Соблазнить строптивого романтика

Caitlin Crews

Willed To Wed Him

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески

переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Willed to Wed Him

«Соблазнить строптивого романтика»

ISBN 978-5-227-10365-9

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Анника Шулер с недоверием уставилась на стол в конференц-зале.

– Это невозможно, – упомянула она уже не в первый раз.

– Твой отец предельно ясно изложил свои пожелания, – сказал адвокат Стенли или как-то так его звали. Он несколько отличался от толпы адвокатов, которые сидели по другую сторону стола, своим упадническим настроением. И складывалось ощущение, будто такой поворот событий застал его врасплох.

Судя по жадным, слишком проницательным выражениям всех остальных лиц, смотревших на нее в ответ, Анника поняла, что была единственной, кто действительно потрясен последними событиями.

– Его пожелания, может, и ясны, – начала она, – но я почти уверена, что в действительности они незаконны.

Анника попыталась успокоиться, но паника и нечто очень похожее на отчаяние нахлынули на нее, пока она сидела за длинным столом. Все же остальные в этом душном зале юридической фирмы выглядели спокойными. Примерно такой же настрой был изначально у нее, ведь прочтение завещания ее отца планировалось быть не из легких. И не важно, что Беннет Шулер IV фактически был без сознания много лет перед своей смертью. Он был рядом, а теперь его нет.

Девушка ожидала, что все пройдет достаточно болезненно, и так оно и случилось, но Анника никак не могла отделаться от мысли, что все, кто сидел в этой комнате, были спокойны, кроме нее. Она видела свое отражение в блестящей столешнице, и от этого ей никуда не деться. Да и к тому же она отправилась в центр Манхэттена на эту встречу, переоценив удобство своих туфель.

Все закрутилось максимально быстро. Волосы ее были растрепаны, ей пришлось неуверенно ковылять на встречу в неудобной обуви, в то время как все окружающие двигались с должной грацией, да и уверенности в своем дезодоранте у девушки не было из-за жары. Но самым главным был шок от желания ее отца.

Раньери Фурлан, который сейчас стоял спиной к ней в лучах летнего солнца, держал руки за спиной и смотрел в окно. Выглядел он очень достойно, и его одежда выгодно подчеркивала его удивительное телосложение, да и уверенности ему было не занимать, ведь все окружающие всегда обращали на него внимание, как только он оказывался с ними в одном помещении, а что уж говорить про молодых и впечатлительных девушек. Более раздражающих из-за своего превосходства мужчин Анника еще не встречала в своей жизни.

–

В юридическом плане, конечно же, есть вопросы, – говорил ей Стенли, а может быть, его и вовсе звали Стюартом. – Позвольте мне прояснить ситуацию. Вы можете выйти в эту дверь, совершенно игнорируя желание вашего отца, относящееся к небольшой части его состояния, так как все остальное в любом случае перейдет к вам. Все, что он сделал, так это изложил список требований, касающихся двух долей его имущества, и определенные последствия, в случае невыполнения. Если в течение трех месяцев после прочтения этого завещания независимая проверка, проведенная этой юридической фирмой, обнаружит, что вы не состоите в браке, «Шулер Хаус» будет передан в дар городу. Если в течение этих трех месяцев мистер Фурлан не женится, он лишится должности генерального директора «Шулер корпорейшн». Если вы не решите вступить в брак друг с другом, последуют значительные штрафы, а именно: вы не сможете работать на компанию «Шулер Хаус», а мистер Фурлан будет осужден.

Анника понадеялась, что все происходящее просто сон, ведь ее родной отец не мог так с ней поступить. Да, он хотел, чтобы она вышла замуж, иначе он отобрал бы у нее ее место в музее «Шулер Хаус», который основали еще ее бабушка и дедушка. Местечко было причудливым и красивым, повсюду стояли произведения искусства и старинные вещицы, и Анника любила там бывать с самого детства. Девушка получила степень по истории искусств в университете Уэлсли с конкретной целью, а именно посвятить свою жизнь наследию своей семьи прямо здесь, в Верхнем Ист-Сайде.

Анника стала последним представителем семьи Шулер, и музей помогал ей чувствовать себя не такой одинокой в окружении вещей ее семьи, собранных на протяжении веков. Лишь музей стал той ниточкой, которая связывала Аннику с предыдущими поколениями. И теперь, когда она сосредоточилась на том, что происходит, поняла, что дела у нее обстояли ужасно. Если в течение двадцати четырех часов после прочтения завещания она не будет помолвлена, ее ожидает штраф. Еще один штраф, если ее избранником станет не Раньери. И еще один штраф, если она и ее избранник не будут жить вместе неделю после оглашения завещания. В том числе ожидали значительные санкции, которые вычитались из средств, оставленных отцом, в случае, если она не выйдет замуж в течение месяца и если брак продлится менее года.

Если бы Анника расторгла помолвку, стала инициатором развода или отказалась и вовсе выйти замуж, она бы просто потеряла «Шулер Хаус».

– Все ли ясно? – спросил Стивен, а может, и Стенли, ну или как его там. И на этот раз доброе выражение его лица ее совсем не ободряло.

– Мне все ясно, – заверила его Анника. Она попыталась улыбнуться, но у нее не получилось. – До сегодняшнего дня я была уверена, что отец любил меня.

Анника старалась не смотреть на отца, но именно в этот момент, когда она об этом задумалась, Раньери дал о себе знать и поерзал на своем стуле. Мужчина повернулся лицом ко всем присутствующим и к Аннике, и она была не единственной, кому стало не по себе от его свирепости, а эта черта была настолько неотъемлемой частью его образа, как и его темный и идеально пошитый костюм, подчеркивающий мускулистое телосложение.