Собачье дело
Шрифт:
— Это еще что? — сухо осведомился Рональд. Грелль поглядел на ладони, распоротые шипами от церберовского ошейника.
— Тьфу. В запале не заметил.
— А ну в лазарет, живо! — прикрикнул Рон. — Последний ум потерял?! Я найду смотрителя. Алан, гони рысью к Спирсу, скажи, что в Департаменте завелся буйный идиот, и это не мой наставник.
— К Сп-п-п-пирсу? — заикаясь, переспросил стажер.
— Да не убьет он тебя. Он уже с утра мне вставил за дисциплину, за отчет и за девушек, сейчас, наверное, сидит в кабинете, довольный, как удав.
— Он прав, —
Алан кивнул, собрался с духом и устремился навстречу опасности.
Смотрителя департаментского зверинца звали Нед Старк. Высокий, сухопарый, чуть сутулый, этот уже «неиграющий» жнец следил за Цербером и сворой адских гончих, которые, по идее, должны были охранять Департамент от вторжения извне. На деле к этим тварям не рисковали подходить даже самые старшие и опытные жнецы; для взаимодействия с подопечными у Старка имелся целый набор палок с крючьями, ампул со снотворным и прочих приспособлений, позволяющий держаться от собак на безопасном расстоянии.
Уильям, в сопровождении Старка, подошел к клетке Цербера. Животное уже напичкали снотворным и успокоительным, поэтому при виде Спирса пес ограничился тем, что влепился со всей дури в решетку, зарычал, вцепился зубами в прутья и затряс дверцу. Шинигами чуть приподнял бровь.
— Так вы говорите, что снотворное и успокоительное уже подействовало?
— Так а то, сэр! Тут часа полтора все ходуном ходило, так он скакал и выл!
— Хммм, — Спирс поправил очки и тронул кончиком секатора обрубленный конец цепи. — Кто мог это сделать? — Цебби тут же попытался ухватить секатор зубами, и Уильям быстро отдернул косу.
— Понятия не имею, сэр. Я так близко к нему не подхожу. Оно как-то жить хочется.
— А кормите вы его как?
— На крюке мясо в клетку просовываю.
— У кого, кроме вас, есть доступ к вашим инструментам?
Старк потер многодневную щетину.
— Так… ни у кого вроде бы?
— Ни у кого или вроде бы?
— А кому эти палки-то нужны, сэр? Ну, ампулы там я еще понимаю, я их в шкаф железный запираю. А арбалеты для них, в общем-то, на видном месте лежат.
— То есть любой, при должной настойчивости, сможет открыть вашу подсобку и взять оттуда…
— Так ведь крюком-то вы цепь все равно не перерубите, — резонно заметил Старк.
— Их могло быть двое. Один держал пса, другой рубил.
— Да кому это надо, прости Господи? Это ж совсем мозгов не иметь — такие фокусы откалывать. И потом, Цебби, он на еду сразу же бросается. Кровищи бы тут было…
— И то верно, — задумчиво сказал Спирс. Если бы не сумасшедший Грелль — кому еще могло придти в голову сделать из Цебби ездовую собаку?! — то стажера Хамфриза уже собирали бы в коробку. Когда Алан в полной мере осознал этот факт, Уильяму пришлось пожертвовать остатками валерьянки. Но кто станет убивать стажера таким образом? Кто вообще
«Ерунда», — подумал Спирс и вслух заметил:
— Я хочу на всякий случай взглянуть на вольеры с адскими гончими.
— Да пожалуйста, сэр. Только днем они спят.
Старк вытащил ключи и направился к вольерам. Уильям шел следом, размышляя о происходящем, и потому чуть не налетел на застывшего смотрителя.
— Что с вами такое?
Старк отступил в сторону и молча ткнул пальцем. Все двадцать вольеров были пусты.
Начальники отделов сидели в конференц-зале вокруг овального стола и напряженно молчали. Такого ЧП Департамент не знал уже лет триста. Днем, пока гончие отсыпаются, опасность относительно невелика, но с наступлением сумерек…
— Я всегда говорила, что мы напрасно держим здесь этих мерзких созданий, — сухо начала Флер Легран, миниатюрная, хрупкая, белокурая француженка.
— До сегодняшнего дня это себя оправдывало, — возразил Амаро Фонтихо, глава испанского отдела. — Экономия средств…
— Доэкономились, — угрожающе отвечала мадемуазель. — Вот скушал бы Цебби спирсовского стажера, да и дело с концом. Слава Богу, что Грелль свихнулся еще в прошлой жизни. Я бы к этой тварюге не подошла.
Уильям постучал по столу.
— Проблема не в этом. Мы не знаем, куда пробрались гончие. Они могут находится в самом здании. Во дворе. Вне двора. И они голодны. Нед Старк кормит их с утра, и, значит, свой паек они не получили.
Шинигами помолчали. Шеф европейского бюро провел рукой по лицу.
— Во-первых, — заговорил он, — необходимо отловить всех гончих. Их двадцать. Это первоочередная задача. Во-вторых, выяснить, кто спустил собак, пока он не разнообразил нашу жизнь еще каким-нибудь розыгрышем. И в третьих, для подстраховки, Спирс, выясните, у кого зуб на вашего стажера.
— Ни у кого, — ответил Уильям. — Он тут ровно двадцать два дня, и при его характере нереально поссориться с кем-нибудь до смерти за столь малый срок.
Флер хмыкнула.
— Ну не скажи. Такие трогательные ромашки ого-ого как раздражать могут.
— Но не настолько же, чтобы Цербера на него натравливать.
— Если он отбил у кого-то девушку…
— Хамфриз не станет отбивать девушек, — сухо отрезал Уильям. — Это прерогатива Нокса. На мой взгляд, имеет место случайное совпадение.
— Не говоря уже о том, — мурлыкнул Даниэль Николетти, поправляя шелковую перчатку, — что юный Хамфриз — гей.
— Я бы попросил, — сурово сказал Спирс. — Личная жизнь моих подчиненных вас не касается.
— Всего лишь констатация факта, Уилл…
— Месье, о чем мы вообще?! — вклинилась мадемуазель Легран, стукнув кулачком по столу. — Какая разница?! Нам надо сотрудников спасать, а не спорить, кто с кем спит, в какой позе и каким образом!
Спирс поперхнулся. Флер, при всей ее хрупкости, утонченности и женственности, иногда выражалась так, что суровые мужчины терялись от смущения. Уильям встал.