Смертельный эксперимент
Шрифт:
– Да вроде нет.
– Скоро позвонит.
– Ну а теперь что ей нужно? – простонал я.
– Она узнала про Кэтлин. Ей ее хахаль, Эми, донес.
Я знал, что рано или поздно это произойдет. Несколько месяцев назад моя бывшая жена, Джанет, была помолвлена с бывшим истязателем жен Кеном Чапменом. Стараясь сделать так, чтобы Джанет не вышла замуж за этого придурка, я встретился с бывшей женой Кена, Кэтлин, и влюбился в нее.
– Пап…
– Я слушаю, Котенок.
Мне было интересно, что именно Джанет знает
Или она каким-то образом узнала, что женщина, которая к ней приходила и представилась бывшей женой Кена, была проституткой, которой я заплатил, чтобы она выдала себя за Кэтлин. Проституткой, которая наврала ей о том, как Кен Чапмен избивает свою жену.
Но что бы Джанет ни знала и как бы она ни злилась, оно того стоило. Я расстроил ее свадьбу. Я ведь с самого начала знал, до чего Джанет может довести мужика, а с его шлейфом различных буйств Кен Чапмен просто прибил бы ее.
– Ты слышал, что я сказала? – Кимберли, видимо, почувствовала, что я отвлекся.
– Ты сказала, что мама знает про Кэтлин и будет мне звонить.
– Это было раньше, а сейчас я спросила, живете ли вы с Кэтлин вместе?
– Это непростой вопрос.
– Пап, ну почему, когда мы говорим о Чарли, то тебе все ясно и понятно, а как только я начинаю разговор о Кэтлин, то все сразу же становится «непросто»?
Я задумался, а потом сказал:
– У меня нет другого ответа, кроме как сказать, что ты задала хороший вопрос.
– Ну конечно! Ведь я твоя дочь, в конце концов.
– В этом нет никакого сомнения, – согласился я. – Ладно, слушай…
И в течение нескольких следующих минут я рассказал ей о своих чувствах к Кэтлин и о том, как я останавливаюсь у нее каждый раз, когда бываю в Нью-Йорке. Я рассказал ей и об Эдди Доуз, и о том, как Кэтлин пытается удочерить ее. Когда я закончил, на другом конце линии установилась тишина.
– Ты меня слышала? – спросил я.
– А ты понимаешь, что первый раз в жизни говорил со мной как со взрослым человеком?
– А как же иначе? Ведь ты у меня уже девятиклассница.
– Так вот, постарайся не забывать об этом, когда начнешь беспокоиться обо мне с Чарли в следующий раз.
– Ага. Кстати, а что ты знаешь об этом пареньке?
Кимберли стала говорить что-то о том, что ему двадцать один год, но в это время мое внимание отвлек доктор Хеджпет, который, отодвинув штору, вошел в мою кабинку. Он нахмурился, увидев, что я говорю по мобильному в палате интенсивной терапии, однако вежливо ждал, пока я закончу разговор.
– Прости, Котенок. Что ты сейчас сказала?
– Я сказала: только не смей этого делать, папа. Не майся дурью и не вздумай устраивать проверку кредитной истории Чарли или его взаимоотношений с законом… Он хороший парень. Его отец – крупный адвокат.
– Адвокат? Лучше бы ты сказала мне, что встречаешься с Чарли
– Да это не он, а его отец – адвокат, – вздохнула моя дочь. – Послушай, просто обещай мне, что не будешь устраивать ему никаких проверок.
– Обещаю.
– Ну, вот и хорошо, – сказала девочка. – А теперь иди и проведи время с Эдди. Судя по твоему рассказу, она просто прелесть. И вот еще что, папочка…
– Слушаю тебя, детка.
– Я за тебя счастлива. И очень тебя люблю.
– Я тоже люблю тебя, Котенок.
Я отключил телефон и взглянул на доктора Хеджпета.
– Как я и предполагал, у вас сердце настоящего льва, – произнес он.
Я кивнул.
– После теста вы не чувствуете никакой боли?
– Нет.
– А дискомфорт в желудке?
– Пока нет, – покачал я головой.
– Пищевое отравление может проявиться и через сорок восемь часов.
– А в среднем?
– Через шесть-восемь.
– Тогда у меня все еще впереди.
– Да, конечно. Но на тредмиле [16] мы вас здорово нагрузили, и вы это спокойно выдержали. Даже на ранней стадии отравления у вас должен был появиться какой-то дискомфорт. Поэтому это может быть и не пищевое отравление.
Малыш протянул мне листок бумаги с записанным на нем именем и номером телефона.
– Это что, мозгоправ?
– Это на случай, если вы захотите встретиться с врачом здесь, а не в вашем родном городе.
16
Медицинский прибор, похожий на велосипед, на котором проводится нагрузочный тест.
Я спрятал бумажку в карман и пожал ему руку.
– Вы молоды, доктор, но вы отличный врач.
Он подмигнул мне:
– Все так говорят.
Глава 6
– А ты знаешь что-нибудь об этом пареньке, Чарли Беке? У него еще отец известный адвокат в Дарнелле…
Я разговаривал по телефону с Салом Бонаделло, мафиозным боссом Среднего Запада, на которого я иногда работал.
– Я знаю людей, которые могут его знать, – ответил Сал.
Я обещал Кимберли не устраивать Чарли Беку никаких проверок, но не обещал ей, что не буду задавать вопросов.
– Обычно Кимберли вполне адекватно оценивает людей, но что-то в этом парне мне не нравится. С одной стороны, ему достаточно лет, чтобы легально покупать алкоголь…
– Дарнелл – городишко маленький. А люди, сам знаешь, любят посплетничать. Я, пожалуй – как это называится? – повожу жалом по округе.
Я вспомнил о том, как Сал обычно «водит своим жалом».
– Я бы не хотел устраивать из этого шоу, – объяснил я. – И мне бы очень не хотелось, чтобы Кимберли узнала, что эту информацию собираю именно я.