Соблазн
Шрифт:
Показывая свой паспорт и проходя через ворота, Стиви заметила, как оба морячка уставились на нее. Улыбка удовлетворения появилась у нее на лице. Ее одежда и косметика как раз и были рассчитаны на то, чтобы провоцировать каждого мужчину, который на нее поглядит; ей хотелось быть замеченной всеми. Удаляясь от часовых, она подчеркнуто задвигала бедрами, забавляясь мыслью об этих двух перегревшихся на солнце морячках, оставшихся в ее кильватере в этот теплый весенний день.
Но когда Стиви приблизилась к импровизированной трибуне, ее лицо потемнело. Вся эта чушь с размахиванием флагами вызывала у нее тошноту. Мало того, что молодые солдаты и моряки тысячами гибли где-то в пустячной дыре на другом конце света, до которой никому и
Приближаясь к тому месту, где обычно располагалась стоянка автотранспорта, Стиви увидела огромный красно-белый полосатый тент. Под ним толпились высшие сановники и морские офицеры в парадной форме со своими разнаряженными женами. Прием был в самом разгаре.
Слева, на переносной платформе был установлен большой рояль; молодой человек исполнял классические произведения. Справа стоял стол, накрытый льняной скатертью; на нем серебряные блюда с холодным мясным ассорти и салатами. Тут был и просторный открытый бар, который по специальному распоряжению обслуживали курсанты из Аннаполиса. В центре бара, в окружении красных, белых и синих цветов, бил фонтан, вместо воды – калифорнийское шампанское. Даже эти чертовы цветы, подумала Стиви, должны выполнять свой патриотический долг. Их заставили это делать, горько размышляла она. Адмирал заставил. Разумеется, в этом месте он мог приказать что угодно, одним щелчком пальцев. Или хлопнув ладонью по столу.
Помедлив под тенью тента у входа, Стиви подумала, стоит ли ей заходить туда, смотреть, как зажгутся жизнью его холодные глаза, когда появится она в своем маскараде. Нет, решила она, ей еще рано встречаться с ним, не сейчас.
– Привет. Ну, ты неподражаема.
Она резко обернулась и оказалась перед капитан-лейтенантом Сэнфордом Грейстоуном. Элегантный великан ростом в шесть футов с волосами орехового цвета и гладко выбритым лицом на манер Джека Армстронга, которое немного портили очки, Сэнди был главным помощником адмирала Кастера Найта, командующего базой.
– Привет, – равнодушно ответила Стиви. – Полагаю, что ты, как и вся эта публика, получил большой кайф от новой игрушки вояк.
– Не получил, раз тебя не было рядом, – хрипло ответил Сэнди, поедая ее глазами. – Я скучал без тебя, Стиви. Невозможно сказать, как сильно. Почему ты не звонила на этой неделе? Я просто с ума сходил… Она ненавидела объяснения.
– Тебе вообще не следовало бы говорить со мной, – сказала она бесстрастно. – Знаешь, если адмирал в один прекрасный момент догадается, чем мы с тобой занимаемся, ты пошлешь вот этому всему прощальный поцелуй. – И она показала пальчиком на золотые погоны на его парадном мундире.
Сэнди отступил на шаг, словно одно только упоминание о гневе адмирала Найта уже охладило его страсть.
– Но ты ведь ничего…
– Не скажу? Черт возьми, да если он даже меня четвертует, все равно буду молчать.
– Тогда давай увидимся позже, Стиви, пожалуйста. На нашем обычном месте.
Она слегка прищурила свои зеленые глаза, прекрасно сознавая, что это приведет его в экстаз.
– Может быть. Но я ничего не обещаю. – Она увидела, как голод на его лице сменился надеждой. Это выражение напомнило Стиви то, как смотрела ее мать, когда адмирал был рядом с ней, – беззащитно и немного по-детски. Она поклялась себе, что никогда не станет ни на кого смотреть так, ни за что в жизни. А заметить подобный взгляд на лице мужчины ей и вовсе было неприятно. Она почувствовала к нему отвращение. Прежде ей было забавно играть с Сэнди и ему подобными, пользуясь грубой силой своей женской привлекательности,
Морской офицер покорно кивнул, готовый быть отпущенным.
Однако она еще не была вполне готова позволить ему уйти, тем более что замыслила кое-что еще. Она облизала свои алые губки и влепила ему поцелуй, глядя, как осветилось радостью его лицо, когда он уходил. Как просто манипулировать им, подумала она. Пока у тебя есть что-то, что им нужно, чего они хотят, их можно всех заставлять вести себя как последних дураков.
Повернувшись снова к тенту, она стала рассматривать собравшихся гостей, пока не выследила намеченную жертву. Во плоти, подумалось ей, Льюк Джеймс выглядит даже еще привлекательней, чем на экране, – высокий и худой, мужественное и красивое лицо покрыто сильным загаром, так что знаменитые голубые глаза еще больше поражают своей ясностью и льдом. Она припоминала, что увидела фильм с его участием, когда ей было двенадцать или тринадцать лет, – она еще сохраняла свою девственность, но уже предавалась самым необузданным фантазиям. Нет никаких сомнений, подумала Стиви, что за такую добычу стоит побороться. Если ее фантазии насчет Льюка Джеймса претворятся в реальность, то это станет самой большой ее победой.
Она незаметно опустила кокетливый локон ниже на глаза и приготовилась к тому, чтобы с помпой преподнести свое появление, двигаясь медленно, слегка покачивая бедрами, то ли завлекая, то ли отвергая всех, сознавая, что ни одна из этих офицерских жен, этих клуш, собравшихся под тентом, не может соперничать с ней.
Толпа, казалось, расступалась по мере продвижения Стиви, и она без всяких хлопот смогла попасть туда, куда намеревалась, оставив между собой и Льюком Джеймсом не более чем пару его трепещущих поклонниц. Теперь я вблизи от него, подумала она. Нужно, чтобы он меня заметил.
Через секунду один из моряков, выполнявших тут роль официантов, материализовался у ее локтя.
– Принести что-нибудь из бара? – спросил он, стараясь, чтобы его слова прозвучали застенчиво, в то время как глаза, словно радар, ощупывали Стиви.
– Немного «Ширли Темпл», – скромно сказала она.
Она не испытывала желания вступать в беседу с кем-нибудь из соседей. Она просто стояла на месте и наблюдала, как Льюк Джеймс справляется со своими почитателями, а потом опустила взор, когда он бросил взгляд в ее сторону.
Он подписал еще пару автографов, а затем, как она и надеялась, медленно двинулся туда, где стояла она.
– Привет, я Льюк Джеймс, – сказал он, словно его лицо не говорило за него само. – А ты кто?
– Я Стиви, – ответила она тихо, одарив его своей самой застенчивой улыбкой.
– Стиви? – рассмеялся он, и его знаменитые голубые глаза прищурились. – По-моему, ты совсем не похожа на Стиви.
– Мое настоящее имя Стефания, – пояснила она, – однако никто меня так не называет. Старая история – отец хотел мальчишку. – Она испытующе поглядела в лицо Льюка, пытаясь отыскать в нем ключ к своей дальнейшей стратегии. До той поры ей еще не доводилось общаться с кинозвездами, поэтому времени на ошибку у нее не было.
– Он, вероятно, счастлив теперь, что у него есть дочь, – предположил Льюк.
– Он не из тех людей, которые умеют быть счастливыми.
– Так что же ты тут делаешь? – поинтересовался Льюк.
Стиви подумала, что, вероятно, забавно будет попытаться поймать Льюка Джеймса в ловушку его же собственных взглядов, хоть она вовсе и не разделяла их.
– Ну, я ни за что на свете не согласилась бы пропустить такое событие. Я считаю, что нужно всегда отстаивать свои убеждения, особенно теперь, когда все ополчились на военных. И на Америку тоже.