Соблазнитель
Шрифт:
– Что ж, это ничего не меняет, – мрачно промолвил Тиндал.
От дома отделились и стали приближаться к поляне несколько решительных и крепких мужчин.
– Будь проклят этот французский идиот! – воскликнул в сердцах Эндрю, глядя на них.
– Еще не поздно отказаться от этой затеи, – вкрадчиво напомнил ему Дэниел.
– Не дождетесь! – ответил Тиндал.
Процессия подошла еще ближе, и Дэниел узнал Верджила, Адриана, Хэмптона и Луи. Неожиданно их строй нарушила еще одна фигура – женская. Подтянув подол юбки, по газону бежала Диана,
Сердце Дэниела наполнилось радостью, он простер к ней руки и шагнул навстречу, Диана упала в его объятия, смеясь и плача от переполняющих её чувств. Он зажмурился, ослепленный ее красотой и согретый ее теплом, и с наслаждением вдохнул аромат ее тела. Их сердца бились в унисон.
– Жанетта послала посыльного к шевалье, и как только он приехал, мы тотчас же помчались сюда в экипаже. Но я успела послать гонца и к другим нашим друзьям, они догнали нас по дороге, – выдохнула Диана, прижавшись лицом к его плечу. – Надо отменить эту дуэль!
Дэниел взглянул поверх ее головы на Луи и членов Общества дуэлянтов. Всем им было что-то известно об их с Тиндалом споре, и лишь один Луи знал правду. По напряженным лицам своих приятелей он понял, что отменить поединок вряд ли удастся. Они примчались сюда вовсе не для этого, а чтобы проследить за неукоснительным выполнением всех дуэльных правил.
Из-за дома появилась еще одна фигура, по мере приближения которой стало ясно, что это Поль с Жанеттой на руках. Лицо ее было закрыто вуалью. Поль молча усадил ее на траву под раскидистым вязом, и она накрыла ноги шалью.
– Я не смог удержать ее дома, – виновато сказал Поль Дэниелу.
Луи подошел к секунданту Тиндала, державшему ящик с пистолетами, и жестом попросил его предъявить дуэльное оружие для досмотра. К Дэниелу подошел адвокат Хэмптон.
– Я вызвал в Саутгемптон ваш корабль, он вскоре бросит якорь напротив берега. За вами пришлют лодку...
– Зачем? – удивленно спросила Диана. Адвокат снисходительно улыбнулся уголками губ:
– Дуэли простительны только аристократам, мадам. А вашего мужа могут и вздернуть, если он убьет брата маркиза.
– Тогда надо отменить эту дуэль! – воскликнула Диана. Дэниел попросил Хэмптона отойти, обнял жену и сказал:
– Если мы не завершим наш многолетний спор сегодня, развязка случится в другой раз, возможно, внезапно. Он столь же коварен и хитер, как и я, поэтому найдет способ расквитаться со мной за все свои унизительные поражения.
– Но этого не произойдет, если его злодеяния получат огласку! – наивно возразила Диана. – Нужно разоблачить этого мерзавца как можно скорее.
– Ты не учитываешь, насколько он опасен, дорогая. Угроза нависла не только надо мной, но и над тобой. Я не могу уйти, зная, что он может мне отомстить, нанеся коварный удар по тебе.
– Неужели из этой ситуации нет никакого выхода?
– Увы, нет, дорогая. Ты должна это понять и не сердиться на меня за то, что я нарушил данное
Губы Дианы задрожали, но усилием воли она поборола волнение и ласково сказала:
– Я все поняла, тебя вынуждают поступить так обстоятельства.
Растроганный, Дэниел поцеловал ее и, моментально успокоившись, склонился к ее уху и прошептал:
– Я должен признаться тебе, дорогая, что ты овладела моим сердцем. Я люблю тебя так сильно, что мне самому это удивительно. Ты – весь мой мир!
– А ты – мой. Помнишь, вчера я сказала, что знаю, как сильна твоя любовь ко мне? В моей душе не осталось ни капли сомнений в этом. А теперь ступай и выполни свой долг. Может быть, мне лучше уйти, чтобы не видеть этого?
– Решай сама, дорогая, – неуверенно ответил Дэниел. – Обычно присутствие женщин на дуэлях не допускается, но ведь это не совсем обычная дуэль.
– В таком случае я лучше останусь, если только это тебе не помешает, – сказала Диана. – Я хочу быть рядом с тобой.
Он снова обнял ее, она медленно высвободилась из его объятий и встала рядом с Джонатаном. Дэниел подошел к членам Общества дуэлянтов. Верджил окинул его пытливым взглядом и спросил:
– Это действительно очень важно для вас, Сент-Джон?
– Да, – сказал Дэниел. – Надо довести это затянувшееся дело до конца.
– Цельтесь в сердце или в голову, – напомнил ему, улыбнувшись, Адриан, повидавший немало поединков со смертельным исходом и потому державшийся спокойно.
– Мой конь будет вас ждать, – тихо сказал Хэмптон. – Как только все закончится, немедленно скачите к берегу.
Дэниел снял сюртук и отдал его Адриану.
Луи вышел на середину поляны.
Тиндал невозмутимо грелся на солнышке.
– Запомни – не горячись и будь внимателен, – подойдя к Дэниелу, сказал Луи. – Важно также оставаться невозмутимым.
Дэниел взглянул на Диану, вздохнул и, сделав непроницаемое лицо, приказал себе успокоиться.
Сердце Дианы разрывалось, ей больно было смотреть на происходящее, но и отвернуться было выше ее сил.
Ее поражало и возмущало ледяное спокойствие всех остальных присутствующих. Казалось, что они видят, как двое мужчин стреляют друг в друга, по нескольку раз в неделю. Как можно оставаться невозмутимым, когда явственно пахнет чьей-то смертью! Диана мысленно молилась, чтобы смерть пощадила Дэниела.
Тиндал взял из ящичка пистолет, Дэниел – второй.
Шевалье спросил, не желает ли кто-то из дуэлянтов отказаться от поединка. В ответ Тиндал заржал как жеребец.
Такая наглая самоуверенность не понравилась Диане, как не понравилось ей и безразличное выражение лица Дэниела. Почему он совершенно не злится и не сверлит противника ненавидящим взглядом? Почему не пылают сатанинским огнем его глаза? Почему в них сквозит безразличие, словно он смотрит в окно?
Мужчины начали расходиться. Тиндал медленно приближался к Диане, и сердце ее бешено заколотилось.