Смертельные обеты
Шрифт:
— Добрый день, Мэгги, — произнесла она, тепло улыбнувшись. — Это блуза Франчески?
Взгляд миссис Кэхил был напряженнее обычного, казалось, за приветливой улыбкой кроется подозрительность.
— Да, я подумала, она может пригодиться ей в конце недели.
— Ты очень добра, Мэгги. — Джулия взяла из ее рук чехол. Как всегда, ее внешний вид был воплощением элегантности и утонченности, ей очень шло бледно-голубое платье и украшения с аквамаринами. — Бетти, повесьте это в комнате Франчески, — обратилась она к проходившей мимо служанке,
Мэгги чувствовала, что краснеет.
— Я знаю. У дверей я встретила мистера Кэхила, — сказала Мэгги и поспешила добавить: — Я хотела сказать, что очень рада благополучному завершению неприятностей Франчески.
Джулия смягчилась:
— Я знаю, Мэгги. Ты очень добрая женщина.
— Уверена, Франческа и мистер Харт вскоре объявят о новой дате свадьбы. — Она невольно заглянула за спину Джулии. Эван не говорил ей, но она понимала, что он скоро уедет из города до конца лета, как делали все представители городской элиты. Его задержала лишь свадьбы сестры — к большой радости Мэгги. Она знала, что он часто завтракает дома со всей семьей, и сейчас лихорадочно размышляла, уместно ли спросить Джулию о сыне.
— Что-то еще, Мэгги? — напряженно спросила та.
Мэгги опять показалось, что она читает ее мысли, предугадывая все переживания и сомнения.
— Нет, я лишь хотела, чтобы к празднику у Франчески была новая блузка. Они с Джоэлом сегодня уехали по очередному делу. Он счастлив помогать мисс Кэхил. — Фраза сразу показалось Мэгги произнесенной совсем некстати.
— Да, такова моя дочь — специалист по раскрытию преступлений.
Мэгги внимательно посмотрела на мать Франчески и увидела, что ту переполняет злость. Не успела Мэгги сказать, какое сокровище на самом деле Франческа, как много преступлений она раскрыла, на лестнице послышались шаги. Повернувшись, она сразу встретилась глазами с Эваном.
Он почти сбежал вниз:
— Мэгги! Все в порядке?
Ее сердце отозвалось глухими ударами.
Ты же без ума от него, — возникли в голове слова Джоша.
Да! — неслышно ответила мужу Мэгги.
— Все хорошо, — пролепетала Мэгги.
Перед ней стоял самый красивый мужчина на свете — и самый добрый. Эван обожал ее детей и всегда приносил им подарки и сладости. Он будет прекрасным отцом.
Да, ребенку Бартоллы!
Эван улыбнулся и повернулся к Джулии:
— Доброе утро, мама.
Взгляд Джулии стал ледяным.
— Мэгги принесла блузу для Франчески и как раз собиралась уходить.
Эван был озадачен официальным тоном матери.
Мэгги смутилась еще больше. Что она делает? О чем только думает? Настанет день, когда Эван встретит свою любовь в образе молодой, элегантной леди — женщины его круга. Он может хорошо относиться к ней и ее детям, но он ведь наследник Кэхилов. Даже в газетах его только
— Мэгги долго добираться до дома, — обратился Эван к Джулии с милой улыбкой. — Ты голодна? Я как раз спустился к позднему завтраку, не составишь мне компанию?
У него была самая очаровательная улыбка в мире, солнечная и теплая — отражение врожденного добродушия.
— Я уже ела, — солгала Мэгги.
— Тогда поешь еще раз. — В синих глазах вспыхнул огонек. — Предлагаю тебе яйца, сосиски и блинчики с маслом и кленовым сиропом из Вермонта.
Мэгги почувствовала, как желудок скручивается в узел. Дома она ела на завтрак кашу из отрубей. Они не могли позволить себе яйца или сосиски, а тем более масло и кленовый сироп.
— Я настаиваю, — произнес Эван и взял ее за руку. — Ты не присоединишься к нам, мама? — Он посмотрел на Джулию.
— Я собиралась на ланч в отель «Эссекс», — нахмурилась та, но выдавила из себя улыбку. — Благодарю тебя, Мэгги, что принесла блузу. — Взглянув на сына с упреком, Джулия удалилась.
Дождавшись, когда мать скроется из вида, Эван рассмеялся. Его смех был таким же милым, как и улыбка.
— Она бывает загадочной. Немного сбита с толку моей радостью от встречи с тобой. — Он слегка сжал ее руку.
Мэгги таяла от его прикосновений.
— Что ж, наша дружба не вполне обычна.
Эван как-то странно на нее посмотрел, словно думал о том, что их связывает не только дружба.
— Я очень рад, что ты пришла и сможешь со мной позавтракать. Знаешь, у меня появилась идея: давай прогуляемся и поедим в клубе «Метрополитен». Правда, тогда нам придется отказаться от блинчиков.
Мэгги похолодела:
— Меня туда не пропустят.
— Разумеется, пропустят.
Он сошел с ума? Ее никогда не пропустят в клуб! Эван смотрел на нее так, словно прочитал мысли.
— Я член клуба, Мэгги, и могу приводить с собой гостей.
Она облизнула губы и проговорила:
— Лучше блинчики и сосиски. Он улыбнулся:
— Твое желание для меня закон.
Она понимала, что он с ней флиртует, отчего ее сразу бросило в жар, и она ощутила себя тринадцатилетней смущенной девочкой.
— Я думала, что тебя уже нет в городе.
— Июль и август я проведу с друзьями на Файер-Айленде.
Я уже должен был уехать, меня задержали проблемы Фрэн.
Мэгги стало интересно, где находится этот Файер-Айленд и какие у него там друзья.
— Как дела у Франчески?
Эван погрустнел:
— Мы почти не видимся. У нее новое грандиозное расследование, хочет выяснить, кому понадобилось, чтобы она пропустила свадьбу. Тем временем они с Хартом все больше отдаляются друг от друга. Сначала я не видел в этом его вины, но сейчас склонен считать, что его действия беспричинны. Харт должен простить Франческу — она так его любит.
— Я уверена, они во всем разберутся, Эван.
Он неожиданно взял обе ее руки в свои ладони.