Собирающая Стихии

Авраменко Олег Евгеньевич

— Что ж, воля твоя. Только я не вижу смысла стоять, в ногах правды нет. Присаживайся.

Я не заметила, как возле нас появился стол с двумя стульями. На столе стояла большая ваза с фруктами.

Мы сели. Я взяла из вазы большое яблоко с золотистой кожурой и надкусила его.

— Я вижу, — произнесла Хозяйка, — ты полна решимости продолжать свои поиски.

— Ещё бы! После такого успеха.

— Надеюсь, ты не пришла просить моей помощи?

— Нет, мы сами справимся. У тебя хватает забот и с Источником. К тому же я прекрасно понимаю, что тебе

не следует появляться в Экваторе.

— А вот Бренда считает иначе. По её мнению, раз Александр мёртв, мы можем не опасаться новой ловушки.

— Она так и сказала тебе?

— Ещё нет. Но она так подумала.

— Я так не думаю.

— Я верю тебе. — Хозяйка последовала моему примеру и тоже взяла яблоко. — Знаешь, я ничуть не досадую, что не могу читать твои мысли. Это даже интересно. Приятно говорить с человеком, когда не знаешь, что у него на уме.

— Поэтому тебе нравится общаться с Мирддином?

— В частности это. Но в основном у нас были чисто деловые отношения.

— Были? — переспросила я. — А что теперь?

— Ну, нельзя сказать, что мы поссорились, но некоторый холодок между нами возник. Я ещё не простила ему выходки с Александром.

— Я тоже злюсь на него из-за Александра. Но надо отдать ему должное, он более откровенен со мной, чем ты.

— Тебе его откровенность очень помогла?

Я ответила не сразу, а сначала доела яблоко и положила огрызок на край стола. Он мгновенно исчез.

— Должна признать, что в какой-то мере это усложнило мне жизнь и вселило в мою душу смятение. Но я ни о чём не жалею. Я предпочитаю определённость неведению.

— Это твоё право, — не стала спорить Хозяйка.

— И теперь, — продолжала я, — пришёл твой черёд быть со мной откровенной. Только не отрицай, вы с Мирддином знаете причину нарушения вероятностных законов. Если не хочешь говорить, просто так и скажи.

— Почему же, — пожала плечами Хозяйка. — Теперь я могу сказать всё, что знаю. Думаю, теперь это даже необходимо. Но боюсь, что не смогу полностью удовлетворить твоё любопытство. До встречи с тобой я понятия не имела, в чём причина аномального поведения вероятностей в районе космического мира. И только увидев тебя, я поняла, что причина в тебе.

Я кивнула:

— Я это подозревала.

— И давно?

— Нет. Где-то полчаса назад я узнала, что опыты Колина и Кевина перестали выдавать невероятные результаты. Нормализация вероятностей по времени совпала с моим прохождением Лабиринта. Это насторожило меня и навело на некоторые догадки.

— И ты пришла ко мне за объяснениями?

— Да.

— В таком случае, ты будешь разочарована. Я мало что могу добавить к твоим догадкам. Мне известно лишь, что в числе прочего ты обладаешь способностью чувствовать некоторых людей и каким-то образом исподволь влиять на них, на их поступки и на происходящее с ними.

— Но как?

— Не знаю. Механизм этого воздействия остаётся для меня загадкой. Просто я видела, что ты как-то странно влияешь на

людей — на одних больше, на других меньше, иных вовсе не трогаешь; а вот в Кевина и Колина ты почему-то вцепилась мёртвой хваткой и ни на мгновение не отпускала их.

— Интересно, почему именно их? — пробормотала я.

— Мне тоже хотелось бы это знать. Когда ты поймёшь, в чём дело, скажи. Ладно?

— Обязательно скажу, — пообещала я. — А на кого, кроме Кевина и Колина, я ещё влияла?

— На многих. Почти на всех, кто подворачивался тебе под руку, и даже на тех, с кем ты ни разу не встречалась. Интересная особенность твоего загадочного влияния на людей состоит в том, что оно оставляет следы не на них, а на самой тебе. Что ж до твоих «жертв», то они остаются абсолютно «чистыми», «непомеченными». Поэтому я могла узнать, на кого ты влияла только от тебя, увидев эти следы на тебе. В подавляющем большинстве случаев твоё влияние было очень слабым, почти незаметным. С Брендоном, например, не случалось ничего из ряда вон выходящего, хотя ты регулярно воздействовала на него. То же самое относится к Джо, Анхеле, Бренде, Дейдре, Артуру и многим другим. — Хозяйка хмыкнула. — Впрочем, я догадываюсь, о ком ты спрашиваешь. Всё то время, что я тебя знаю, ты постоянно пыталась повлиять на Эрика и Дженнифер…

— А на Мориса?

— Не могу сказать. Я ни разу не встречалась с ним и не знаю его ауры. Наверняка ты пыталась повлиять и на него, но я не могла выделить это из массы воздействий на многих других незнакомых мне людей.

— А с Эриком и Дженнифер у меня хоть что-то получилось?

— Один раз у тебя получилось с Дженнифер. Это было очень сильное воздействие.

— И в чём оно заключалось?

— Спроси что-нибудь полегче. Правда, некоторые соображения у меня есть. Приблизительно в то же самое время умер Александр.

— Ого! — сказала я поражённо. — Значит, Дженнифер под моим влиянием убила Александра?

— Вовсе не обязательно. Влияя на людей, ты далеко не всегда влияешь на их поступки. Чаще это сказывается на происходящем с ними и вокруг них. Возможно, ты посодействовала возникновению ситуации, в которой погиб Александр. А может, ты никоим образом не причастна к его смерти; может, ты сделала что-то другое. Всё возможно.

Я задумалась. От всего рассказанного Хозяйкой у меня голова шла кругом. Действительно, правы те, кто говорит, что порой неведение — благо…

— Мирддин знает об этом воздействии на Дженнифер?

— Не думаю. В то время ты с ним не встречалась, а месяц спустя все следы воздействия исчезли.

— Теперь я не влияю на людей?

— Уже нет. Раньше ты не контролировала эту свою способность, и она проявлялась спонтанно, непроизвольно. А в Лабиринте ты наконец-то взяла её под контроль.

— Но я по-прежнему ничего не чувствую.

— Взять под контроль, ещё не значит овладеть. Просто теперь эта способность не будет проявляться бесконтрольно, помимо твоей воли.