Смертельные гонки

Шекли Роберт

Чем больше Сюзан Беллоуз думала, тем больше замутнялся портрет похитителя; на самом деле это уже был не портрет, а нечто вроде ключа, ожидающего, пока ему предъявят существо из плоти и крови, чтобы начался процесс опознания.

– Я бы его узнала, – заявила Сюзан. – Что теперь будем делать?

– Теперь? Не пойти ли нам выпить?

– От таких предложений я никогда не отказываюсь.

Они сидели в одном из дальних залов ресторана «Георг V» за блестящим столиком красного дерева и потягивали виски. Полутьма в зале вроде бы располагала к откровенности.

Но атмосферы особой откровенности между ними не установилось. Мрачно насупившийся Дэйн как будто вообще не обращал внимания на окружающее. Его руки неподвижно лежали на столе; казалось, он спокоен и безмятежен. Но у Сюзан сложилось впечатление, что эта безмятежность наигранная. Было похоже, что Дэйн держит себя в руках только усилием воли. Вероятно, именно так он всегда реагирует в сложных ситуациях.

– И что вы предпримете теперь? – спросила Сюзан.

– Попытаюсь его найти.

– Вы ведь даже не знаете, как он выглядит!

– Это не всегда обязательно.

Она с сомнением покачала головой. Возможно, Дэйн хорошо знает свое дело, но отыскать безликого темнокожего человека в целой Европе…

– А чем займетесь вы? – поинтересовался Дэйн.

– Продолжу путешествие: Париж, Женева, Вена, Флоренция.

– Наверное, здорово повеселитесь.

– Да уж, на славу… Дэйн, вы скажете мне, что находилось в этой папке?

– Нет.

– Знаете ли, я в состоянии догадаться.

– Сколько угодно.

– А если я заговорю?

– Тут я бессилен.

Этот ответ Сюзан не понравился. Было обидно, что ее, единственную настоящую свидетельницу преступления, вот так запросто отодвигают в сторону. Погрузившись в созерцание своего стакана, она скорчила гримасу, а потом снова подняла глаза на Дэйна.

– Возможно, я могу вам чем-то помочь…

Дэйн расправил плечи.

– Конечно, можете.

– Чем же?

– Вам это не понравится, к тому же расстроит ваши планы.

– К черту мои планы! Преследовать похитителя гораздо интереснее, чем таскаться по музеям!

– Может быть, но и гораздо опаснее.

– Тогда я с вами.

– Серьезно?

– Разумеется. При одном условии: вы скажете, что находится в этой драгоценной папке. Мы ведь станем напарниками, бесстрашными охотниками за готовым на все преступником. Так что с вашей стороны будет некрасиво хранить от меня тайну!

Дэйн согласно кивнул.

– В папке находился конверт с грифом «Совершенно секретно».

– А в конверте?

– Секретный документ.

– Дэйн, это нечестно! Какой именно документ?

– Мне не сообщили.

– Но он важен?

– Крайне.

– Не думаю, что мы сумеем заполучить его обратно, – заметила Сюзан. – Если папку украли Советы, то она уже давно отправлена в Москву дипломатической почтой, так ведь?

– Есть и другие способы. Но мы абсолютно уверены в том, что у Советов папки нет. Санитары из «Скорой» – люди русских. Папку украли именно у них.

– Понимаю, – медленно выговорила Сюзан. – Но кто же мог это сделать? И зачем?

– Поскольку фотографии похитителя нет в архивах, резонно предположить, что это новичок: шпион, работающий только на себя, который пытается сколотить капитал, или секретный агент непонятно какого правительства. Учитывая

обстоятельства похищения, наиболее вероятной представляется первая версия. В таком случае документы попытаются продать.

– А за них можно получить много денег?

– Можно, – кивнул Дэйн. – Только это непросто. В подобных делах ловушки подстерегают на каждом шагу. Нам сильно повезет, если удастся обнаружить похитителя живым!

Дэйн закурил и несколько секунд размышлял.

– Любитель непременно совершит немало оплошностей. Одна-две ошибки еще могут сойти ему с рук, но в шпионском бизнесе за неосторожность наказывают быстро и безжалостно. Если он хитер и находчив, то прежде всего войдет в контакт с нами и предложит выкупить документы.

– А если он обратится к русским?

Дэйн пожал плечами:

– Возможно, выручит много денег. Хотя обычно русские не покупают то, что могут получить иным способом.

– Понимаю, – шепнула Сюзан. – Ладно! Что будем делать?

– Ничего. Ждать, пока что-нибудь случится.

– Так можно прождать очень долго!

– Не исключено.

– Но это же чертовски скучно!

Она посмотрела Дэйну прямо в лицо и слегка вздрогнула, встретившись с прямым взглядом его серо-зеленых глаз. Прекрасно владея собой, он почти незаметно улыбался. Сюзан это совсем не понравилось. Дэйн, вероятно, принадлежал к той категории мужчин, которые уверены, что знают обо всем больше других и никогда не раскрываются до конца.

– А мы постараемся не скучать, – игриво произнес Дэйн.

Теперь его улыбка превратилась в недвусмысленный намек. Сюзан машинально нахмурилась, отметив про себя, что в конце концов это может оказаться даже забавным.

Глава 6

Верхняя часть Бингхэм-Роу мужественно пыталась сохранить более или менее пристойный вид; зато нижняя половина улицы, выходящая к городским докам, радостно подстраивалась под самые экстравагантные вкусы моряков пятидесяти различных национальностей и, похоже, пропала безнадежно. В верхней части обитали торговцы судовыми принадлежностями, аптекари, бакалейщики и прочие мелкие коммерсанты, раз и навсегда повернувшиеся спиной к реке и с надеждой устремившие взоры на квартиры благопристойных служащих и дома-близнецы почтенных отцов семейств. Верх Бингхэм-Роу отчаянно старался попасть в ряды буржуазии и как будто преуспевал в этом.

На узком поле битвы, которое зовется улицей, никто не дрался за место под солнцем с таким ожесточением, как Джон Эдельгейт из клана Эдельгейтов.

Карлос явился к Эдельгейту с надеждой в сердце и секретными документами в кармане. Он вошел в крохотный полутемный мебельный магазинчик, и через несколько секунд появился хозяин: низенький и важный, с округлым лицом и редкими прилизанными волосами, похожий на гигантскую лягушку. Узкий лоб, маленький острый носик, липкие скользкие пальцы, переплетенные на четко обозначившемся животе. Сморщенный ротик складывался в гримаску, выражающую нечто среднее между презрением ко всякого рода сомнительным сделкам и желанием провернуть их как можно больше. Под безобидной внешностью Эдельгейта добропорядочность каждый день вела изнурительный бой с алчностью.