Смертельные враги
Шрифт:
— Неужели же мы будем сидеть сложа руки? Надо попытаться вырвать лорда из рук краснокожих! Все же он цивилизованный человек, а они — дикари!
— Гм! Легко сказать! Ведь их и сейчас больше сорока человек, а нас только пятеро!.. Но во всяком случае, нам можно еще продвинуться к северу. Граница Канады близка, вероятно, завтра индейцы уже перейдут на английскую территорию. Там преследовать их будет не так удобно, и если мы не успеем захватить Миннеагу сегодня же, боюсь, мне никогда не получить
— Так в путь же! — хлестнул своего мустанга молодой офицер.
Пока они мчались по ясно видимым следам последних сиу, в лагере последних происходило следующее.
Маньяк-англичанин, ограбив «гробовщика», с час несся по лесу, искусно управляя собачьей упряжкой и от души забавляясь новым видом спорта.
Увлекшись этим делом, он не обратил ни малейшего внимания на темные фигуры, мелькавшие в лесу, скрывавшиеся среди деревьев, и опомнился только тогда, когда перед ним словно из-под земли вырос целый отряд верховых разведчиков в боевых костюмах индейцев.
— Куда спешит мой бледнолицый брат? — осведомился командовавший отрядом пожилой воин, в котором наши читатели с первого взгляда узнали бы отца Миннеаги, Красное Облако.
— Добрый день, сэр! — ответил англичанин, ничуть не смущаясь тем обстоятельством, что ему пришлось лицом к лицу столкнуться с индейцами. — Я упражняюсь в искусстве править собаками! Это очень забавно! Не хотите ли попробовать сами?
— Каким образом попал сюда мой бледнолицый брат? — допытывался вождь. Уилмор вкратце объяснил все. Лицо Красного Облака нахмурилось, когда он услышал имена Джона и его спутников.
— Мой брат повторит свой рассказ перед лицом Миннеаги, охотницы за скальпами! — тоном, не допускающим возражений, заявил индеец.
— Отчего нет? Я не прочь поболтать с молодой леди!
Индейцы доставили англичанина в лагерь Миннеаги, которая сейчас же приступила к допросу Уилмора.
— Этот человек полоумный, — вполголоса заметил присутствовавший при допросе вождь.
— Но не сумасшедший! — резко отозвалась индианка. — И, мне кажется, он хитрит с нами: он подослан к нам нашими смертельными врагами, чтобы выпытать все и помочь им напасть на лагерь.
— Едва ли! Он сердит на них!
— Бледнолицые хитры, и их язык — язык змеи!
— Что же ты думаешь предпринять с ним?
— Еще не знаю. Пусть соберутся старейшие воины, мы сообща обсудим участь этого индюка.
Прислушиваясь к разговорам Миннеаги с Красным Облаком, англичанин беззаботно улыбался.
Потом он обратился к охотнице за скальпами со словами:
— Правда ли, что леди не связана ни с кем узами законного брака?
Миннеага широко раскрыла глаза, улыбнулась слегка, потом надменно ответила:
— Миннеага ни с кем не связана! Что дальше?
— Я
— Хорошо! Что из этого?
— Миннеага произвела на меня большое впечатление!
— Очень лестно! — отрывисто засмеялась женщина-сахем.
— Если я не противен леди, то почему бы нам не вступить в законный брак? — продолжал, потирая руки, лорд. — Это произведет сенсацию в Лондоне!
— Ей-Богу, он совсем спятил! — пробормотал отец охотницы за скальпами. — Он сделал тебе предложение.
— Я очень богат! — продолжал лорд. — Правда, мои странствования по Америке стоили мне больших денег, но это ничего не значит: я велю моим управляющим набавить арендную плату на мои земли и дома, и брешь, образовавшаяся в моем имуществе, будет покрыта в полгода! Я добьюсь того, чтобы моя супруга была представлена нашей милостивой королеве Виктории. Мы вместе будем охотиться на бизонов. Я обучу Миннеагу искусству драться на кулаках…
— Выведите этого кретина из типи! — распорядилась Миннеага.
Через четверть часа собравшийся в типи женщины-сахема военный совет принялся обсуждать участь злополучного пленника.
Надо отдать должное Красному Облаку: он был единственным, кто выступал в пользу лорда Уилмора. В качестве доводов в его защиту проницательный краснокожий дипломат говорил следующее:
— Этот бледнолицый — англичанин. Канада, куда уходят последние сиу, английская колония, значит, сиу нет никакого расчета поступать жестоко с Уилмором.
Кроме того, он сумасшедший, явно не отвечающий за свои действия и не могущий повредить сиу.
Значит, к нему нужно относиться дружелюбно, его следует доставить в Канаду и сдать с рук на руки его соотечественникам, за что можно получить награду.
— Бледнолицая собака оскорбил меня! — заявила Миннеага, когда очередь говорить дошла до нее. — Он осмелился предлагать мне, смертельному врагу всей белой расы, сделаться его женой, его рабой! За это он подлежит смерти!
Голоса разделились. Но общее настроение было малоблагоприятно для Уилмора. Импровизированный суд закончился вынесением сурового приговора:
— Уилмор не будет подвергнут пыткам, потому что вина его, как шпиона бледнолицых, осталась не доказанной.
Взять его с собой краснокожие отказываются, потому что он может помешать им при передвижениях.
Отпустить его на свободу они тоже отказываются, потому что тогда он сможет вернуться к Джону Максиму и его спутникам, смертельным врагам краснокожих.
Поэтому англичанин осуждается на оставление в лесу на произвол судьбы.
Сильные руки схватили Уилмора, раздели донага, подтащили к ближайшему дереву и привязали крепкими лассо.