. – Комнаты для вас готовы.

Маг дождался Илну, и они вместе пошли вслед за наместником, После промозглой сырости на улице, царящее в главной башне тепло показалось особенно приятным, а запах дыма вовсе не смущал.

– Да, в тот раз нас устроили куда хуже… – пробормотала девушка, разглядывая небольшую комнату, принадлежавшую ранее, судя по всему, кому-то из княжеской семьи.

Из угла выпирала печь, около нее расположились несколько больших кресел, а центр занимала огромная кровать под алым балдахином, украшенным по краям золотыми кистями.

– Ангира нет, так что нет смысла обманывать, кто из нас хозяин, а кто слуга, – сказал Хорст, небрежно скидывая плащ на один из стоящих у двери стульев. – Что там насчет поесть?

– Ужин подадут, как только вы прикажете. – Ре Милот показал на торчащий из дыры в стене шнурок, похожий на хвост диковинного зверя. – Дерните за него, и явится служанка.

– Хорошо, свободен, – буркнул маг, подходя к креслу. Под его тяжестью оно мягко скрипнуло.

– Как он на тебя смотрел! – вздохнула Илна, когда шаги наместника стихли в коридоре. – Не думала, что возможна такая смесь страха и ненависти!

– Ты бы видела, как благородный ре Милот смотрел, пытаясь сжечь меня на костре… Ведь ему это почти удалось!