Снежный Барс
Шрифт:
— И вам того же. Ну что ж, пора, иначе мои энергетические поля будут разрушены в атмосфере планеты. На прощанье я хотел бы сделать вам небольшой подарок — возможность слышать друг друга.
— Но мы и так хорошо слышим. — Возразила Астор.
Маркус лишь недоуменно пожал плечами. Напутал что-то Странник.
Обоих словно бы окатило волной дружеской насмешки.
— Мне не нужно производить звуки, чтоб ваши несовершенные приборы слуха восприняли мои сообщения. Я открою вам возможность ментального
Стрела ослепительно-синего пламени яркой стремительной вспышкой пронзила небесный купол и исчезла где-то в бескрайних космических просторах.
Маркус с легким сожалением поднял лицо к небу, крепко сжал резное древко копья, которым освободил Странника. Оно было целое, будто бы серебряный наконечник копья несколько минут назад не рассыпался в пыль. Мы тебя не забудем, Странник, — подумал он, провожая глазами пушистые облачка. И словно бы легкий бриз в голове проскользнула чужая мысль голосом Астор:
— Он нас тоже не забудет. Он обещал…
Только теперь они в полной мере осознали, ЧТО за подарок оставил им пришелец с далеких звезд. Он дал им возможность проникать в разум друг друга, проникать так глубоко как не смог бы даже самый сильный и опытный маг. В самые сокровенные уголки сознания, которые зачастую человек прячет даже от самого себя. Это был чудесный и в то же время весьма опасный дар. Полностью обнажить душу даже перед самым близким человеком, которому безоговорочно веришь это тяжкое испытание, которое способен выдержать далеко не каждый. А видеть насквозь друг друга и не иметь даже малейшей возможности утаить хоть какую-то мысль…
Не сговариваясь Маркус, и Астор решили впредь, больше никогда так глубоко не раскрываться друг перед другом, а использовать вновь обретенные способности исключительно лишь для телепатического общения. Тем более что мысленные передачи оказались очень приятными и образно куда более богатыми, чем обычная речь.
— Пойдем обратно, — предложил Маркус, — уже поздно, твой отец наверняка волнуется.
— Идем. — Согласилась девушка.
Маркус передал Астор копье, а сам вновь обернулся в барса. Сейчас ему почему-то было гораздо легче в этой форме. Быть зверем гораздо проще нежели человеком. Зверь чувствует и думает иначе, и не о чем, как правило, не сожалеет.
Уже приближаясь к плато, на котором уютно приютилось стойбище, они заметили царящее там нервное возбуждение. Горцы, и немногочисленная охрана графа дружной толпой высыпали на окраину селения и тревожно вглядывались в запретный склон, а так же в тропу, ведущую к нему. Пойти по ней, конечно, никто не решился. Да смельчака — если бы такой нашелся — и не пустили бы. Логово Небесного Огня всегда избегали, а теперь, когда этот самый Огонь синей пламенеющей стрелой взмыл
Наконец-то Астор и Барса заметили. Незнакомые с легендами агррами гости ринулись спасать госпожу от дикого зверя. Никто даже и не заметил, что госпожа даже и не пытается защищаться от оного зверя, держа в руках копье. Горцы естественно не позволили переполошенной графской охране напасть на барса. Еще не хватало сердить защитника племени, когда тот возвращается из священного места.
Сам же Барс, не дожидаясь развязки, скрылся за камнями, оставив девушку на попечение встревоженных людей. Понятно ее тут же засыпали вопросами большинство, из которых Астор попросту не понимала, по причине банального не знания языка.
Наконец вождь Агэдо призвал всех к порядку, и сам взялся задавать вопросы:
— Ты ходила к Логову Небесного Огня?
Астор не сразу поняла, что он имеет в виду, но с запозданием утвердительно кивнула.
— Мы видели, как в небо умчалась огненная стрела. Ты знаешь, что случилось? Это был Небесный Огонь?
— Да, — ответила девушка, — он улетел.
— Куда?
— Домой. — Астор задумалась, как объяснить горцам то, что она и сама не вполне поняла: — Темница что удерживала его здесь, была разрушена, и Небесный Огонь улетел домой, туда, где темно.
Горцы поняли это по-своему. Для них представлялось естественным, что свет отправился туда, где его нет, чтоб светить во тьме. Все правильно.
Однако вождь таким объяснением не удовлетворился.
— Ты сказала темница, — спрашивал он, — что за темница? Кто выпустил Небесный Огонь?
— Большой валун, там, в котловане. — Принялась по порядку рассказывать девушка: — Ото'о Ша расколол его как ореховую скорлупу.
Астор не поняла, почему огорченно загалдели люди, отчего задумчиво умолк мудрый вождь.
— Значит Ото'о Ша больше не будет возвращаться к нам? — Спросил кто-то растерянно. На него тут же шикнули грозно.
— Обязательно будет, — убежденно заверила Астор, смотря куда-то поверх толпы, — ведь это его дом!
Многие стали оборачиваться, чтоб проследить взгляд девушки. Но там просто стоял Маркус и невозмутимо наблюдал за этим шумным сборищем. Астор пошла ему на встречу и толпа с молчаливым почтением расступилась.
Маркус коротко усмехнулся, принимая из ее рук волшебное копье.
Граф и его немногочисленная охрана потерянно наблюдали за этой странной суетой. Для них так и осталось тайной, с чего собственно начался весь переполох. Де Энхард же, единственный кто мог хоть что-то толком объяснить, лишь загадочно улыбался в ответ на все вопросы.
Я уже, признаться, начал привыкать к тому, что это путешествие чрезвычайно богато разнообразием событий. Впрочем, скажите мне, когда было иначе, и я засмеюсь вам в лицо. У меня амплуа такое ввязываться в самые странные, самые сложные дела. А уж если все это началось с моего дня рождения… Однако происшествие со Странником меня, честное слово ошеломило. Иными словами стукнуло по голове.