Соблазнить Тьму
Шрифт:
– А я боялся, что выдумал эти алые соски. Алый, кстати, мой новый любимый цвет.
– Спасибо, - ответила она, несмотря на уверенность, что не была первой, кто слышал от него этот комплимент.
Девин замолчал.
– Тебя не смущает то, что я тебя разглядываю?
– Вопрос был задан почти... нерешительно.
– Нет.
– Не смотря на то, что она сказала ему, когда он впервые заставил её раздеться, нагота её не волновала. Ей ведь приходилось расхаживать обнажённой по улицам Нью Чикаго, когда она маскировалась и охотилась. Кроме того, ей нравилось собственное тело.
–
Уголки его губ дёрнулись.
– Единственный способ убедиться в этом - внимательно изучить тебя.
Брайд просто молча стояла здесь, ощущая кожей прохладный воздух и позволяя Девину рассматривать её. И он очень пристально делал это. Его янтарный взгляд скользил по ней, задерживаясь на небольшой, но упругой груди с алыми твёрдыми сосками и тонкой полоске чёрных волос между её стройных бёдер, что было удивительным контрастом.
– Перейдём к остальному, - произнесла Брайд, медленно сделав круг.
– Мой вид всё ещё расстраивает тебя?
– Нет, - прохрипел Девин. Обернувшись к нему снова, она увидела, что выражение его лица было напряжённым и он даже протянул к ней руку.
"Попался", - подумала она. Борясь с улыбкой, покачала головой и отступила.
– Нет-нет-нет. Ты не прикоснёшься к этому идеальному телу.
Сначала он сделал вид, будто не слышал её, и сделал шаг ближе. Затем на его челюсти задёргалась мышца, и Девин остановился, опустив руку.
– Во-первых, хвастаться своей красотой - невежливо. Во-вторых, не позволять мужчине прикасаться к этой красоте тоже невежливо.
– Как мило. Уроки этикета от мужчины, который как-то сказал, что я захочу прикончить всех женщин, с которыми он переспит после меня.
– Это правда.
Ей пришлось бороться с очередной улыбкой.
– Я хочу тебя, - гортанно произнёс Девин.
– Уверена, ты говорил это тысячам женщин.
– Не могу отрицать этого.
– Его честность нравилась ей.
– Однако это не значит, что ты не получишь удовольствия.
Её кожа покрылась мурашками от желания поверить его обещанию. Одно восхитительное прикосновение за другим, одно великолепное ощущение за другим. Жар. Запретный плод. Девин мог дать ей всё это.
– Только попроси, - произнёс он, - и получишь это.
– "Ты сильная, ты не сдашься".
– Прости, но мне нужно в душ. Я чертовски грязная.
– Дрожа, она прошла мимо него и вошла в кабинку ферментного душа, не потрудившись закрыть дверь. Девин всё равно открыл бы её.
Он молча последовал за ней, но в кабинку не вошёл, просто прислонившись к ней заглянул внутрь, пока Брайд настраивала душ так, чтобы струи пара ударяли в неё со всех сторон. Затем она обернулась к Девину, позволяя ему наблюдать за тем, как вокруг неё образовывалась водянистая дымка, напоминающая сказочный туман. Сухой пар окружал Брайд, проникая в неё, очищая изнутри и снаружи, стирая напоминания о жестоком убийстве мужчины, которое произошло у неё на глазах всего несколько часов назад. Даже её волосы теперь были чистыми, а кожу головы приятно покалывало.
– Значит, от того, что я смотрю на тебя, ты не испытываешь... стыда?
– спросил
– Нет, - ответила она.
– А должна?
– Ты недавно сказала, что я заставляю тебя обнажать тело, которое ты не хочешь показывать.
– Это всё - часть игры, приятель.
Девин прочистил горло, но облегчение в его глазах было очевидно.
– Когда-нибудь купалась в воде?
– О, да. Давным-давно, ещё до войны.
– Теперь удивительная жидкость была слишком дорогой, чтобы тратить ей на купание.
– Понравилось?
– А сам как думаешь?
Он опустил взгляд на её соски и выглядел при этом невероятно сексуально.
– Думаю, да. Я могу представить, как ты стоишь под струями воды, которая стекает по твоим волосам и коже.
– Он облизнул губы, словно мог попробовать капли воды, скользящие по ней.
– Пригласи меня войти.
– Его голос был резким и хриплым от возбуждения.
Брайд обнаружила, что её намерение сопротивляться обаянию Девина слабеет, что, вероятно, происходило со всеми женщинами, с которыми он был знаком. Однако, в отличие от других, она не станет выполнять его желания, потому что уже давно научилась подавлять собственные нужды. Это было совсем не сложно, ведь шипы и огонь изводили её даже во время секса. Боль всегда смешивалась с удовольствием, оргазм был благословением и проклятьем одновременно.
– Умоляй, - сказала она ему. Девин не сделает этого, она точно знала. И ещё знала, что он будет шокирован этим её желанием. Он отступит. Однако Девин просто закатил глаза.
– Пригласи меня войти, Брайд.
– Приглашу, когда начнёшь умолять.
– Его беззаботность испарилась, как она и предполагала, и мышца на челюсти Девина снова задёргалась.
– Мне не нужно умолять женщину, чтобы получить её.
Она ласково улыбнулась.
– Тогда ты никогда не будешь обладать этой женщиной.
Несколько мгновений стояла тишина.
– Посмотрим.
– Зло и решительно ответил он. "О, да, посмотрим".
Девин схватился за перекладину над ним, слегка прогнув спину. Из-за этого его футболка приподнялась, обнажая участок сверкающей кожи, покрывающей твердые мышцы. Возбуждённый член Девина натягивал его джинсы, головка выступала над поясом и блестела от влаги.
– Не позволяя нам обоим получить удовольствие, ты наказываешь меня за то, что я обыграл тебя?
– спросил Девин. Он выглядел аппетитно, но Брайд заставила себя равнодушно пожать плечами.
– Возможно, чуть-чуть.
– Я могу заставить тебя забыть о потере, Богом клянусь.
– О, я в этом уверена. Как уверена и в том, что могу заставить тебя забыть собственное имя.
Его ноздри раздулись.
– Ты настолько хороша?
– Кое-кто недавно сказал мне, что хвастаться нехорошо.
– Она уже была чистой, но пар продолжал клубиться вокруг неё, потому что она его не выключила. Наклонив голову, Брайд пристально посмотрела на Девина.
– Есть вопрос. Ты хоть когда-нибудь беспокоишься о сердцах, которые разбиваешь? Или о детях, которые могут появиться у тебя от секса с какой-то незнакомкой?