Сначала свадьба
Шрифт:
Ванесса порывисто вдохнула носом. Ощущение, словно стрела, пронзило горло и устремилось вниз: через грудь и живот к горячему пульсирующему очагу между ног.
Она сознавала, что это и есть сексуальное желание в чистом и откровенном виде. Нечто подобное она испытала на берегу озера в Уоррен-Холле в тот самый день, когда просила виконта жениться. Тогда казалось невозможно признаться себе самой. Теперь же невозможно было не признаться.
Эллиот слегка отстранился, и Ванесса изумленно поняла, что пока он всего
– Хочется надеяться, – бархатистым голосом проговорил Эллиот, – что ты знаешь, как меня порадовать; ведь отныне и на всю жизнь ты моя супруга и любовница.
У Ванессы учащенно забилось сердце.
– Мудрые слова, – пробормотала она. – Хочется надеяться, что и ты знаешь, как порадовать меня; ведь отныне и на всю жизнь ты мой супруг и любовник.
Несколько мгновений Эллиот смотрел неподвижно, с непроницаемым выражением. А потом ладонь скользнула с шеи под сорочку и ниже, по руке. Сорочка покорно последовала за ладонью – плечо и грудь обнажились.
Свободная рука сдернула невесомые кружева со второго плеча, а поскольку символический наряд не встретил иных препятствий, то скользнул на пол, к ногам.
Теперь прикрытыми остались лишь ноги. Слабое утешение.
Он сжал ее руки чуть выше локтей и отстранился на шаг.
Чтобы начать внимательно разглядывать.
Что ж, наверное, сама напросилась. Бросила вызов, и он ответил без слов, действием.
Ответил по-мужски.
Не отводя глаз от смуглого лица, Ванесса подняла руку и дернула за кисть на шелковом витом поясе. Халат распахнулся.
И оказался единственным одеянием.
Эллиот посмотрел прямо в глаза и опустил руки вдоль тела, словно приглашая к дальнейшим действиям. Ванесса стянула халат с плеч. Красный бархат упал на пол тяжелой массой.
О небеса!
Эллиот выглядел классическим образцом мужественности, доведенной до идеала древними греками. Разница заключалась лишь в том, что перед ней возвышалось не мраморное изваяние, а живой человек. Смуглая, словно бронзовая, кожа. Широкая мускулистая грудь покрыта легким пухом темных волос. Тепло, ощутимое даже на расстоянии нескольких дюймов. Мерное, уверенное дыхание.
Без одежды он выглядел идеально стройным: узкие бедра, длинные сильные ноги.
А еще он вожделел. И эта часть его тела тоже говорила о необычайной энергии.
Ванесса осторожно дотронулась кончиками пальцев до его груди, а потом осмелела и провела ладонями по плечам.
Никогда в жизни она не испытывала подобного ужаса.
– Кажется, – тихо проговорил Эллиот, – мне предстоит кое-что доказать.
Ванесса испытывала безумное желание, но почему-то воспринималось оно как жгучая боль.
– Да, – так же тихо подтвердила она.
Эллиот легко подхватил жену на руки, отнес и бережно
Обнаженные тела коснулись друг друга. Ванессе казалось, что она пылает.
Он не задул свечи.
Значит, на защиту одеяла и темноты надеяться не приходилось – все должно было произойти в открытую.
Эллиот повернулся на бок, приподнялся на локте и склонился для поцелуя. На этот раз Ванесса приоткрыла рот, и когда язык проник внутрь, жадно втянула его, слегка прижав зубами.
Эллиот ответил низким гортанным звуком.
Он гладил ее крепкой ладонью, как будто старался запомнить каждую линию, каждый уголок тела. Нащупал соски и принялся дразнить их большим и указательным пальцами – так же как на берегу озера, только настойчивее; до тех пор, пока горячее томление не поднялось и не захлестнуло ее целиком.
Эллиот начал целовать ее соски, ласкать языком, нежно покусывать и щекотать. Не в силах вынести напряжения, Ванесса обеими руками крепко вцепилась в густые темные волосы.
Нет, она не лежала праздно, а тоже слегка повернулась на бок и несколько раз провела ногой по его ноге. Потом придвинулась как можно ближе, прижалась бедрами к его бедрам и начала тереться, пытаясь избавиться от неумолимо нарастающего желания.
А когда он поднял голову от груди и доверчиво уткнулся носом в изгиб плеча, положила руку на горячую эрекцию и принялась ласкать, гладить, легко сжимать пальцами. В ответ раздался глубокий стон, больше похожий на звериный рык.
Спустя мгновение супруг проник в заповедный источник. Длинные пальцы развели ноги, раздвинули складки и смело исследовали глубину ее лона.
Ванесса почувствовала, что истекает соком. Да, горячая влага обжигала, хотя и не приносила облегчения.
Вожделение превратилось в неукротимую агонию.
Словно почувствовав наступление единственно верного момента, Эллиот легко перевернул ее на спину и накрыл своим телом. Он оказался большим и тяжелым.
Восхитительно большим.
Восхитительно тяжелым.
Коленями он раздвинул ее бедра. Ванесса подняла ноги и переплела с его ногами, а он завел ладони под ягодицы, приподнял и одним мощным толчком ворвался в пылающую нетерпением глубину.
Ванесса набрала в легкие воздуха, но выдохнуть не смогла.
Ей не было больно, однако внезапно возникло ощущение излишней тяжести, агрессии, даже насилия. Она и не подозревала, что внутри ее тела столько пустого пространства.
Глупая мысль!
Эллиот на мгновение замер, чтобы освободить руки, а она еще крепче обвила ногами его бедра, слегка прогнулась, стараясь оказаться как можно ближе, изо всех сил сжала его внутри себя. Он оказался тверд, словно камень.
Настала его очередь судорожно, резко вдохнуть.