Соберик
Шрифт:
Серый вращал фонарем, и при каждом движении возникала новая картинка.
– Так… Он многослойный.
– Че? Соберем?
– Давай.
Вскоре осколки удалось совместить. Если свет поместить внутрь шара и направить на стену, то получаются довольно четкие рисунки лучами и тенями на темной поверхности.
– Может клей у кого есть?
– Ага, а может скотч? – съязвил Серый.
– Правда что ль?
– Не тупи, Старпом, мы же не на Земле.
– Не говори тут мне, что делать! – злым басом рявкнул бывший помощник капитана.
Эхо разнесло выкрик по залам.
– Да
– А ты мне…
– Да тупи сколько хочешь.
– Стоп, господа мои хорошие. Я тут понял…
– Что?
– Я клеем плююсь…
Все обернулись на Доктора.
– Это ты как обнаружил?
– Пару дней назад восьмикрыл в рот залетел, ну я его и выплюнул, а потом отковырять не смог.
– Давай тогда, поплюй в шарик.
– А долго сохнет?
– Пару минут.
Через пол часа кое-как склеенные части загадочной сферы стояли в центре зала. Фонарик окончательно сдох, поэтому внутрь налили светящейся воды. Для этого пришлось шар перевернуть, и изображения получились вверх тормашками. К удивлению, технология работала.
На гладких стенах зала появились силуэты. Они двигались, менялись.
Из шара выходил луч, который пронзал пространство со звездами, галактиками, облаками неизвестной материи, скатообразными плоскостями, полупрозрачными кометоподобными скоплениями. Это был не тот космос, который привыкли видеть земляне на экранах телевизоров или в телескоп. Нечто подвижное, как гигантский живой организм, предстало удивленным взорам.
Одна точка быстро увеличивалась, стала гигантским скоплением звезд. Две другие галактики переместились под действие луча, они менялись в размере, словно приближались. Звезда, комета и изогнутая плоскость пролетели по очереди сквозь него и свет слегка ослаб.
Масштаб изменился и стало понятно, что солнечная система и система Каямили попали под действие луча. Они сблизились, но было ясно, что это неправда, на самом деле расстояние оставалось прежним.
С Соберика полетели шарообразные объекты прямо по лучу. Они исчезали и появляясь недалеко от Земли помятыми или расплющенными. Галактика двигалась, луч тоже. Он несколько раз пронзал обе системы, пока не переместился, почти погаснув.
Через несколько секунд свет опять засиял и проник сквозь крутящиеся облака, выйдя с другой стороны. Теперь уже на Соберик полетели корабли. При этом луч задевал несколько других сгустков, обозначающих галактики и другие звездные системы. Оттуда тоже летели объекты – светлячки.
– Телефон бы – заснять все это.
Поврежденный кусок разбитого шарика пришлось пропустить. Гигантский фрагмент истории или сказки хрустел под ногами тысячами осколков. На стене появились странные существа, нарисованные у входа. Они оказались в мире, где пол неба могло быть белым, а половина черным. Тут всходила зеленая луна и ее синий спутник, а солнце светило сиреневым. Изображения стали цветными от чего появилось чувство радости в этом мрачном месте.
Сверкающе-яркая водная гладь накрывалась черным куполом, вокруг летали невероятные создания. Это был словно детский рисунок, придуманный после прослушивания сказки по радио. Существа начали рыть землю и копировать себя,
Шар застрял и вращение пришлось прекратить как раз на том месте, где змеи, ежи и рыбы делали дырки в небесах из гигантской пушки. Вниз сыпались останки врагов, но не ясно было как те выглядели. Небо становилось более прозрачным, и существа принялись копать, явно планируя дорыть до Гчилы. Тогда она восстала и пронзила всю планету скалами, но существа смогли утихомирить ее, как было показано.
Тема последней инсталляции стал новый вид существ, немного похожий на первых. У них появились парные конечности, головы, тела. Они заселили море, небо, горы и землю. Существа на последней сценке обменивались половинками яиц.
– Вот, в общем-то и все, – закончил Серый показ светового шоу.
– Мы не знали про это…
– Это миф о заселении. Мне в детстве рассказывали, – проговорила Кати, с трудом что-то вспоминая.
– Это ваша история. Ей миллионы лет, наверное.
– Что ты… Какие миллионы? Около тысячи…. Может две, – ответила Мири, разглядывая ландшафт на заднем плане последней картины. Всем стало ясно, что в детстве она видела не только изображенное там сопло Гчилы, но и острую горную гряду на горизонте. Останки объектов, бороздивших космос и их странных пилотов в, ее время, принимали за причуду природы, нечто недоеденное Гчилой.
– Ого! Быстро вы…
– Мы за последнюю тысячу лет от сохи до ракеты дошли.
– Ну, тоже не мало.
– А до этого что делали?
– До этого… была дикость.
– Совсем без прогресса?
– Ну, были римляне, греки, племена Майя.
– Ну вот, видишь, а у нас вот это было, – Ликчи начинал раздражать этот бессмысленный разговор. Ей предстояло показать все общественности и объяснить каким-то образом появление неизвестной технологии. К тому же полузабытый миф приобрел новые подробности, а это могло вызвать конфликт интересов.
– Пошли, пора, – проговорила Кати.
– Прямо сейчас?
– Дикой сообщает, что собирается группа… Они планируют пойти сюда.
– Но сюда же никто не ходит, только ты и рабочие, кто трубы обслуживает.
– А еще ты, она, вот они и десяток любителей пещер, которые лазят на дно расщелины, ищут тело Гчилы.
– Да, давайте.
– Стоп. Мне нужна помощь.
Ликчи уходить пока не собиралась, а без нее увеличивались шансы заблудиться.
– Давай, только быстрей.
– Я буду открывать слив, а ты закрывай. Начинай, когда я дойду до конца комнаты. Ты открывай воду, а ты закрывай, когда он дойдет до конца комнаты. А ты за всеми пройдешь и проверишь, чтобы не капало.
Открывалась вода также просто и хитро как место для кормления. Начали с зала, где хранились яйца.
Вода шумела, лилась вниз, где-то за сотни метров слышно было водопад. Потоки не разбивались о камни, а замолкали глубоко в недрах пропасти.
Серый опять начал долбить фонариком и высек луч света. Он выхватил мелкую лесенку, ведущую вверх по своду, но конец ее рассмотреть не удалось – таким высоким оказался потолок.
– Кто же туда лазил?
– Кто-то мелкий.
– И зависал под потолком?