Смотрители

Наверное, слезы для того и даны, чтобы в моменты отчаяния или горя отпустить боль, после чего наступает очищение. Дождь не может идти вечно. Душа успокаивается, и ты уже смотришь на унылое небо, зная, что там выше сияет солнце. Что бы ты ни делал, уже все сделано, остается принять как должное и согласиться с тем, что уже ничего нельзя вернуть.

– Кто? – тихо спросила Ния.

Амита еще сильнее прижалась, рукой вытерла мокрые глаза, а после прошептала:

– Амрит

Ния прекрасно помнила эти имена. Воин и ученый. Помнила их, когда те пришли в школу юнов, как стали рыцарями и как одни из первых прошли испытание.

– Мы совершили пятнадцать атак по две минуты, уничтожили почти все пусковые и повредили броню рубки и уже готовы были проникнуть на корабль, но… – Амита остановилась, набрала побольше воздуха, выдохнула и продолжила, – второй эсминец запустил торпеды и уничтожил свой же корабль.

– Подбил своих же? – удивилась Ния.

– Да, Амрит и Тара как раз были на борту. Они не успели ничего сделать, взрыв был такой мощности, что почти весь эсминец расплавился.

Амита уже говорила спокойнее, не всхлипывая. Пока она искала челнок Нии, не могла позволить взять верх эмоциям. Но теперь, когда была с отцом, ее душа успокоилась, лишь горесть утраты сжимала грудь. Нии самой хотелось плакать. Глаза блестели. Но надо было закончить войну, а после можно заорать в небеса, проклиная всех, кто причастен к смерти.

– Они не хотели убивать их, – сказала вслух Ния, – они хотели скрыть то, что было на том эсминце.

– А что там было? – тихо спросила Амита.

– Не знаю. Пока это не важно. Как ты?

– Нормально. Я немного посижу, можно? – спросила она и снова прижалась к ней ища защиту.

– Конечно, нам некуда спешить.

– Там еще один остался и три фрегата, синим не устоять.

– Тогда я пойду разберусь, – Ния даже не подумала о том, что еще несколько минут назад не могла пошевелиться, настолько была слаба, последняя атака высосала из нее все силы. Но сейчас, готова была свернуть горы. Если надо, то и эсминцы сожжет, – иди на корабль. Если что, найди меня.

– Ага, – вытирая нос рукой, пробубнила Амита.

Ния осталась одна на челноке. Ее челнок также был оборудован портативными звездными вратами. Теперь она активировала их и стала всматриваться в черноту, ища крейсер красных. Шел бой. Корабль синих развернулся и уходил под углом к планете. Может так он хотел заманить противника ближе к станциям, что висели на орбите. Возможно там есть оружие, а может просто выигрывал время.

У одного корабля в боку была дыра, но тот летел ровно, повреждения не нанесли урона, крейсер красных вырвался вперед и время от времени запускал в сторону синих торпеды. Ния смотрела на то, как крейсер методично стрелял. Он будто кнутом гнал синих, а те, стараясь не попасть под удар, уходили все дальше

Ния прикрыла глаза. Машинально убрала камень соединения, и врата погасли. Она верила в себя, верила, что сможет, ей надо немного, надо только повредить крейсер красных и все. Ния видела борт корабля, видела отсек, куда в прошлый раз целилась. Вот они швы, еле заметные на огромном металлическом брюхе. Как, интересно, они их собирают, подумала Ния, а сама потянула руку вперед. Удар, оглушительный удар. Челнок врезался в корпус крейсера, пробуравил в нем дыру и нехотя вывалился с другой стороны.

Все… Сколько раз себе это говорила Ния, все кончено… Челнок швыряло, будто это пустая банка в волнах океана. Лучше бы она потеряла сознание, закрыла глаза и все, на этом все бы и закончилось. Ния чувствовала, как по корпусу брони бьют торпеды, как где-то там по челноку как по мишени в тире ведут стрельбу. Она села, положила ладонь на пульт управления.

– Квен, ты готова? – зачем-то спросила она ее.

– Да, – услышала Ния ее голос, он был спокойный, умиротворенный, как будто ничего и не происходит.

– У нас еще кофе осталось? – почему-то Ния ощутила аромат кофе.

– Заварить?

– Да, будь добра, – теперь и Ния была так же спокойна, как и ее друг Квен.

Ния поудобнее села в кресло навигатора. Челнок тряхнуло, опять совсем рядом взорвалась торпеда. Она потянула руку к планете и сразу как в старые времена на бреющем полете вышла на нижнюю орбиту.

– Кофе готов, – раздался голос в динамике.

Пришло успокоение.

– Как она? – поинтересовалась Тлолли у Амиты.

Почти весь состав корпуса эльфов находился в коридорах лазарета, где спокойно спала Ния. Она так и не выпила свой кофе. Не дошла до кухни, потеряла сознание. Так и осталась лежать на полу челнока, который неуправляемо вертелся вокруг планеты. Приборы корабля Квен почти сразу отследили траекторию скачка челнока и уже через десять минут Амита обнимала бесчувственное тело ангела. Ния израсходовала все силы, она вложила всю себя в последнюю атаку и теперь была беспомощной, как новорожденный ребенок.

Все эти дни Амита сидела рядом со своим отцом. Она вспоминала, как он начал летать, как сама впервые смогла оторвать от пола фантик от конфеты. А после было так много воспоминаний, она сидела рядом и все это рассказывала Нии, а та сладко спала.

– Все хорошо, – говорила Ева, хотя сама переживала не меньше других.

Гибель товарищей как-то отошла на второй план. Челнок был изрядно поврежден, его живая броня выдержала с десяток попаданий. Теперь Ева понимала, насколько броня важна, но броня не смогла выдержать столь колоссальных сил, что были скрыты в боеголовках торпед. Квен-младшая приступила к ремонту обшивки. На полное восстановление брони потребуется как минимум год.