Собор
Шрифт:
Хики тоже склонился над картой.
– Я еще посмотрю, что это за потайные ходы. Церковная архитектура не была бы церковной, Брайен, без катакомб и потайных дверей. Это места обитания Святого Духа – места, где попы могут застать любого врасплох и поднять на уши всю преисподнюю, посылая проклятия в твой адрес.
– Ты слышал что-нибудь о Уайтхорнском аббатстве? Это недалеко от Белфаста.
– Как-то мне довелось заночевать там. А у тебя, парень, там что – поджилки от страха тряслись? – рассмеялся Хики.
Флинн вновь осмотрел пространство собора, задержав взгляд на черном
По обе стороны алтарного возвышения шли два ряда деревянных скамеек, отведенных для духовенства. Справа сидели Морин, Бакстер и отец Мёрфи. Издали они казались довольно спокойными. Тогда он посмотрел на Морин в бинокль. Испуга на ее лице он не заметил, и ему это понравилось. Вдруг он увидел, что губы молодой женщины зашевелились, при этом она продолжала смотреть прямо перед собой. Молится? Нет. На нее это не похоже. Но вот зашевелились губы у Бакстера, а потом и у отца Мёрфи.
– Они что-то замышляют против нас, Джон.
– Ну что же, – ответил Хики. – Может быть, хотят поразвлечь нас?
Флинн перевел бинокль влево. Там, на величественном троне, отделанном красным бархатом, абсолютно неподвижно сидел кардинал и смотрел на трех заложников.
– Нет убежища в святом прибежище, – прокомментировал Флинн, переводя дыхание. Лири услышал его и отозвался:
– Убежища бывают разные. Если они тронутся с места, я перебью всех.
Флинн перегнулся через перила. Сразу за алтарем шли ступени, ведущие в ризницу, невидимые с церковных хоров, – там, на лестничной площадке, сидел Пэд Фитцджеральд, брат Меган, с автоматом наготове. Фитцджеральд – надежный человек, он знал, что запертые цепью ворота надо защитить любой ценой. Он был так же храбр, как и его сестра, но, в отличие от нее, не столь необузданно жесток.
– Нам до сих пор неизвестно, есть ли проход в склеп из подземелья позади Пэда.
Хики снова взглянул на план.
– Мы завладеем ключами от склепа и вообще от всего этого дворца попозднее, и повнимательнее обыщем все здание. Но на это нужно время, Брайен. Время, чтобы усилить защиту. И к черту эти чертежи, если они не так подробны, как нужно! И к черту эту церковь! Она больше похожа на мраморное сито с дырами повсюду, нежели на иллюстрацию к святочному рассказу о воскресении святого.
– Надеюсь, в штате полиции нет архитектора.
– Надо было захватить и его прошлой ночью вместе с Терри О'Нил, – сказал Хики.
– Слишком очевидно. Их спецслужбы заподозрили бы неладное.
– Но можно было бы укокошить его и представить как несчастный случай.
Флинн покачал головой:
– Но это еще одна зацепка, чтобы выстроить версию. Или ты так не думаешь?
– Ты мерзкий революционеришка. Удивительно, как только ты дошел до такой жизни.
– Я-то зашел подальше многих других. И оказался как раз на своем месте.
Глава 16
Майор Бартоломео Мартин опустил бинокль и глубоко
– Ну, что же. Они все же посмели. Явных потерь нет… Если не считать эту чудную лошадь. – Он закрыл окно, за которым шел мокрый снег и завывал холодный ветер. – Однако Бурк чуть не погиб.
Крюгер пожал плечами. Скрупулезный разбор всех промахов никогда не поощрялся. Мартин надел пальто и сказал:
– Сэр Гарольд был славный малый. Неплохо играл в бридж. Как видишь, так или иначе, Флинн нарушил свое слово. Они убьют бедного сэра Гарри, как только начнут рушиться их планы.
Крюгер выглянул в окно.
– А я-то считал, что ты запланировал похищение Бакстера.
Майор Мартин направился к двери.
– Я ничего не планировал, Крюгер. Я лишь создал благоприятную обстановку и обеспечил нужные средства. Самое для меня удивительное во всем этом – это ты и полиция. – Он посмотрел на часы. – Мое консульство будет страховать меня, а твои люди – тебя. Помни, Крюгер, первое требование для успешного вранья – хорошая память. Не забывай того, что тебе не следует знать, и отлично помни все, что никогда нельзя забывать.
Мартин молча натянул перчатки и вышел из комнаты.
Меган Фитцджеральд кивнула трем мужчинам и двум женщинам, пришедшим вместе с ней, и быстро направилась в передний вестибюль. Они последовали за ней, держа в руках небольшие чемоданы, ружья и ручные гранатометы. Войдя в северную башню, они поднялись на маленьком лифте и оказались у зала для спевок церковного хора. Меган проследовала туда.
В дальнем конце зала, на некотором расстоянии от Флинна и Хики, стоял Джек Лири и намечал себе сектора обстрела.
– Лири, ты уяснил свою задачу? – отрывисто спросила Меган.
Снайпер Лири обернулся и внимательно посмотрел на нее.
Меган тоже внимательно разглядывала его тусклые, водянистые глаза. «Мягкие глаза», – подумала она. Но она знала, что они могут быть и жестокими, когда в его плечо упирается приклад снайперской винтовки. Глаза, которые видят все вокруг не в плавном движении киносъемки, а в режиме стоп-кадра, подобно фотоаппарату. Меган много раз видела Джека в деле: идеальная координация глаза и руки – мускульная память, как он сам сказал ей однажды. Эта память на ступень ниже инстинкта, мозг даже не участвует в процессе, задействованы лишь зрительные и моторные нервы, идущие в обход мозга и контролирующие самые примитивные узлы волокон, обнаруженные только в низших формах жизни. Другие всегда сторонились Лири, но Меган была словно околдована им.
– Не слышу ответа, Лири! Ты уяснил задачу?
Он вяло кивнул, мельком взглянув на молодую женщину, стоящую перед ним.
Меган прошла вдоль перил к Флинну и Хики. Положив радиотелефон на перила, она посмотрела на городской телефон, стоявший на закрытой крышке органа.
– Позвони в полицию, – обратилась она к Флинну.
– Они сами позвонят нам, – ответил он, не отрывая глаз от плана собора.
Хики тут же не преминул заметить:
– Советую тебе не тревожить мистера Лири. Он, похоже, не настроен на остроумный обмен шутками и скорее всего, пристрелит тебя, если не найдет что сказать.