Собиратель
Шрифт:
–Может он просто стеснительный, курлык.
Друзья засмеялись.
Соню кто-то очень настойчиво дергал за плечо.
«Что, кто…»– Она открыла глаза и увидела напряженное лицо Марины.
Соня проспала с момента купания подруги, три часа.
–Зайчик мой, скажи мне пожалуйста, как прошла твоя ночь с Вадиком?
В её вопросе отчетливо прослеживались хитрые нотки, а по лицу с прищуром можно было догадаться, что Марина уже в курсе ночного происшествия.
–Да, Марина, я как раз хотела с тобой об этом поговорить, после твоего пробуждения, – Соня тёрла
–Я проснулась, – Марина села на кровать. Вид у неё был потрепанный, но взгляд собранный.
–Тебе писал видимо не сам Вадик, меня подставили. Когда я пришла на адрес, там была его жена, она ждала его после работы и готовила ему ужин. Естественно, изучив мою внешность и время, в которое я пришла в их квартиру, она поняла кто я и выгнала.
– Вот те новости, – Марина почесала голову. – ничего не понимаю. Я проснулась, взяла сразу телефон, и что я вижу, множества бранных сообщений от Вадика, о том какие мы мрази, что так его подставили, что ты приперлась к нему домой, к его любимой жене и опорочила его.
–Бред, ты переслала ему его же сообщения, пусть видит, что мы не просто так к нему пришли, что был конкретный вызов.
–Конечно переслала, чать не совсем дура я, – и неожиданно разревелась – Хотя, наверное, дурааа…
Резкая смена настроения – это верный признак пост алкогольного синдрома. Соня закатила глаза.
–Меня вчера бросил мой Генрих, ему не понравилось, как я высказалась насчет его мамы, – хлюпала Марина.
–В смысле, а что ты сказала? – решила изобразить заинтересованность Соня.
–Что она конченная маразматичка.
–Но насколько я помню, вы часто так её называли между собой на нашей кухне.
–Да, но, когда только я так одна говорю, его это ужасно злит. Вчера я позволила себе лишнего и взболтнула про его мать много скверного, а он меня не поддержал и обиделся, – завыла Марина. – В общем он меня бросил. Как же я буду без него?
Соню всегда удивлял тот факт, что на такой крошечной кухне, могут разгораться настоящие бразильские страсти: любовь, драки, обиды и расставания.
–Он остынет и вернется, ну как можно бросить такую аппетитную дамочку как ты? – улыбнулась Соня.
Марина резко замолчала, перестала шмыгать носом и выпрямила спину: – Он вернется только при одном условии.
–При каком?
–С его мамой сейчас некому сидеть, соседка, которая ему помогала уехала к детям в гости, а он не может с ней круглосуточно находиться, у него работа. Знаешь, было бы просто чудесно если бы ты вызвалась ему помочь. Тогда он меня простит и вернётся, – она замолчала.
Соня только набрала воздуха в легкие чтобы что-то ответить, как её опередила Марина и выпалила:
–Всё равно у тебя работы нет.
Соня выдохнула углекислый газ: – Как нет?
– Зайка, Вадик после случившегося настроил всех своих знакомых, по совместительству твоих клиентов, против тебя. Поэтому ты лишилась основной массы своих заказов.
– Они в своём уме? Но…Ты же объяснила ситуацию, мы не виноваты в этом…
– Сонечка в твоей профессии нет незаменимых, они не
Соня провела секундный анализ нового предложения.
–Хорошо, что я за старухой что ли не присмотрю, уж ничего сложно я думаю, правда?
– Конечно зайка, – засветилась подруга.
Счастливая Марина бодро соскочила с кровати – «Я в душ, ты за мной и потом я звоню Генриху, ох, если он конечно возьмет трубку…». – она театрально закинула кудрявую голову назад.
–…а может он меня в черный список занес… – доносилось уже из коридора.
Марина что-то там еще бубнила по дороге в ванную. Соня сидела на своем диване и пыталась понять окрас своего внутреннего состояния. И пока она прислушивалась к своему настроению, на передний план вышли физиологические потребности организма, и девушка пошла в туалетную комнату. На коврике у входной двери вновь лежал сложенный лист бумаги. Соня метнулась к нему как к долгожданному сообщению в телефоне, развернула бумагу и вместо романтичного текста увидела нарисованного кота с подписью «Мяу.»
Девушка поёжилась, и странное предчувствие засосало под ложечкой.
Глава 5.
Соня стояла в душе и слышала глухое бормотание Марины на кухне, по всей видимости та радовала своего ненаглядного Генриха новостью, что с его мамой посидит очень хорошая девушка. Соня подставила лицо под струю воды.
«Скорее бы ночь» – подумала девушка.
С хорошим настроением Марина накрыла стол и пригласила Соню, отведать её блюда. В меню были макароны – не альденте, сосиски – не сливочные и кетчуп из чего-то томатного. Марина опохмелялась пивом, и улыбка на её лице становилась всё шире и шире с каждым новым глотком.
–Господи, как же хорошо, что ты у меня есть, ты же мне как дочь!
Соня отчаянно пыталась расцепить вилкой комок слипшихся макаронин.
–Угу, но, если когда-нибудь у меня тоже будет дочь, она не будет заниматься той грязью, что я, – сказала Соня.
–Правильно! У твоих детей будет другое будущее, светлое и счастливое, – как тост сказала Марина и отхлебнула слабоалкогольный напиток. – Но, я всё равно горжусь тобой Зайка, ты у меня самая лучшая, воспитанная, хозяйственная, добрая и красивая. И мужик у тебя то, что надо будет, орёл!
– Где бы только такого орла найти, те, что мои клиенты как с фабрики «бракованных уродцев» где ты только таких находишь, фу.
– А ты сама не пыталась найти? Что-то я ни разу не видела, чтобы ты в клуб собиралась или с подругой в кафе, только и ходишь от вызова к вызову, а потом дома сидишь. Тетёха ты глупая, давно бы уже какого-нибудь денежного мужика к рукам прибрала и не пришлось бы спать с ротой солдат, чтобы прокормить себя. И меня, – добавила Марина, присосавшись как комар, к пиву.