Собрать мозаику
Шрифт:
Мирит передал мне сумку, его пальцы коснулись моих и …неуверенно задержались на них, как и раньше. Но в этот раз я не отняла руки, почему-то вспомнив слова Кира о том, что стоит дать нам шанс. Мир вскинул на меня недоверчивый взгляд, нежно взял меня за пальчики и мягко потянул к себе, заключая меня в объятия и не отрывая от моего лица напряженных глаз. Я не сопротивлялась и он судорожно вздохнул, а я запрокинула голову и закрыла глаза. Он поцеловал меня, очень нежно и осторожно, едва касаясь своими губами моих губ, а я также несмело отвечала.
"Наверное, пора забыть Джейса, —
Поняв, что я не останавливаю его, губы парня стали смелее и он крепче прижал меня к себе, жадно целуя губы и лицо.
Никогда еще меня так жадно не целовали. В итоге стало трудно дышать и я практичеки замычала, вырываясь.
Мирит ослабил объятия, немного отстранился и уткнулся носом мне в висок, счастливо рассмеялся и прошептал:
— Прости меня, я так долго ждал этого, что слегка сошел с ума.
— Я чуть не задохнулась, — хмыкнула я, устраиваясь поудобнее в его теплых объятиях.
Поцелуй, в общем, мне понравился. Опыт был никакой, конечно, потому что первый настоящий поцелуй был с Киром на балконе, и я совсем не помнила свои ощущения тогда. Второй — с Миром сейчас. И Мир определенно хорошо целуется.
— Ты совсем не умеешь целоваться, — довольно прошептал Мирит.
— Конечно, не умею. Это второй настоящий поцелуй за всю мою жизнь, — прошептала я ему в губы, подняв лицо. Мирит ещё крепче прижал меня к себе, зарылся лицом в растрепавшиеся волосы.
— Я не буду спрашивать, с кем был первый поцелуй, — глухо пробормотал он. — Я люблю тебя, Лори. Без тебя мне плохо. Хочу быть твоим парнем. Теперь я не слишком поторопился?
— Нет, — рассмеялась я, — теперь нет.
— Ты дашь нам шанс? — с надеждой спросил он, нежно, с каким- то упоением покрывая поцелуями мои волосы рядом с виском.
— Давай попробуем, Мирит, — согласилась я, вновь подставляя ему губы, к которым он с жадностью снова приник, теперь уже осторожно проникая внутрь языком, давая мне привыкнуть к новым необычным ощущениям, а я как-то с сожалением подумала, жаль, что Мир — это не Джейсон, и интересно, как он сейчас целуется. Тут же мне стало стыдно за свои мысли, потому что Мир не заслужил этого, и поэтому я крепко обняла Мира за шею, и старательно стала отвечать на поцелуй. В итоге Мир отстранился и весело уставился на меня.
– Что? — спросила я удивленно, смущаясь.
— Ты все- таки совсем не умеешь целоваться, Лори, — счастливо произнёс он, а затем подхватил на руки надувшуюся меня и закружил вокруг себя, радостно смеясь. И я, видя, как он счастлив, тоже тихо и радостно рассмеялась.
Но тут я заметила из окна комнаты тети, которое как раз выходило на улицу, два любопытных белых лица, выглядывающих из- за занавески. Мама и тётя, выключив свет, наблюдали за нами. Возмущённая их поведением, я перестала смеяться и с укором уставилась на них. Их лица тут же исчезли, а Мир, тоже их заметив, сказал:
— Не сердись, милая, они просто любят тебя и переживают.
— Подглядывают, — обвиняюще произнесла я.
— Потому что переживают, — улыбнулся Мир, — и любят тебя. И я люблю тебя, — он крепче прижал меня
Я ласково погладила его по щеке, а Мир нежно поцеловал мои пальчики.
"Правильно, что я решила дать нам обоим шанс на счастье, — с удволетворением подумала я тогда. — Оказывается очень приятно, когда тебя любят, обнимают и целуют".
Марилия. Весна 3199 года.
В САМИМ на старших курсах уже не так много времени занимала учеба. Преподаватели уже знали кто и на что из студентов способен, не сильно мучали сознательных, поэтому у нас стало больше свободного времени. Я продолжала участвовать в академических спектаклях, а еще с друзьями занялась волонтерской деятельностью.
Мирит, Кеннет и две девчонки из нашей компании, Тания и Жанна, взяли покровительство над кошачим приютом. Мы с девчонками тогда пищали от умиления, тиская бедных котят и кошек, которые там жили, никому не нужные. Мы все помогали работникам приюта, кормили животных, чистили им клетки, играли с ними. Сначала парни насмехались друг над другом, Кенет брезгливо морщился, а потом Кенет забрал одного котенка с собой, влюбившись в него с первого взгляда.
Позже в один из дней Кир насмешливо произнес, что раз всем понравилось ухаживать за бездомными кошками, то надо обязательно позаботиться и о бездомных детях — это намного важнее. Я тогда испытала жуткую гордость за него, ведь это предложил избалованный папенькин сынок. Все ребята ответственно отнеслись к его словам и оказалось, что в столице пять приютов для детей. Нам понадобилось достаточно много времени, чтобы все посетить и узнать об их проблемах. От помощи никто не отказался, а парни еще и приличные чеки выписали в качестве материальной помощи.
Вспомнила, как в первый такой день посещения детского приюта Кир жутко напился, а позже признался, что ему стало очень стыдно от того, сколько денег он тратил на развлечения, когда тут рядом, в двух шагах от него детям иногда нечего было есть.
После этого Кир вдруг резко посерьезнел и совсем перестал употреблять дурманящую травку, которая стоила очень много.
— Я был такой дурак, Лори, — признавался он. — Мирит давно бросил и меня уговаривал, но я только смеялся. Но теперь все, табу. Все лишние деньги, которые родители выделяют мне на содержание, буду отдавать в детский приют.
Конец весны 3199 года.
В столицу Марилии пришел караван из далеких Свободных земель и принес в город страшную болезнь, брюшной тиф, от которой умерло уже несколько человек. Мама Кира тоже непонятно где ее подхватила и мы всей нашей дружной компанией, чтобы поддержать Кира, отправились в самый главный храм столицы — Храм Великой и Пресветлой Многоликой Богини Матери — в который съезжались паломники не только со всей Марилии, но и со всего магического мира Вериус.