Смертельные враги
Шрифт:
— Хорошо, если так, — вздохнув, ответил агент.
Сделав еще несколько шагов, беглецы очутились в центральной пещере, освещенной падавшим откуда-то сверху слабым светом зари. Невольный крик изумления и, пожалуй, даже испуга вырвался одновременно из уст всех четырех. Они остановились как вкопанные и робко озирались вокруг.
И, в самом деле, все окружающее могло вселить какие угодно, только отнюдь не веселые мысли: везде и всюду, насколько хватало глаз, на полу и у стен пещеры виднелись бесчисленные неподвижные почерневшие человеческие фигуры. Везде из земли торчали плоские каменные
— Что… Что это такое? Куда мы попали? — невольно схватился за руку Джона Максима молодой офицер, первый раз в жизни увидевший нечто подобное.
— Гм! По правде сказать, мистер Девандейл, — отозвался смущенно агент, — настоящее имя этому… гм… помещению, что ли… Ну, попросту, индейское, извините, кладбище. Или, если хотите, это склеп для сохранения индейских мумий, с вашего позволения… Но, с другой стороны, здесь, право же, не так плохо, как это может показаться с первого взгляда. Конечно, мало приятного глядеть на, извините, мертвяков… Но когда немножко приглядишься, право же, эти индейцы куда безобиднее, чем шляющиеся сейчас по берегам потока наши приятели сиу.
— Н-ну, смотря на чей вкус, Джон!
— Да, конечно. Но эти только глазеют на нас своими стекляшками-глазами, а те ведь так и лезут, чтобы снять с нас скальпы. Вы, мистер Девандейл, попросту не обращайте внимания на мумии, а они, право же, нам ничуть не помешают.
— Положим, — смеясь согласился Девандейл, который уже овладел собой и не без любопытства осматривал оригинальнейшее, надо полагать, во всем мире чуть ли не единственное подобное трупохранилище.
Тем временем молодая индианка со своей спокойной грацией легкой тенью скользила среди могильных столбов и самих мумий, ничуть не смущаясь, прикасалась к их иссохшим телам, мимоходом опиралась на плечо прикорнувшего, словно дремлющего у стены воина или переступала через съежившееся, сморщившееся тельце ребенка, закутанного в пестрое одеяло.
— Брр! — пробормотал траппер Гарри. — Во всяком случае, странен вкус у того, кто этот склеп избрал в качестве своего жилища.
— Человек не скотина, ко всему привыкает, — сделал глубоко философское замечание другой траппер, Джордж. — Я знал одного гробокопателя, который повесился от скуки, когда его выгнали с кладбища за пьянство и слишком бесцеремонное отношение к покойникам, которых он иногда под пьяную руку продавал студентам какого-то колледжа!..
— Будет вам болтать, ребята! — перебил их разговоры Джон, успевший отыскать более или менее свободный уголок у стены, поодаль от коллекции индейских мумий, и расположился там, разостлав на полу свое шерстяное одеяло. — День уже настал, мне закусить хочется, и я не вижу причин, чтобы отказываться от привычки завтракать. Вся эта компания ничуть не портит моего аппетита. Я не прочь предложить какому-нибудь из этих высушенных вождей славного племени атапасков разделить со мной трапезу. Эй, голубчик! Орлиное Перо или Соколиный Хвост, или как там тебя зовут? Не хочешь ли выпить со мной чарочку виски?
Мумия, к которой обратился со своей довольно-таки циничной шуткой агент, вдруг закачалась, потом…
Девандейл не верил своим глазам.
Потом эта мумия
— Давай, Джон! Выпью за твое здоровье!
— Черт! Вельзевул! — заорал, вскакивая в испуге, индейский агент, который не ожидал такого странного эффекта от своей шутки. — Что за наваждение?!
И он инстинктивно схватился за оружие.
— Почти покой мертвых и не стреляй в грудь своему лучшему другу! — продолжала тем временем объясняться мумия.
В звуках голоса, произносившего эти слова, было что-то знакомое, что-то напоминавшее Джону Максиму о его прошлом. Знакомым казался замогильный голос и для Джорджа Девандейла, и для обоих трапперов. Но последние были до того перепуганы, что не могли ничего соображать.
— Что за черт?! — рассердился наконец Джон. — Ей-Богу, я слышал раньше твой голос! Где это было? И когда?
— Когда мы, друг, дрались против коалиции сиу, арапахов и шайенов! Тогда меня звали…
— Тебя звали Сэнди Гуком, каналья! — не выдержал Джон и кинулся к мумии. Мумия пошатнулась, упала, и на ее месте показалась фигура знаменитого «контролера поездов Дальнего Запада», попросту, бандита Сэнди Гука, участвовавшего в кровавых перипетиях подавления последнего большого восстания индейцев, когда в Скалистых горах был поголовно истреблен отряд генерала Кастера, заманенный в ловушку знаменитым Сидящим Бизоном.
— Сэнди! — воскликнул агент.
— Собственной персоной, мистер Джон!
— Каким ветром тебя сюда занесло?
— Вероятно, тем же самым, что и вас, мой любезный друг! Мы с лордом Уилмором — помните ли вы сего потомка владык Англии? — мы удрали сюда от сиу!
— Лорд Уилмор тут?
— Разумеется!
— Где же он? Почему не показывается?
— А я, за пять минут до вашего появления, расквасил ему физиономию, и он теперь занят тем, что пытается охладить свой хобот.
— Вы подрались?
— Да нет же! Неужто вы забыли благородные привычки лорда Уилмора? А еще когда-то сами путешествовали с ним в качестве проводника! Стыдитесь, Джон!
— Нечего мне стыдиться, — проворчал Джон, спокойно усаживаясь на свое место. — Помню, что этот англичанин был совсем полоумным.
— Ну, совсем полоумным я бы его не назвал, Джон, — отозвался спокойно бандит, усаживаясь рядом с агентом. — Просто-напросто, он вбил в свою крепкую голову, что должен истребить ни много ни мало, как тысячу бизонов, и с тех пор страдает болезнью, которую я называю бизонтитом.
Ну, а кроме того, он поклялся, что когда-нибудь победит меня в честном бою на кулаках, и с тех пор не разлучается со мной. Он меня даже в свой родовой замок в Англию выписывал для ежедневных упражнений в боксе, но я ему там задал такую трепку, что он месяца полтора в постели лежал, и…
— И что же?
— И был очень доволен!
— Стойте, стойте, Сэнди Гук! — прервал болтовню бандита лейтенант Девандейл. — Насколько я помню, в те дни, когда мы с вами бродили по прерии, вы все толковали, что вам надоела бродячая жизнь, и рассчитывали, получив амнистию за услуги, оказанные правительству Штатов, вернуться к себе на родину, где вас кто-то ждал?