Смерти нет
Шрифт:
Но тот лишь плечами пожал. Не любил он заморачиваться сложными вопросами. Ответил Немо:
— Надо думать, решили, что их поражения — результат наших особых способностей.
— И похитили одного из нас. Точно! — Даня с одобрением глянул на Немо: тот мыслил так же, как генерал. — С целью перетянуть такого сильного мага на свою сторону. Логично?
— Да, — сказал Гром.
— Поздравляем, Федор. — Даня улыбнулся. — Ты у нас в волшебниках теперь.
— А ну их, — Федя только отмахнулся. — Куда вот
Это волновало его куда больше.
Но Даня-то обязан был делать выводы. Он и сделал:
— Значит, эта образина как раз по этой части и есть. Интеллектуал.
— Слушайте, — вмешался Гвоздь. — А чего бы нам его башку не подключить к компу? Я смогу. Отчекрыжим балду, да и приконтачим. Не выйдет, так не выйдет. Ничего не потеряем.
Предложение показалось дельным. Гоблины твари такие, что их органы после смерти всей системы могут отдельно существовать, как бы в анабиозе, — не бесконечно, правда, но достаточно долго.
Конечно, ребята столь умных слов не знали, но рассуждали именно так. Молодец, Гвоздь! В самом деле, не потеряем ничего, а приобрести можем. А ну-ка...
— Где Тэйки? Давайте ее сюда, — распорядился Даня. Тэйки явилась.
— Как твой меч?
— Да вот. — Тэйки тронула рукоять. — На месте.
— Отлично. Есть работа ему... — Даня кратко обрисовал задачу.
— Есть, — так же кратко поняла Тэйки. — Сделаю.
Лезвие было отточено едва ли не до бритвенной тонкости; Тэйки его и пробовать не надо было — и так известно.
— Посветите, — сказала она.
Свет нескольких фонарей пролился на безобразную личность. Тэйки небрежно крутанула меч в руке.
— Отойдите немного!
Парни поспешно отодвинулись. Удар!
Раздался мягкий хруст — словно клинок рассек что-то вроде пенопласта. Лезвие крепко секануло пол.
— Вот черт, — удивилась Тэйки. — Так легко! Не ожидала.
В отрубленной башке прошло слабое движение.
— Забираем, — сказал Даня.
— Трупняк оттащить надо, — рассудил Бабай. Взялись за ноги, стали тащить, но покойник и на сей раз удивил: оказался он таким тяжелым, что едва с места сдвинули.
— Вот же зараза, мать твою, — Бабай крайне удивился. — Что ж в нем за потроха такие?!
Удивление было законным: башку отсекли как картонную, а все прочее из чугуна, что ли?.. Кликнули всех ребят.
Те явились довольные, обвешанные оружием. Кто-то чавкал добытым провиантом.
— Ну-ка, братва, — взялся руководить Бабай, — берем эту колоду. Дружно!
Обступили со всех сторон, приготовились.
— Взяли, — скомандовал Бабай. Совершенно случайно Даня взглянул на чьи-то руки, взявшиеся за правую ногу урода...
То, что случилось потом, ребята запомнили на всю жизнь.
От
— Э! — возопил Костя. — Глянь-ка! Гондурас!!
Да что глядеть, все видели. Синее пламя пожирало труп нечисти. Оно вроде бы и не обжигало — никто не почувствовал тепла, хотя все инстинктивно отпрянули.
И в обалделом молчании смотрели на этот странный пожар!
Гоблинское мясо корежилось, тихо потрескивая, как береста в костре. Брюхо вдруг вспучилось, надулось... и лопнуло, озарившись тихим огнем. Потом еще секунд пять — и все. Пламя исчезло.
Съежившийся, обугленный труп стал поразительно похож на человеческий, только без рук — щупальца просто обратились в пепел.
Гондурас, казалось, был потрясен больше всех: он от себя такого отродясь не ожидал.
— Да-а... — потрясение изрек кто-то.
Даня постарался не удивляться — положение обязывает.
— Ну что, — как можно будничнее произнес он. — Вот вам еще пример... Ну, берите этот мыслительный аппарат, да поехали. Мы тут и так лишнего торчим.
ГЛАВА 17
СВОЕ ВРЕМЯ
На обратном пути, в мчащемся ГТС, когда вокруг возбужденно гомонили, переживая вслух перипетии бурных событий, Даня был молчалив и сосредоточен.
Ясно, что это сработала половина Гондурасовой книги. Лихо!.. Половина. А если она станет целой?!
Даня никак не был восторженным мечтателем. Мыслил здраво и не стал представлять, что в этом случае будет. Он принялся разумно предполагать.
Ведь не одна же книга обладает такой сакральной мощью! Сколько в мире предметов, хранящих силу духа!.. Вот монастырь, пожалуйста. А в центре города — церкви, соборы... Ведь мы же туда не суемся, не знаем ни фига, что там творится. А если бы...
Тут вездеход так тряхнуло, что Даня едва язык не прикусил. Тогда он временно перестал думать.
— Сейчас куда, Гвоздь? — спросил он водителя.
— Ко мне. — Гвоздь даже удивился. — А куда же еще? Этот гроб ведь спрятать надо.
— Надо, — согласился Даня. — Надо, надо... Доехали благополучно, Гвоздь загнал тягач в секретный бокс. Дизель рокотнул напоследок и смолк.
И как-то необычно — тишина. Почему-то все замолчали в этот миг.
А в следующий она взорвалась хохотом. Ребята ржали от души, держась за животы, а смешливый О-о так и вовсе сполз на дно кузова. Дети своей эры, что сделаешь. Эмоции у них были грубоваты.
— Хозяин! — крикнул Даня.