Смерч
Шрифт:
Артур побледнел.
– Ясно, – кивнул Тарас, – настраивать тхабс на защитные реакции ты ещё не умеешь.
– Вы не объясняли… разве он… тхабс… может меня…
– Тхабс – системный параметр, «вмонтированный» в человеческую психику на уровне подсознания. Он способен организовывать вокруг оператора сферу почти абсолютной защиты.
– И в пустоте? Я имею в виду… там, в космосе…
– Естественно. Ты уже экспериментировал с тхабсом? – догадался Тарас. – Куда тебя занесло?
– На
– Тхабс даёт возможность какое-то время, не больше двух часов, находиться без вреда для здоровья в любой агрессивной среде.
– Я не знал…
– И всё же уцелел. Похвально, я начинаю сомневаться в своих выводах. Однако давай-ка уберёмся отсюда подальше, пока местные ребята не обратили на нас внимание.
– Инсекты?
– Инсекты нам не опасны, а вот «засвечиваться» перед сторожами периметра не стоит.
Свет в глазах Артура сменился тьмой, и тут же зрение восстановилось.
Он оказался в своей квартире, мгновенно преодолев бездну времени, отделявшую двадцать первый век от эпохи мезозоя.
– Тебе пора самому заботиться о себе, – продолжал Тарас как ни в чем не бывало, появляясь рядом. – Я не смогу уделять тебе много внимания. Но если ты не научишься своевременно и правильно оценивать последствия каждого своего шага, долго не проживёшь.
– Как же я тогда наберусь опыта, не рискуя?
– Дорогой мой, жизненный опыт – это когда количество сделанных ошибок переходит в качество. Постарайся приобрести положительные качества. Переодевайся в более подходящий для лета костюм и пойдём.
– Куда?
– Я уже и так превысил полномочия, выполняя волю Светлены, так что не будет большой бедой, если я дам тебе ещё кое-какие знания, которые помогут тебе выжить. На первых порах. Потом уж не обессудь, отвечать за свои решения ты будешь сам.
– Я не просил вас помогать…
– Но ты и не отказывался, когда мог. А сейчас уже поздно. Или нет? – Тарас прищурился. – Ещё, пожалуй, можно вернуться в исходное состояние, отключить тхабс, почистить память…
Артур недоверчиво посмотрел на собеседника.
– Вы шутите.
– Нисколько. Если человек сомневается в успехе дела, он никогда не добьётся цели. Зачем нам такой герой?
– Я… не сомневаюсь…
– Зато я сомневаюсь.
– Вы слишком плохо думаете о других…
– Плохо думать о других, конечно, грех, но едва ли ошибка. Итак, ты не передумал?
Артур сжал зубы. Очень хотелось заявить «да, передумал», но внезапно всплывшая из глубин души гордость заставила сказать обратное:
– Нет!
– Тогда переодевайся, и поехали.
Артур сбросил горнолыжный костюм, натянул джинсы, футболку, выпил пол-литра холодного кефира, заявился в гостиную, где Тарас рассматривал
– Я готов.
На глаза надвинулись шторки темноты, тело испытало секундное падение в бездонный колодец, пятки ударились обо что-то твёрдое, свет сменил темноту.
Пещера, слабо освещённая стоящим посреди замком Инсектов. Только на этот раз сооружение принадлежало явно другому виду разумных насекомых, судя по его виду.
– Мавзолей Акаринов, – сказал Тарас. – Он стоит примерно на глубине трёхсот метров под Ташкентом.
– Акарины – это…
– Разумные клещи. Во времена Инсектов они нападали на врагов из засады и высасывали их полностью, так что оставалась только хитиновая оболочка.
Артур кивнул, разглядывая странное ребристое строение, напоминающее застывшего в конвульсиях гигантского кольчатого червя цвета запёкшейся крови. Рёбра сооружения сочились тусклым оранжевым свечением.
– Ну и уродина!
– Свои жилища Акарины строили под землей, поэтому форма их не сильно радует глаз.
Тарас подошёл к стометровой спирали, постучал костяшками пальцев по выпуклому боку нижней трубы.
– Сударь Иакинф, отзовитесь, пожалуйста, к вам гости.
– Вы хотите встретиться с Хранителем? – догадался Артур. – Разве он живёт здесь?
– Нет, конечно, он живёт в Ташкенте, как самый обычный человек, но меня он услышит.
Словно в ответ на слова проводника, в десятке метров от гостей соткалась из воздуха фигура пожилого толстяка в тюбетейке, в национальной казахской одежде, смуглолицего, усатого, с глазами-бусинками.
– Что нужно Отступнику? – проговорил он неожиданно низким сочным голосом с характерным горловым акцентом, перевёл взгляд на Суворова. – А это кто с тобой?
– Бегущий по лезвию бритвы, – улыбнулся Тарас. – Возможно, он станет помощником Архитектора Согласия. Но для этого ему нужна Вещь, которая хранится в твоём МИРе.
Хранитель нахмурился.
– Это невозможно.
– Это необходимо, – возразил Тарас. – Подумай и согласись, что пришла пора изменить своё отношение к жизни, надо разгерметизировать запасы эзотерических знаний во имя спасения всей «розы».
– Это невозможно! – В голосе Иакинфа прозвучал металл. – Никто не имеет права вскрывать хранилища с опасными для цивилизации Вещами. Иначе Равновесие рухнет.
– Оно всё равно рухнет, поскольку об этом позаботится Конкере, вырвавшийся на свободу. Я мог бы просто приказать тебе, Кифа, открыть мне хранилище, но я прошу.
– Кто ты такой, чтобы приказывать мне? – сверкнул глазами Хранитель.
– Я диарх, – спокойно ответил Тарас, – исполняющий обязанности инфарха. Вот моё удостоверение.