Собрание тьмы
Шрифт:
Хотя этот храм казался куда меньшим, но он всё ещё был богат и красив. Белые мраморные полы. Резные скамьи. Статуя богини, с презрением смотревшая на Магнуса. Символы огня и воздуха, выгравированные на её поднятых ладонях.
"Вам тут не рады, Лимерос", - казалось, она насмехалась над ним.
Жаль.
В храме никого не было, кроме блондинки, что сидела в первом ряду. Она смотрела на гигантскую мозаику, что изображала богиню и зелёные оранийские долины позади неё. Слева всё пылало, и пламя было оранжевым и синим, а справа
Клео лишь покосилась на Магнуса, когда он подошёл и сел через проход от неё, фокусируя своё внимание на мозаике.
– Ты пришёл сюда с поклонением? – спросила она.
Он подавил смех.
– Вряд ли.
– Ты только что прервал мои молитвы.
– Будто бы ты на самом деле молилась.
Она с прищурим посмотрела на него.
– Избавь меня от обвинительных взглядом, - промолвил он, закатывая глаза. – Никогда не видел, что ты набожна в своих религиозных убеждениях. Ты такая же, как и кто угодно в этом эгоистичном королевстве. Ваша религия – это просто ряд симпатичных статуй, что украшают кричащие богатством храмы!
– У тебя есть право на своё мнение.
Её пренебрежительное отношение совершенно не помогало ей сегодня.
– Ты пришла сюда, чтобы сбежать из дворца, даже если это означает, что тебя окружит полдюжины охранников. Ты можешь думать тут в одиночестве, как бы лучше уничтожить всех нас!
Клео скрестила руки на лифе своего платья.
– О, так теперь ты телепат! Это невероятно, у тебя такие таланты – знать, что постоянно крутится в моей голове!
– Ты была бы удивлена, но я знаю, о чём ты думаешь, принцесса.
Она оценила его одним коротким взглядом.
– Ты пьян.
– Да?
– Ты не можешь говорить нормально.
Он не собирался проглотить это. Она, вероятно, пыталась его ранить.
– Прости, если не пояснил. Я пришёл сюда, чтобы сказать тебе, что ты в последний раз находишься здесь!
Она, похоже, не слишком была обеспокоена этим заявлением.
– Король позволил мне приходить сюда, когда я желаю.
– Меня не волнует, что он тебе сказал.
Принцесса вздёрнула подбородок.
– Какое у тебя есть право запрещать мне то, что уже одобрил твой отец?
Какая же она тупая! Он расхохотался.
– Да что ты говоришь? Я твой муж, принцесса. Это даёт мне право остановить тебя в чём угодно, что меня не устраивает!
Она вздохнула, но Магнус был уверен, что это от усталости, а не от поражения.
– Утром ты забудешь обо всём этом, - промолвила она. – Сколько ты выпил? Галлон? Разве ты падаешь в вино и плаваешь в нём, пока не осушишь?
– Я вижу, ты хочешь сменить тему.
– Я думаю, что ты пьёшь потому, что желаешь забыться.
– Да что же? Ты тоже так делаешь?
Она остановилась, казалось бы, не смутившись этого.
– Я пью куда меньше прежнего. Это принесло мне только проблемы.
– О, конечно. Это привело тебя в постель Эрона Лагариса,
Она помрачнела.
– Как мило напоминать это!
– Но, увы, ты не окажешься в его постели ещё когда-нибудь, там достаточно холодно теперь!
Он видел, что она боролась, пытаясь сдержать эмоции, но щёки покраснели.
– Ты хочешь, чтобы я ушла, но, кажется, ты не спешишь уходить. Чего стараемся избежать?
– Всего, - он выдохнул, не задумавшись.
Она перехватила его взгляд через храм, в котором кроме них никого не было.
– Ты не поверишь, но я понимаю твою боль. Ты нуждаешься в мести.
Их разговор редко были столь личными.
– Я ничего такого не чувствую.
– Не верю.
– Меня не волнует это, принцесса. Мне не нужен друг.
– Может быть, и нет. Но у тебя нет никого, с кем бы ты мог поговорить.
То, что она так хорошо его знала, нервировало его.
– Мне не нужны друзья!
Она тихо рассматривала его, и её брови сошлись в единую линию.
– Ты пытаешься быть ужасным, жестоким, чтобы оставаться оторванным от того, что может причинить тебе боль. Но я видела, как ты смотрел, когда тебя оттащили от казни. Ты был взбешён, когда Люция исчезла в толпе. Ты думал, что ей плохо.
Тот факт, что она так легко увидела эту слабость в нём, заставил его содрогнуться.
– Моя сестра может о себе позаботиться, поверь. Она была в порядке, только потерялась. И она вернулась во дворец не только невредимой, но и с прекрасным новым наставником. Это так восхитительно!
Клео встала и присела рядом с Магнусом. Это удивило его, но он не демонстрировал удивление.
– Я думаю, ты запутался, - сказала Клео. – И с каждым днём становится хуже.
– Тебе показалось.
– Ты вновь и вновь доказываешь себе, что подл, отвратителен и ненавистен.
Это вызвало у него новый приступ смеха, они наконец-то вернулись обратно.
– Принцесса, твоё мнение не имеет значения.
– Да, ты таков, - она кивнула, словно соглашаясь. – Но чем больше я о тебе думаю, тем большей загадкой ты становишься. Вчера вот, например… До этого ты казался таким же, как и отец, но ты не таков. Ты мог бы позволить, чтобы мальчишка убил меня в Лимеросе, но нет. Ты защитил меня, когда Эрон рассказал о потере моего целомудрия. Король бы убил меня. И ты не сказал отцу о свадебном кинжале Ашура.
Она сказала это так, словно он намеренно пытался помочь ей.
– Ты отыскала доброту там, где её не было.
– Ты тот, кто отгоняет доброту. Ты уверен, что это не ею было? – она пыталась всматриваться в его лицо, заставляя его чувствовать себя голым без маски, которую он столько лет создавал, а она взяла и разрушила все его замки из песка ветром.
– Ты ничего обо мне не знаешь! – прорычал он. Впервые он ненавидел себя сегодня за то, что слишком много выпил. Ему нужна была ясность ума против врагов.