Смута
Шрифт:
Какой дурак от такого откажется? Делов то — говори всем, что ты царевич и всё! Так я и вправду королевской крови. Неужто я захочу спину гнуть перед шляхтой, как мой Хома? Не захочу.
— Хорошо, — соглашаюсь я и беру письма, — Я согласен быть царевичем. Что мне нужно делать?
Место действия: город Биржи (Великое княжество Литовское, в составе Речи Посполитой).
Время действия: октябрь 1601 года.
Хома,
Своего хозяина я знаю с малых лет. Помню, как брал его из рук ливонской королевы. Прятал его в монастыре. А матушка Дмитрия сгинула в России. Либо умерла, либо в монахини постриглась.
Стал я у Дмитрия слугой, а он моим хозяином. Только он не любит, когда я его хозяином зову. Считает меня своим дядькой. Самым близким родичем. Ну, я не против. Пусть считает. Но, при людях ему низко кланяюсь…
Мне жизнь в монастыре нравилась. Люди вокруг культурные, обходительные. Никто не дерётся, не ворует — не то, что в армии.
Вот и хорошо, что мой хозяин Дмитрий ушёл из хоругви. Не его это. Когда после победы все бросались грабить обоз или насиловать баб, то он в этом участия не принимал. И ему было, как бы, стыдно за своих товарищей. А если не грабить, то на что содержать боевых коней? Их травкой не покормишь. Им, заразам, зерно подавай. Каждый день. И ухаживать нужно, и лечить. А ещё его бойцу-пахолику нужно платить. Я то с пикой скакать отказался. Наскакался уже. Сослался на старые раны. А главное — за что жизнью рисковать, если ни пограбить, ни подол бабе задрать? Зачем? Я и в обозе могу подождать, чтобы узнать, чем дело закончилось.
Только теперь я не в обозе. Мы сами по себе. Как поправился, попробовал хозяин в Виндаве на корабль абордажником устроиться, но не случилось. Качку морскую плохо переносит. Ноги земли хотят.
Позже римский священник с хозяином говорил и дал три письма. Сначала мы поехали к гетману великому Литовскому Христофору Перуну Радзивиллу в Биржи. Великий воин был уже сильно болен и долго не принимал нас. Когда он вник в дело, то сказал, что сам помочь ничем не может. Старший сын недавно женился, а младший ещё молод.
Тут старик подозвал меня поближе, присмотрелся и узнал. Это он командовал войском, которое пригнало в Литву неисчислимый русский полон.
— Ты в отряде у Филона Кмиты был? (низко киваю). Двадцать лет уж прошло. Славное было время. Расскажи, как тебя? Хома? Расскажи, Хома, про гусар? — старик от возбуждения попытался встать из кресла, но, зашатался, сел на подушку и продолжил, — Ведь твой нынешний хозяин был гусарским товарищем? Как? Ранен под Кокенгаузеном? Так и я там был командующим! (Дмитрию) В какой хоругви сражался? У Яна Кароля Ходкевича? Расскажи, как мы шведов разбили наголову!
И хозяин начал рассказывать про недавнюю битву… https://vkvideo.ru/video156950880_456239333
Место действия: город Виндава (герцогство Курляндия).
Время действия:
Иван Заруцкий, член Правления Меховой компании, дядька бастарда-попаданца Виктора Вайса.
На стене в Правлении повесили копию венецианской карты. Нарисовали на ней предполагаемый маршрут нашей эскадры. Наверное уже Америку с юга обогнули?
Виктор говорил, что наверху на севере между Америкой и Азией есть проход, но нам на север к проходу не нужно.
И откуда он всё это знает?
За полгода пока мой подопечный в отъезде в Виндаве много чего произошло: доктор Фабри закончил делать прививки против оспы всем членам и работникам Меховой компании; наши оружейные мануфактуры начали выпуск мушкетонов для абордажников и для конной пехоты; торговля мехом Нового Света уже сравнима по величине с московской. Бобровые шкуры тоже дорогие и хорошо продаются.
Меховая компания вложилась в покупку дорогих лошадей для конезавода. Хоть пехота в разы дешевле тяжёлой конницы, но без дальней разведки воевать неразумно. А с конной пехотой можно совершать быстрые марши в тылу ничего не подозревающего противника.
Виктор в прошлом году пригласил к нам из Англии за двойное жалование помощника корабельного мастера верфи Чатем. Этот Финеас Петт предлагал строить в Виндаве лёгкие артиллерийские галеоны с максимальным парусным вооружением. Будут быстрыми, маневренными и с большим количеством пушек. Виктор тогда этому классу кораблей название придумал — фрегат. Чертежи чертили-чертили. Начертили перед отплытием.
Заложили первый малый фрегат «Курляндия». Тридцать две хороших пушки. Жахнет так жахнет. Скорость с ветром, будь здоров. Может вертеться у опытного капитана, как уж на сковородке. Теперь все «серебряные» галеоны будут наши.
Недавно я на Дон письмо отправил дружку своему давнишнему — атаману Андрею Кореле. Он родом из этих мест, вот через его родственников и отправил. Рассказал, что стал я важным человеком, типа гетмана. Что вспоминаю наши годы золотые. Походы, добыча, бабы. Эх, весёлая была жизнь…
Вздыхаю, написав такое. У меня жизнь и сейчас не грустная. Походы, деньги, дамы — всё присутствует. Но об этом лучше промолчу.
Пишу, что в здешних местах появился парень. Бедный, да не простой. Панам не кланяется, а говорит, что он царского рода. Дмитрий, сын московского царя Ивана. В это трудно поначалу поверить, но когда приглядишься к нему. И правда. Царский сын. Умён, статен, грамоте и языкам обучен, спину не гнёт, в глаза смотрит прямо, взгляд не отводит. Служил товарищем в гусарии, да был ранен. Значится, что не трус. От нашего брата-казака, как шляхтичи, нос не воротит. Вот бы нам такого царя? Если он в ваших местах появится, то присмотрись к нему. Дело говорю!