Сны инкуба
Шрифт:
— Я это сделаю. Жан-Клод сделает, но не сегодня. На эту ночь банк крови закрывается.
Нечестивец бросил на меня взгляд, показывающий, что он мне не верит и не доверяет. Брат его уже стоял рядом с ним, будто поднялся на ноги левитацией. Может, так оно и было. Одной рукой он обнял Нечестивца за плечи.
— Она выполнит обещание.
Истина улыбался.
— С чего ты взял? Потому что она помогла тебе отбить ardeur?
— Отчасти.
Нечестивец покачал головой:
— Наверное, ты ещё искуснее, чем я ощутил, раз Истина настолько тебе доверяет.
— Я
— Не на него. Не на Истину.
— Все это хорошо, но я должна допросить подозреваемого в убийстве. И прямо сейчас.
— Мы идём с тобой, — сказал Истина.
— Прошу прощения, это дело полиции. Спасибо за помощь в задержании преступника.
— Твоя сила воззвала к нам, когда ты коснулась Эвери.
— И когда я сказала «держите его», вы должны были повиноваться?
Оба они кивнули.
— Мне очень жаль.
— А мне нет, — ответил Истина.
Нечестивец одарил меня ещё одним недоверчивым взглядом.
— Я тебе дам знать. Пока что мне тоже не жаль.
— Слушай, я тебе даю слово, что как только это будет в человеческих силах, я передам тебя Жан-Клоду.
— Передашь?
Я нахмурилась:
— Я даю слово, что, как только это будет в человеческих силах, я сделаю так, что ты будешь привязан кровью к нашему Мастеру Города. Так годится?
— Пообещай мне, что ты привяжешь меня так же, как привязала моего брата.
— Я только что обещала.
— Нет, не так. Насколько мне известно, ты могла бы передать меня кому-нибудь другому в вашем хозяйстве. У нас с братом — куда один, туда другой. Чтобы быть вместе, мы должны идти одним путём.
Хотелось бы мне спросить Жан-Клода, что за проблема в моем обещании, но сейчас он был занят, изо всех сил развлекая публику в «Запретном плоде». Я подумала о том, чего просит Нечестивец, и не увидела подвоха, поэтому я сказала:
— Окей, обещаю, что привяжу тебя так же, как твоего брата. Теперь ты доволен?
Он едва заметно кивнул и ещё менее заметно улыбнулся.
— Тогда оставь карточку или телефон в одном из клубов Жан-Клода, и мы договоримся о встрече.
— Мы там будем, — сказал Нечестивец.
— О да, — поддержал его Истина. — Мы там будем.
Я повернулась к двери в соседнюю комнату. Смит направился за мной. Я протянула руку, не оборачиваясь:
— Пистолет.
Он подал мне мой пистолет. Я сунула его в кобуру, направляясь к двери, за которой ждали меня преступник и полицейские. Было у меня неясное чувство, что я чего-то не поняла насчёт Истины и Нечестивца. «Нечестивая Истина», — назвал их Жан-Клод. За что? Только за то, что они перебили свою линию крови? Или я что-то упустила из виду, о чем потом буду жалеть? Я снова прогнала в голове последний разговор, и все, что я обещала — это дать Нечестивцу своей крови и привязать его к Жан-Клоду и к себе. Больше ничего, так откуда же у меня ощущение, что братья будут ожидать большего, чем я предложила? «Жан-Клод, что я сейчас сделала?» — подумала я.
К моему удивлению, он ответил —
— Теперь у нас есть воины, ma petite, как ты и хотела.
— Не может быть, чтобы ты уже напитал ardeur.
— Действительно, ma petite, но я помню Нечестивца прежних дней, и потому решил, что глупо было бы не проверить лишний раз, как ты там.
— Ты сдерживаешь ardeur, когда говоришь со мной мысленно, и при этом в зале, полном распалённых женщин?
— Oui.
— Приятно знать, что наш тройной сеанс тебе что-то дал.
— Ты говоришь так, будто сама ничего не получила, ma petite. Это же ты привела Нечестивую Истину к нам, к себе, до того, как они пришли ко мне. Ты только вчера говорила, что нам нужны люди, умеющие драться, а не только соблазнять, и не проходит и двух суток, как ты приводишь двух легендарнейших воинов. Это, ma petite, не просто впечатляет — это пугает.
Насчёт «пугает» я пропустила мимо ушей и задумалась над первой частью. Я не помню, чтобы думала о бойцах или воинах. Помню, я подумала, что нам нужно больше мускулов.
— Так теперь они у нас есть, как ты и хотела.
Я не могла с этим спорить, но придётся быть аккуратнее с желаниями. Последнее время, кажется, я получаю именно то, чего желаю. И вдруг фраза «аккуратнее с желаниями» приобрела совершенно новый смысл. Мне, черт побери, придётся быть куда как аккуратнее со своими желаниями.
Глава шестьдесят девятая
Конечно, чего я желала, входя в комнату, так это чтобы мы поймали наших серийных убийц раньше, чем они убьют опять. В этом желании я была больше чем уверена, и с таким, кажется, можно жить.
Вампира усадили на стул, и наручники пропустили через перекладину спинки. Конечно, это тоже только задержка, но две задержки подряд могут спасти нам жизнь, если дело повернётся плохо.
Я всмотрелась в лицо вампира. Волосы у него были темнее, чем у Эвери — шатен, которого многие назвали бы брюнетом, правда, не в моем присутствии. Глаза карие, тёмные. Выглядит неплохо — по типу «ну уж сотни таких лиц я точно видел», — но не поэтому я на него уставилась. Я его знала. Сперва просто какое-то воспоминание вертелось на заднем плане сознания, потом лицо стало знакомым, и вдруг все вспомнилось.
— Вы — Иона Купер. Помню, меня расспрашивали репортёры о моих чувствах по поводу того, что мой коллега-охотник убит вампирами. Это было — когда же? Два года назад, или три?
Выражение его лица и взгляд, до того безразличные, стали враждебными.
— Четыре.
— Вампиры тогда были на легальном положении, Купер. Почему вы не вышли из чулана и не сообщили людям, что не погибли в том пожаре?
Он опустил глаза, поднял снова, и они стали темнее, засверкали гневом и вампирской силой. Я наклонилась к нему поближе, улыбаясь. Зная притом, что эта улыбка не доходит до глаз, они остались холодны и мертвы. Ствол моего пистолета был прижат к его груди — не слишком сильно, но напротив сердца.