Снежный Барс
Шрифт:
Телохранитель повел его куда-то в сад, стараясь свернуть на неосвещенные аллеи. Это настолько походило на демонстративно и бездарно устроенную ловушку, что герцог заподозрил: его ловят на любопытство. Неужели Ортон и есть так и не раскрытый предатель, граф решил сыграть с козырей?
Маркус заметил скользнувшую за деревьями беззвучную знакомую тень и почувствовал себя гораздо уверенней. Халай, как и было оговорено заранее, не выпускал его из виду.
Сад пришлось пройти почти насквозь, вскоре уже не слышны были звуки музыки и смех гостей, доносящиеся от дома. Ортон привел его в тихую, немного заброшенную беседку, обросшую диким
— Ну и где же твои доказательства, если они, конечно, вообще существовали в природе?
— У меня не было выбора, — словно не услышав вопроса, глухо сказал парень, в светящиеся глаза Барса он старался не смотреть. — Я надеялся, ты поймешь, что это ловушка и не пойдешь.
— А я уж подумал, отчего это граф начал действовать так топорно? — качнул головой Маркус. — Мне вот только интересно, зачем это тебе, ты ведь не один из них?
— У меня не было выбора, — повторил Ортон уперто, и вдруг кинулся на него с узким кинжалом в руках. Таким трудно убить, но зато легко отравить нанесенным на лезвие ядом.
Барс ожидал чего-то подобного, потому легко отступил в сторону, ставя парню подножку и легким ударом в спину добавляя ускорение. Ортон не удержав равновесия, упал с коротким вскриком. И больше не поднялся. Маркус нахмурившись, присел над неподвижным телохранителем, перевернул и раздраженно ругнулся. Убивать Ортона он не собирался, не раньше, чем удастся как следует расспросить. Такой нелепой случайности он не ожидал. Кинжал у парня был из тех, что прячут в рукаве, без гарды, и почти без упора, чтобы не цеплялся ни за что, когда надо быстро вынуть. Такие кинжалы и не предназначены для пробивающих ударов, лишь для того, чтобы царапать, позволяя яду проникнуть в кровь. При падении лезвие скользнуло в ладонь, пропоров кожу. Яд оказался мгновенным.
— Что ж, я и не ожидал, что он справится, — фраза была сказана светским тоном.
Маркус уже успел почувствовать приближение посторонних, потому лишь спокойно обернулся. Де Тальсар пришел под ручку с супругой, миниатюрная, очень изящная блондинка неопределенного возраста из тех, кому почти до самой старости чуть-чуть за тридцать. Взгляд у женщины был пуст и бессмыслен, как у человека, смотрящего не на окружающий мир, а лишь внутрь себя.
Ваш шпион погиб совершенно бессмысленно, — лишь для того, чтобы поддержать разговор, заметил Маркус. Он пытался понять, как действовать дальше, что предпримет граф, зачем привел с собой безумную супругу?
— Какая жалость, — равнодушно отозвался де Тальсар. — Впрочем, особой пользы от него никогда не было. Шпион бесполезный, убийца и того хуже. — И вдруг, без перехода, сменив тон на властный приказ: — Отдайте артефакт, герцог.
Маркус медленно поднялся, незаметно пряча вынутый из мертвой руки кинжал в рукав.
— Зачем вам эта бесполезная безделушка, граф? — спроси он, смещаясь чуть ближе к стоящей у входа паре. — Он не работает, вы не откроете им портал в другие миры.
— Ах, вы уже даже выяснили, для чего он предназначен? — граф фальшиво улыбнулся. — Не волнуйтесь, этот артефакт не предназначен для работы в нашем мире. Отдайте браслет, герцог, и уезжайте прямо сейчас. Так уж и быть, я позволю вам уехать. Энакеры обречены, мне нужен Шевроз и мне нужен портал, расположенный на его территории.
Маркус чувствовал, что Тальсар лжет, уйти ему не
— Зачем Холосу другие миры?
— О нет, не Холосу, мне, — Тальсар опять улыбнулся, в этот раз не фальшиво, но улыбка его теперь напоминала волчий оскал. — Вы знаете, герцог, что наши боги привязаны к этому миру, они не способны контролировать своих аватар в другом, зато подаренная сила остается с ними. Можете считать это платой за верную службу… — он не успел закончить, графиня вдруг заторможено моргнула и посмотрела супруга более осмысленным взглядом.
— Эстебан?
Самое время воспользоваться тем, что граф отвлекся. Маркус нащупал кинжал в рукаве… и с неприятным холодком понял, что неспособен пошевелить даже мизинцем! Тело внезапно перестало его слушаться.
— Больше никаких откровений герцог, — бросил Тальсар, шагнув к нему, легко снял браслет с руки, надевая на свою. А затем из потайных ножен вынул длинный стилет.
Как всегда в минуты опасности реакция ускорилась во много раз, какой же уважающий себя боец обходится хотя бы без минимального ускорения? Но сейчас это мало чем могло ему помочь, как и иммунитет против магии, который действует только в зверином обличии. Граф действовал быстро, но для Барса это выглядело так, словно он не торопясь, заносит стилет, целя в сердце. Несколько коротких мгновений растянулись почти в пол минуты, неслыханная щедрость. Маркус всеми силами пытался заставить непослушное тело двигаться, хоть бы на несколько сантиметров, вместо того, чтобы беспомощно наблюдать, как издевательски медленно движется к его сердцу стилет Тальсара.
И где, Бездна их побери, Борн или Халай, когда они так нужны?! Умирать вот прямо сейчас было просто до отвращения обидно.
Он все-таки смог, в последнее мгновение, когда исчерпало свой лимит ускорение и врем(я) стремительно побежало вскачь, когда с силой ударил в грудь острый клинок стилета, протыкая кожу. Он смог, дернулся совсем чуть-чуть, но этого хватило, чтобы угол, под которым в его тело входил клинок, изменился на самую малость, и лезвие прошло едва ли не на пол пальца мимо сердца.
А граф не понял, отступил на два шага и отпустил, полностью уверенный, что противник уже мертв. О боги, до чего же глупая ошибка! Маркус успел вынуть из рукава нож, ведь пальцы так и были судорожно сжаты на нем, но больше он ничего не успел, снесенный чудовищным ударом на стену беседки и проламывая тонкие прутья своим телом. Тальсар, совершивший почему-то вторую глупейшую ошибку подряд, схватил за руку безучастно стоящую рядом жену.
А кинжал был отлично сбалансирован и метнуть его можно даже так, падая спиной назад и почти вслепую. Прежде чем рухнуть на землю вместе с обломками беседки, Маркус все же успел увидеть, как оседает на землю граф, из шеи которого торчит с виду безобидный отравленный кинжал. Все оказалось до банального просто.
Не укладывалось в голове, почему Тальсар вместо того, чтобы вновь обездвижить и добить, ударил магией как перепуганный мальчишка?
Маркус с легким стоном, шарахнуло его все-таки знатно, поднялся и аккуратно вынул из раны стилет. Благодарение богам, лезвие было узким как шило, и рана получилось хоть и глубокой, но не смертельной. Он поморщился, наблюдая, как по рубашке расползлось красное пятно.
А к разрушенной беседке уже бежали Борн и Халай. А так же де Энакер, Астор и Яльмир.