Смерть содержанки

Стаут Рекс

Джулия:Да.

Кремер:Вы договорились об этом с самим Ниро Вульфом?

Джулия:Да.

Кремер:Когда?

Джулия:Э-ээ… Кажется, в субботу.

Кремер:А почему? Зачем вам понадобились телохранители?

Джулия:Пожалуй, я вам лучше скажу правду.

Кремер:Да, это и впрямь лучше.

Джулия:Между нами, телохранители мне вовсе ни к чему. Просто однажды вечером, кажется, во вторник, я пришла сюда по приглашению

Ниро Вульфа и познакомилась с Арчи Гудвином. На следующий день я снова побывала здесь. Арчи отвел меня наверх, показал орхидеи, и мы с ним долго разговаривали. Вы клянетесь, что это останется между нами?

Кремер:Да.

Джулия:Ради Бога, не говорите ему, что я втюрилась в него по уши. Какой обалденный мужик! Я должна была любой ценой заполучить его. Вот я и… Словом, мне удалось это устроить. Возможно, он не захочет, чтобы вы знали, но в субботу он провел весь день со мной в моем номере, прямо с десяти утра. Вы, возможно, не одобряете такие дела, вы человек женатый, но когда мне чего-то надо, я всегда добиваюсь своего.

Вульф уставился на меня, а я оживленно замотал головой. Этого в сценарии не было. Жаль, что я не видел выражения лица Кремера.

Кремер:Вы хотите сказать… Вы имеете в виду… Как вам удалось это устроить?

Джулия:Я сказала Арчи, что ко мне пристает один мужик, что я его боюсь и хочу, чтобы меня круглосуточно охраняли. Особенно по ночам. Вам понятно, почему именно по ночам?

Кремер:Как фамилия мужчины, который приставал к вам?

Джулия:Разве вы не инспектор полиции?

Кремер:Инспектор.

Джулия:Тогда вы должны слушать внимательнее. Никто ко мне не приставал. Телохранители мне были ни к чему. Я хотела заполучить Арчи.

Кремер:Почему тогда в вас стреляли?

Джулия:Я сама ломаю над этим голову. Кстати, ранил-то он Фреда, значит, не обязательно стрелял в меня. Может, он как раз целился во Фреда. Или еще в кого-нибудь. Как этот парень в Бронксе, который ухлопал женщину в автомобиле. Им просто нравится…

Кремер:Попридержите язык. Я не поверил ни единому вашему слову. Знаете, какое наказание предусмотрено законом за дачу ложных показаний полицейскому, который расследует преступление?

Джулия:Нет. Какое?

Кремер:До пяти лет.

Джулия:А какое преступление вы расследуете? Арчи сказал, что вы занимаетесь поисками убийцы моей подруги Изабель Керр, но он, наверно, ошибся. Вас почему-то интересует совсем другое – кто меня защищает да кто в меня стрелял. Или я слишком тупа.

Кремер:Нет, мисс Джекет, вы отнюдь не тупы. Но вы чертовски ловкая лгунья. Изумительная. Надеюсь, вы отдаете себе отчет в том, что выделываете? Вы знаете, что Вульф и Гудвин – самые ушлые проныры во всем Нью-Йорке?

Джулия:Я плохо знаю Ниро Вульфа. Но прекрасно знаю Арчи.

Кремер:Сколько они вам платят?

Джулия:Мне? Ну и ну! Сначала я – лгунья, а теперь кто?

Кремер:Я

тоже хотел бы это знать. Вы по-прежнему думаете, что вашу подругу убил Орри Кэтер?

Джулия:Я никогда этого не говорила.

Кремер:Правильно, но так следовало из ваших показаний. Помните, что вы говорили?

Джулия:Конечно. Я могу даже рассказать алфавит в обратном порядке.

Кремер:Вы не желаете отказаться от своих показаний?

Джулия:Нет. Я говорила правду.

Кремер:Значит вы по-прежнему считаете, что Кэтер убил Изабель Керр?

Джулия:Вы опять плохо слушали. Повторяю, что я такого не говорила.

Кремер:Но вы имели это в виду. Не забудьте, что у нас есть подписанные вами показания. Зарубите это себе на носу.

Секунд на пять воцарилось молчание. Послышался шорох – возможно, Кремер вставал со стула.

Кремер:Еще раз предупреждаю вас, мисс Джекет – дача ложных показаний полицейскому, расследующему преступление, наказывается в уголовном порядке. Вы не хотите пересмотреть свои показания?

Джулия:Нет, благодарю. Дверь можете не закрывать.

Скрип открывающейся двери, топот ног. Я соскользнул с табуретки, подошел к буфету, передвинул рычажок, потом распахнул дверь, ведущую в прихожую. По лестнице громыхали тяжелые шаги. Кремер протопал мимо, даже не оглянувшись в нашу сторону. Натягивая пальто, он наверняка видел меня, но не попрощался. Когда он вышел на улицу, я повернулся к Вульфу и сказал:

– Это была чистой воды самодеятельность, но я в восторге. Займись-ка завтраком, Фриц, она уже наверно голодна как волк.

Я прошел к лестнице и взлетел на два этажа.

Дверь была нараспашку. Джулия сидела на корточках, разглядывая нижнюю поверхность стола. Заслышав мои шаги, она повернула голову, вскочила и пояснила:

– Я ищу микрофон.

– Здесь вы его не найдете. Это не так просто. Слышимость была замечательная.

– Вы все слышали?

– До последнего слова. Не могу взять в толк, почему он назвал вас лгуньей. По-моему, вы ни в чем не покривили душой. Особенно в том, что касается Арчи. Когда вы хотели бы завтракать?

– Уже хочу. Прямо сейчас.

– Завтрак почти готов. Залезайте в постель, и я принесу его.

14

Я описываю здесь не все события. Кое-какие мелочи, например, телефонные звонки, не содержащие полезной информации, я даже не упоминаю. За последнее время дважды звонила Джил Харди, один раз – доктор Гамм, еще дважды – Лон Коэн, а Натаниэль Паркер звонил целых три раза. На последнем звонке от Паркера я хочу остановиться, потому что поведение адвоката могло либо помочь нам, либо помешать. Паркер решил, что в понедельник утром представит в прокуратуру требование об освобождении Орри под залог, и Вульфу потребовалось целых десять минут, чтобы отговорить его от этого. Вульфу пришлось попотеть. Не мог же он объяснить адвокату, что Орри больше нас не заботил в связи с тем, что мы раскинули сети для другой рыбы.